Длинных клыков у него нет, что вполне естественно: челюсти у вампиров такие же, как и у человеков, поэтому строение зубов тоже одинаковое. А крылья растут от верхнего края лопаток. По сути, это даже не крылья, а тонкая складка кожи — ни мышц, ни хрящей, только кровеносные сосуды. Когда вампир хочет спрятать крылья, то оттягивает кровь и кожа сжимается так, что крылья становятся похожи на следы ожога, — обычные шрамы на все лопатки, ничего особенного. Если сверхвнимательно не приглядываться, то и медик не догадается, что это сложенные крылья. Цвет меняется с серого на телесный. Самое интересное, что прорези для крыльев в одежде появляются и исчезают сами собой, по мере надобности. А длиной крылья до щиколоток и широкие, как плащ.
Спину Роберта я разглядела, когда он окровавленную рубашку переодевал. В багажнике роскошной иномарки цвета «серебристый металлик» была сменная одежда. Грязную вампир сжёг заклинанием. Подозреваю, что Роберту такая срочность понадобилась, чтобы дать мне возможность рассмотреть его, чтобы я быстрее перестала бояться жуткого вампира. Да и глупых вопросов типа: «А где клыки?» и «Куда вы дели крылья?» не задавала. Хотя, может в грязном тряпье ни одной лишней минуты оставаться не хотел, вампиры большие аккуратисты и чистоплоты. Об их высочайшей регенерации светлая и тёмный не соврали — никаких следов ранения у Роберта не осталось.
Гораздо сильнее складных крыльев и самовозникающих прорезей в одежде меня удивила серебряная цепочка с резным деревянным крестиком. Не то чтобы я верила, будто вампиры боятся креста и серебра, но исповедовать религию, которая объявляет твой народ порождением дьявола, более чем странно.
— Мне надо проверить способность к трансформации, — сказал Роберт. — Вы не возражаете?
— Надо — проверяйте.
— Благодарю.
Вампир присел на корточки, прикрылся крыльями. Они облепили Роберта как мокрая тряпка, тело знакомо смялось, и спустя секунду получился рыжеватый волк. Или овчарка, так и не поняла, в чём отличие. Волк встряхнулся и стал вампиром. Роберт опять сел на корточки и превратился в ворона. Затем в сову.
— Всё в порядке, — сказал он, вернувшись к основному обличию.
— А без крыльев вы перекидываться не сможете? — спросила я.
— Нет. Трансформация вампиров, — пояснил Роберт, — нечто среднее между оборотничеством перекидней и перевертней. Мы не зависим от фаз луны и не должны раздеваться, но у нас только три обличья и в звериной ипостаси нет речи. Крылья — это балансир. Без них вампиры не смогли бы управлять магическими потоками и лишились бы многих способностей.
— Понятно, — ответила я. — Поехали?
— Да, — кивнул вампир и сказал: — У вас аура немного изменилась.
— К худшему или к лучшему?
— Не знаю. Изменилась форма теменной чакры. Вы приобрели какое-то новое качество. Такие очертания время от времени встречаются как у простеней, так и у волшебников. Вреда от этого изменения совершенно точно нет, а есть ли польза, не знаю.
— Ну и чёрт с ним, — отмахнулась я. — Вреда нет и ладно.
* * *
Квартира у меня однокомнатная, но Роберт, похоже, действительно не будет приставать, останется на гостевом диване.
— Борщ разогреть? — спросила я.
— Нет, спасибо, — ответил вампир. — Я не голоден.
— Как ни странно, я тоже. И спать не хочется. Вы ложитесь, — кивнула на диван, — а я на кухне посижу, почитаю.
— Я не хочу спать.
— Тогда будем пить чай.
— Как вам угодно.
Он сел с гостевой стороны кухни. Я сделала чай, разлила по чашкам, поставила сахар, варенье, плюшки.
Все неприятности закончились, но успокоиться Роберт никак не мог, голос звучал напряжённо, вздрагивали крылья.
— Хотите выпить? — предложила я. — У меня есть хорошая водка.
Вампир отрицательно мотнул головой.
— Роберт, если вам нужна ещё кровь… — начала было я.
— Нет! — перебил вампир. — Нет. — Перевёл дыхание и сказал: — Нина, я не возьму вашу кровь больше никогда. Чтобы ни случилось.
— Почему? — удивилась я и подумала, не нужно ли обидеться. — Чем она хуже любой другой? Невкусная, что ли?
— Обыкновенная. Как и у всех простеней. Нина, кровь пить вампирам необходимо, но удовольствия это не доставляет. Простеньская кровь для нас лекарство, а не лакомство.
— И сколько вам её надо?
— От ста до двухсот граммов в месяц, в зависимости от массы тела.
— Так мало?! — изумилась я. — Но… — Перед внутренним взором промелькнули кадры двух «вампирских» фильмов. Я такое кино не люблю, первый смотрела из любопытства, второй — в гостях. Вампир усмехнулся, догадался, что я вспомнила.
— Извините, — смутилась я.
— Ничего, — у Роберта дрогнули крылья, извинений он не ожидал.
Вампирам крылья очень идут, похожи на средневековый рыцарский плащ и придают облику романтичность и обаяние. Прямо как персонажи легенд о короле Артуре и рыцарях Круглого стола. Интересно, был там свой Роберт? Из длинного списка рыцарей я запомнила одного Ласелота Озёрного, да и то потому, что одногруппник в университете переделал его имя в матерный эквивалент. Смешно получилось. Но любви к легендам Артуровского цикла мне не прибавило. Зря, наверное.
Я представила Роберта-вампира на турнирной площади. Вороной конь, золотистая кольчуга, блистающее копье, крылья веером — красота. «Отважный и благородный сэр Роберт из славного города Камнедельска». Артур аплодирует. Дамы вопят от восторга и бросают на ристалище рукава. Прочих рыцарей корчит от зависти.
Вампир каким-то нервным, судорожным движением поправил воротник рубашки. Плеснул крыльями.
— Нина, какой двор вы изберёте?
— Не знаю. По-моему, они все одинаковы.
— Вы не хотите идти дорогой Света? — не поверил вампир.
— А что там хорошего?
— Чистота. Добро. Милосердие.
— Вам бы Сумрак надо расхваливать, — ответила я, — а не Свет.
— Если бы я мог, — сказал Роберт, — то сам бы пошёл дорогой Света. Но вампирам этот путь закрыт. Сумрак — максимум, что нам позволено. Большинство вампиров принадлежит Чернодворью.
— Но почему светлые не хотят вас принимать к себе? — не поняла я. — Ведь вы разделяете их идеи.
— Вампиры существуют лишь за счёт свежей крови простеней. Консервированная не годится. Поэтому ежемесячно приходится ловить простеней и брать кровь. А предназначение светлых — хранить их от бед.
Объяснение показалось мне неубедительным. Тогда и всех простеней, которым требуется ежемесячное переливание крови надо объявить порождением зла. Какая разница, в желудок её вливают или в вену? Разве что…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
