Брови Мардж вопросительно поднимаются вверх. Наш разговор отклонился от изначального курса и перешёл на слишком личную тему.
— Я как-то не планировала, — лукавлю немного, но сестру Хайдов не проведёшь. Тогда я добавляю искренне: — Со вторым уж точно.
— Значит, главную мысль, ты усекла. Отфутболь Бэна, если вдруг сунется тебя соблазнять. Кто только не обжёгся с ним, а потом слёзы проливали. Таков Бэн. — Мардж пожимает плечами, а я ухожу от темы и прошу её оставить меня одну.
Сейчас меня интересует реакция миссис Хайд на произошедший случай. Интересно, почему она была не в курсе, что на её сына покушались? Хорошее дело. Подозреваю, что с ней придётся долго объясняться по поводу здоровья чада. Понравится ли ей присутствие постороннего, человека в доме? И какая разница, что я врач? Шокирующие секреты посторонним не доверяют, даже если они спасли пациента на операционном столе.
Очередные несколько дней пролетают незаметно. События в доме, меняются как картинки в калейдоскопе. Люьис больше не дышит в спину, и мне предоставлена полная свобода действий. Так повелось со дня появления миссис Хайд. Несмотря на её присутствие в особняке, мы не встречались ни разу. Полагаю, что она инициатор произошедших изменений и намеренно избегает встреч со мной.
Куда пропал Брендон я у Мардж повторно не спрашиваю. Молча дождаться его самое верное решение. Наступает четверг. Ровно неделя проходит с момента отъезда Хайда старшего, а от него даже близкие родственники не получают вестей.
Закончив утренние процедуры, я спускаюсь в столовую на завтрак. Совпадение или нет, но встречаю здесь сервирующую стол миссис Хайд. Останавливаюсь в дверях и рассматриваю её.
Высокая, с безупречной укладкой, рыжеволосая и очень ухоженная женщина лет пятидесяти на вид раскладывает выпечку в корзинку. Не менее безупречный светлый брючный костюм идеально подчёркивает её довольно стройную фигуру. Мардж, несомненно, очень похожа на мать, отмечаю про себя.
Миссис Хайд, отрывается от дела и удостаивает меня взглядом. Интересная особенность во внешности женщины сразу же притягивает внимание. Её глаза разного цвета: один тёмно-серый, другой — зелёный, с едва уловимым светло-карим оттенком по центру радужки. Полная гетерохромия. Очень редкий дефект, но её нисколько не портит, наоборот, придаёт женщине особый шарм. Такую неординарную гетерохромию я вижу впервые. Глаза имеют яркий изумительный цвет и вызывают восторг. Черты её лица — утончённые и благородные. Она бесспорно красива.
— Доброе утро! — спохватывается мать почтенного семейства, спешно ставит корзинку на середину стола.
— Доброе, — отвечаю ей, улыбаясь.
Она подходит ближе и протягивает руку.
— Реджина Хайд. А вы полагаю, знаменитая Элиссон Янг?
Глава 12
Элис.
— Да. Но все меня зовут Элис.
Реджина Хайд производит впечатление радушной хозяйки, но я не обольщаюсь. Ей положено быть тактичной, как любой хорошо воспитанной светской женщине.
— Приятно, наконец-то с вами познакомиться. Проходите за стол, — жестом приглашает миссис Хайд. — Что предпочитаете на завтрак? Чай, кофе, яйца пашот, каша, фрукты, всё на столе. Присаживайтесь. Хотите апельсиновый сок, Элис?
— Благодарю, — Реджина передаёт бокал со свежевыжатым соком. — Я выпью кофе и буду пашот.
— Гренки, ржаной хлеб?
Миссис Хайд суетится и проявляет заботу не хуже Брендона. Видимо, гостеприимство у представителей семьи в крови. Она присаживается напротив, и мы приступаем к утренней трапезе. Зоркие глаза женщины с интересом изучают новую персону. Когда я делала первый глоток кофе, миссис Хайд завязала беседу.
— Как вы познакомились с моими детьми?
Вот и началась важная глава общения. Я предполагала, что светская леди захочет узнать историю от начала и до конца.
— С Марджери я познакомилась в университете. Некоторое время мы дружили, а после её отчисления пути разошлись. Недавно мы встретились снова. В клинике. Там же я познакомилась с вашими сыновьями в щекотливой ситуации, если можно так сказать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я замолкаю, потому что больше нечего добавить к рассказу. Кофе, приготовленный возможно самой миссис Хайд, необыкновенно вкусный, поэтому продолжаю пить его, думая, какой вопрос будет следующим.
