Видя, что он молчит, Дженни сказала:
— Как бы нам не поссориться из-за этого.
Шейн притянул ее к себе.
— Да нет… — В ее глазах он видел боль и горечь.
— Я знаю, как много Бак для тебя значит, но… — она пристально посмотрела на огонь, — у меня от него почему-то… мурашки по коже.
— Ты что, боишься его? — почти шепотом спросил он, поглаживая ее руку.
— Не то чтобы боюсь… ну, как бы… он такой необычный… не как все.
— Ты имеешь в виду… не как все белые люди? — Он проговорил это совершенно нейтральным голосом, чтобы дать ей возможность разобраться.
Дженни шумно вздохнула.
— Я не знаю. — Помолчав немного, она неожиданно вскочила, собрала тарелки. — Ты еще будешь что-нибудь? — И, не дожидаясь его ответа и избегая смотреть ему в глаза, быстро прошла на кухню.
Шейн лихорадочно думал, что бы такое сказать, чтобы поддержать разговор, не дать ему угаснуть, но уже понимал, что Дженни хочет помолчать. Ну что ж… В любом случае это начало, и они не поссорились. Возможно, со временем…
Она так же быстро вернулась, опустилась рядом с ним на колени, озорно улыбнулась:
— В снежки поиграем?
— Ты шутишь?
— Пойдем! Не кисни! Когда в последний раз ты лепил снежных ангелочков?
Он засмеялся, ее детский задор захватил и его.
— Я не знаю, Дженни, что ты такое задумала. Мороз на улице!
Она игриво толкнула его в грудь.
— М-м-м… Просто я никогда не играла в снежки.
Он обхватил ее лицо ладонями, покачал из стороны в сторону:
— И думать забудь!
— Ну, ладно. Снежного ангела вылепим — и все!
Она одевалась быстро, будто боялась опоздать, и Шейн, глядя на нее, тоже стал поторапливаться.
Когда они наконец вышли на боковое крыльцо, Дженни вдруг остановилась на нижней ступеньке, и Шейн наткнулся на нее, едва не сбив с ног.
— О-у-опп! — Он схватил ее за плечи, удерживая от падения, бережно прижал к себе, и они так и стояли, обнявшись.
Дженни восторженными глазами смотрела по сторонам. Серебряная луна освещала все вокруг: скопления сосен с ветками, отягощенными свежевыпавшим снегом, огромное волнистое заснеженное пространство, покрытое дымкой. Было так светло, что иногда казалось, будто занимается рассвет.
Что-то привлекло внимание Шейна, он легонько похлопал Дженни по плечу, чтобы и она оглянулась, и показал туда одними глазами. Вдали, у скопления сосен, стоял огромный лось-самец, выделяясь на фоне белого снега темным силуэтом. Постояв несколько секунд, величавый зверь скрылся за деревьями.
— У-у-ух! — еле слышно выдохнула Дженни. — Ты часто это видишь? Как здорово! — Она сошла со ступеньки и стала кружиться, раскинув руки и запрокинув голову. Потом подошла к нему с распростертыми руками, обхватила за шею и потянула вниз, на снег. Глаза ее сияли от восторга и изумления. Сложив руки по швам, она медленно, спиной, упала в сугроб. — Ну? Давай, падай! Вот сюда, рядом со мной.
Шейн плюхнулся рядом. Он лежал, наблюдая, как Дженни рисует полукруг вытянутой рукой, как шлепает ногами по снегу…
— Что же ты лежишь?
— А что?
— Делай снежного ангела.
Вздохнув, он поднялся и начал лепить фигурку. Дженни смеялась над его суетливыми движениями, а он смеялся ей в ответ и одновременно обдумывал, как все будет завтра, и послезавтра, и послепослезавтра. Будет ли им так же хорошо вместе?
Они сделали еще две фигурки ангелов и наполовину закончили снеговика, прежде чем почувствовали, что пальцы на ногах и руках начинает покалывать. Не сговариваясь, лишь переглянувшись, они бросились в дом, в тепло.
— Я помогу тебе перетащить матрас поближе к огню, — сказала Дженни, топая ногами, чтобы отряхнуть снег, и направляясь в спальню Джоша.
Шейн пошел за ней.
— Хорошо. Тогда сними заодно сырую одежду.
— Это что, приказ? — спросила Дженни, стараясь не встречаться с ним глазами. Да, она хотела соединиться с ним снова — имел ли он в виду это или нет. Сколько еще она сможет находиться с ним рядом, чувствуя себя свободно, ни о чем не думая и не заботясь? Рано или поздно его привязанность к людям, которых она не любит, которые ей неприятны, встанет между ними.
Они отодвинули напольные подушки и на их место, на безопасном расстоянии от огня, положили матрас. Затем сбросили влажную одежду и разбросали на полу — просушить. Дженни нырнула под одеяло, а Шейн добавил дров, забив топку почти до отказа, и тоже заполз в постель.
Дженни положила голову на его плечо, и Шейн с нежностью смотрел на нее, не в силах отвести глаз. Он осторожно прижался к ней своим длинным поджарым телом. Какой-то вопрос промелькнул в его глазах, но она не обратила на это внимания. Все было неважно, мелко. Казалось, прошла вечность, прежде чем его губы прикоснулись к ее губам, но когда, наконец, это произошло, она забыла все тревоги и только теснее прижималась к нему.
Счастливые любовники спали глубоким сном, крепко обнявшись и мерно посапывая. Огонь почти погас, только угли и горячая зола мерцали время от времени то золотистым, то бордовым цветом.
Когда к крыльцу с шумом подъехал грузовик, они разом сели, уставившись друг на друга.
— Джош? — спросила Дженни, протирая глаза.
Шейн подбежал к окну.
— Похоже, да.
Они стали лихорадочно одеваться, потом взяли матрас с двух концов и понесли его в спальню, и в этот момент Джош вошел через боковую дверь.
— Доброе утро! Похоже, вы провели ночь нормально! — сказал он наигранно бодрым голосом, хитро улыбаясь.
Дженни и Шейн переглянулись, ответили «Доброе утро», но видели, что Джош все понимает.
— Я привез яиц, бекон и кофе, — сказал он. — Вы, ребята, наверняка захотите позавтракать перед тем, как тронетесь в обратный путь на ранчо. — С этими словами Джош вышел и через минуту вернулся с двумя сумками в руках; Шейн открыл ему дверь.
Дженни вдруг стало грустно. Реальность вернулась как возмездие. И вместе с реальностью все сомнения, которые были раньше, усилились во сто крат. Сентиментальная дура, рассиропилась. Устала от одиночества. Они с Шейном разные, как день и ночь. Это приключение было восхитительно, но больше оно не повторится.
Тяжело вздохнув, она натянула на себя маску вежливости и невесело побрела на кухню помогать мужчинам.
Время все расставит по своим местам.
Глава шестая
После завтрака Дженни и Шейн попрощались с Джошем и, оседлав лошадей, отправились назад, на ранчо.
Шейн ехал впереди. В глубине души он радовался, что Дженни едет следом: если б она была рядом, он не знал бы, о чем говорить. Как теперь вести себя с ней до конца ее отпуска? Что вообще решить об отношениях с этой непростой женщиной?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
