— Если пригорит, будет ругаться, а сама до сих пор жарить не научилась. Всегда спешит, вот у неё и подгорает.
— А ещё просит замариновать, — улыбнулась Салли, слушавшая бурчание юноши, а тот продолжал, не отвлекаясь:
— Вот и я о том же. Сама так и не научилась это правильно делать. А ещё ей не понравилось, что кабан… Козёл, козёл… А правильно приготовленное и замаринованное мясо дикого кабана разным козлам не уступает, а если ещё и…
— Ага, вот сейчас и проверим! Кто лучше, свинья или козёл! — У появившейся из лесу Листика мокрые рыжие волосы не торчали, как обычно, девочка деловито обошла почти готовое угощение и, принюхиваясь, сообщила:
— А вкусно пахнет! Ага!
— Ага, — кивнул юноша, копируя Листика, неизвестно откуда появившимся ножом отрезал кусок мяса и подал его девочке, затем угостил остальных. К мясу у него были буханки свежего хлеба и много зелени, всё это он извлекал из большой корзины. Пока все ели, гостеприимный хозяин поляны повесил над костром чайник очень немаленьких размеров. Откуда он это всё доставал, никто так и не понял, вроде, ничего не было и раз — появляется. Только Листик и Салли не удивлялись, воспринимая всё, как само собой разумеющееся. Затем перешли к чаепитию — юноша наливал ароматный чай всем желающим — каждый подставлял свою кружку, а Листику, у которой из посуды ничего не оказалось, юноша протянул красивую фарфоровую (фарфоровую!) чашку. Листик, сделав несколько глотков, глянула на молодого человека:
— Вилар, спрашивай.
— Что там было?
— Некромант почудил. Поднял целое кладбище и не смог обратно упокоить, а может — не захотел. Хотя… Скорее всего, посчитал это лишним. Просто ушел, бросив всё, что там наделал. А вот полог, скрывающий долину, не он ставил, другой кто-то, очень сильный. Не некромант — точно. Причём поставил до того, как там появился некромант. Словно готовил для того место.
— Зачем? — спросил Вилар, выслушав Листика, та пожала плечами:
— Вот и мне интересно. Зачем? Возможно, чтоб зомби не разбежались?
— Но туда-то можно было беспрепятственно войти. А вот выйти… Но иногда зомби вырывались оттуда. Но не разбредались, что было бы вполне естественно, а словно выходили только для того, чтоб кого-нибудь утащить в ту долину. — Юноша, когда это говорил, протянул руку к костру, и там появились новые дрова — жарил мясо и кипятил чайник он на углях, почти прогоревших к этому времени. Листик кивнула:
— Ага, огненная иллюзия прикрывала только вход, выйти можно было свободно. Да и действовала она только на людей, отпугивала. Хорошая такая иллюзия — ни маги, ни охотники пройти не смогли бы. Сгореть-то все боятся. Надёжная такая защита получилась для зомби, словно кто-то боялся, чтоб их никто не обидел. А вот гилассу там недавно посадили…
— Проголодаться она-то успела, а гилассы долго могут обходиться без пищи, — возразил Листику Вилар.
— Это потому, что она ещё совсем молодая. Да и изловить её смогли только поэтому. К тому же её туда голодной сунули, видно сами боялись маленькую, или боялся, кто там её ловил. — Листик погладила внушительную морду, неслышно подошедшей большой ящерицы. Юноша, раздумывая, покивал и спросил:
— А вот зачем? Она же, в отличие от иллюзии, жгла бы и зомби?
— Возможно это были другие люди, или кто там всё это делал, может, и не люди, — пожала плечами Листик и добавила: — А вот некромант мне знакомый. Правда, я с ним лично не встречалась, только с его изделиями и колдовством, хотя…
Листик вспомнила свой первый экзамен по некромантии в Зелийской академии Магических Искусств. Когда она вошла в аудиторию, там, за столом приёмной комиссии, сидел магистр Вайлент, два его ассистента и незнакомый маг в чёрной мантии. Его крючковатый нос и недобро блестевшие глаза придавали ему зловещий вид. Этот маг сразу не понравился Листику. Ещё одна картинка прошлого встала перед глазами девочки. Это была встреча в протоках на Крионском болоте, когда она с сестрой выясняли, кто и почему напал на корабль, на котором они ехали в Венисию, тогда они наткнулись на некроманта с очень интересным амулетом. Листик прикрыла глаза, и те события возникли в её памяти:
— Хозяин приказал! На том корабле листья канабура везут! — завопил мужчина, отвлекая внимание, потом поднял то, что до этого сжимал в руке, и направил на девушек. Это оказался амулет в виде руки маленького скелетика, очень искусно выполненный. Из этого амулета вырвался чёрный луч и ударил в Листика, но на этот раз она не стояла, замерев, а увернулась. Некромант получил по заслугам, а сестра Листика объяснила, что это за амулет:
— Испугалась я, у него же амулет с чёрным проклятием некроманта был! Видишь? Вот эта ручка? Эта рука младенца, чтоб получить такой амулет, надо только что родившего ребёночка убить, причём по специальному ритуалу, очень жестокому ритуалу!
Листик очень разозлилась, но тогда не разобрала след, да и не умела она такого ещё делать, но запомнила, а сейчас эти воспоминания подсказали, кто мог такое сотворить с поселением в долине. А вот зачем он это сделал, следовало выяснить. И кто был тот второй, более могущественный, хотя и некромант был очень даже неслабый.
Утром поднялись с рассветом, Листик спала под боком у своей ящерицы, прикрытая её широкой лапой. Вечером она заявила, что можно спать спокойно, ничего угрожающего нет. Гавр хотел выставить часовых, но увидев, что странный юноша и не думает ложиться спать, а продолжает сидеть у костра, махнул рукой и не стал назначать дежурных. Раз есть часовой — знакомый мага, ведущего отряд, то и беспокоиться нечего.
Разговор этого юноши и Листика слушали все, не решаясь вмешиваться, хотя очень хотелось о многом спросить, но никто не отважился. Из этого разговора так и не стало понятно — что там было и откуда оно взялось. И последняя фраза Листика, сказанная Вилару: — Я там почистила, так что можешь туда пройти, — не столько объясняла, что же она там сделала, сколько ставила новые вопросы — что же там произошло такого, что в итоге Листику пришлось отвлечься от основной цели похода (хотя никто из её отряда до сих пор не знал, что они должны сделать) и этим заниматься? Да и сам этот разговор со странным парнем — словно беседовали не молодой человек и рыжая девочка, а два если не седобородых старца, то умудрённых человека, знающих толк в магической науке и понимающих друг друга с полуслова.
Подняла всех Салли, юноша уже ушёл, но корзина с хлебом и зеленью стояла наполненная, как будто из неё вчера ничего и не брали. Только Листик не хотела просыпаться, совсем как маленький ребёнок — дрыгала ногой и старалась укрыться лапой гилассы, как одеялом. Но в конце концов, она проснулась и убежала к протекающей рядом речке. Небольшая, видно, берущая начало где-то неподалёку, она, как и все горные речки, была необычайно холодна. Листика не было довольно долго, уже и позавтракать успели, а Листика всё не было. Обеспокоенный Ждан пошёл посмотреть и вернулся с обмякшей девочкой, безвольно свесившей руки и ноги. Капельки воды, блестевшие на её золотистой коже, показывали, что наёмник только что вытащил Листика из воды.