— Щекотливая ситуация возникла три недели назад? — уточняет собеседница. Она, конечно, сдержана и учтива, но ей не нравится происходящее в особняке ровно также, как и мне.
— Совершенно верно. Одним вечером, в мою смену в клинику поступил раненый мужчина без документов. Огнестрельное ранение в правое предсердие. Я провела экстренную операцию. Пуля чудом прошла навылет. Прибавьте к этому моменту стремление сделать невозможное и удачное время. Поэтому он выжил.
Миссис Хайд сосредоточенно внимает каждому слову. По её реакции понимаю, что историю она слышит не первый раз, но что-то для неё новое в предоставленной информации. Эмоции она контролирует даже слишком, попутно отслеживает каждый мой жест. Знакомое качество не ускользает от моего внимания. Брендон выдержкой, видимо, в мать пошёл. Тяжело вздохнув, миссис Хайд спрашивает:
— Мардж сама вам предложила вывезти Бэна?
— Да, отчасти.
— Есть что-то ещё? — ведёт она бровью вверх, точно также, как это делает Брендон.
— Покушение в реанимации заставило меня пересмотреть изначальную позицию.
— Не нужно было вас впутывать, но сделанного не вернёшь. Полагаю, вам не нужно объяснять, что всё происходящее должно остаться в кругу семьи.
Основная цель, преследуемая миссис Хайд, озвучена. Тонкий намёк, достиг цели и принят. Вот только есть одно, но.
— Я не член вашей семьи. Верно, миссис Хайд? Так что уготовано мне?
Учитывая рассказ Санни о Бэнджамине воистину есть о чём беспокоиться. Не сомневаюсь, что за вторым сыном стоит семья и, скорее всего, он пособник более влиятельных в голосе — родителей.
— Думаю, мы сможем договориться. Как мать, я безмерно благодарна вам за неоценимый труд. Бэн попал в надёжные руки, хотя поначалу я сомневалась. У меня есть предложение Элис… — звонок телефона отвлёк миссис Хайд. Извиняясь, она спешно направляется из столовой в холл, и я встаю из-за стола, тоже. Только успеваю подняться на третью ступень лестницы и слышу, как миссис Хайд идёт следом.
— Элиссон! — зовёт она, и я останавливаюсь. Реджина пристально смотрит в глаза и выносит вердикт: — Вам нужно покинуть страну, как можно скорее. Желательно затеряться в Европе, а лучше в Латинской Америке. Подумайте над предложением: до завтра. Все издержки я возьму на себя.
Она выходит из особняка на улицу и явно очень нервничает. Усмехнувшись не радостным мыслям, окончательно убеждаюсь, что основная игра в полную силу проходит за моей спиной.
Когда поднимаюсь на второй этаж, прохожу в комнату Бэна, замеряю давление, отмечаю, что пульс хороший и радуюсь. Он практически здоров, как бык. Осталась одна неделя лечения, а затем Бэну потребуется реабилитация и очень здоровый образ жизни.
До вечера я не встречаюсь больше с Реджиной. Уезжать из страны не вариант, поэтому потихоньку пакую чемодан размышляя в каком направлении лучше отправиться. Ритуальное посещение балкона, ставшее обязательным, не пропускаю. Сегодня хорошая погода, а на ясном небе отчётливо видны знакомые звёзды и кажется, Венера вошла в зенит. Я потеряла счёт времени и погрузилась в иную реальность. Затихшие звуки дома напоминают о позднем часе. Вернувшись в уютный мирок, забираюсь под одеяло и как только голова утопает в подушке, меня клонит сон.
Теснота, возникшая ни откуда заставляет брыкнуть ногой. Что-то давит мне на спину и заставляет повернуться. Тихо ахаю, когда различаю в темноте лицо Брендона. Я тянусь к ночнику и включаю его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Погаси свет, пока не сбежались все домочадцы, — просит Брендон морщась оттого, что говорит.
— Что с тобой? Почему, ты здесь? — нажимаю кнопку, обеспокоенно спрашиваю его.
— Пойдём сюда, Элис, — Брендон хлопает по матрасу, отбрасывает в сторону одеяло. — Полежи рядом со мной.
