попадать на различные мероприятия, где могут быть представители интересующего нас бизнеса, особенно представители государственных органов, чтобы через них выйти на крупный капитал.
Мы оба понимали, что самые вкусные заказы – от государства, это визитная карточка, если работаешь с ними.
– А наоборот?
– Можно, но чиновники не обращаются с маленькими организациями.
Майкл задумался, а яне стал продолжать, видя, что у него идет мыслительный процесс, что отражалось на лице.
– Есть у меня знакомый, учились вместе, – пояснил Майкл, – он сейчас вращается наверху. Подумаю, как до него добраться и других посмотрю.
– Идею оставь для раздумий, – засмеялся я, – это дальний прицел. Сейчас давай начнем с того, что ты наметил, но параллельно думай, где и кого можно зацепить. Через знакомства отрываются многие двери.
В течение месяца я работал с небольшими компаниями, помогая им в реструктуризации управления, работе с документами по участию в конкурсах, и как их выигрывать. Потихоньку, денежные средства стали поступать на счет, позволяя нам содержать компанию и выплачивать содержание. Дело сдвинулось с мертвой точки.
В один из погожих весенних дней, когда я появился в офисе, где бывал не каждый день, Майкл с порога сообщил:
– Кажется, нашел возможность. В ближайшее время в Нью-Йорке будет очередная художественная выставка, где будет присутствовать высокопоставленный человек.
– Неужели президент США!
– Ага, так туда нас и пустили, но это будет сенатор.
– А он нам нужен?
– Надо же знакомиться. Мне обещали пригласительный, но пойдешь один. Ты что-то понимаешь в картинах?
– Эх, Майкл, это одно из моих увлечений, вчем я немного разбираюсь. Здесь я тебя не подведу.
Через несколько дней он вручил мне пригласительный билет, на открытие художественной выставки, каких-то современных художников и скульпторов. Майкл уточнил, что планируется, что будет сенатор Фил Моррис.
Я навел справки из прессы, и выяснил, что Моррис занимался внутренней денежной политикой. Мне это мало о чем говорило, но попробуем с чего-то начать попытку забраться на Олимп.
В назначенное время я подъехал к выставочному залу и, показав пригласительный, вошел. Зал был не большой и состоял из трех помещений, в каждом из которых были представлены работы по темам: классика, авангардизм, керамика: вазы, статуэтки и прочее. Я прохаживался по залам, посматривая на вход. Появление сенатора было трудно пропустить; собравшаяся публика потянулась к входу, и там образовался легкий шум. Сенатор отвечал на приветствия. Я узнал его по фотографиям в прессе. Но сейчас видел его воочию: ростом он оказался вышесреднего, широкие плечи, возраст за пятьдесят. Он стал передвигаться в сопровождении организаторов вдоль вывешенных произведений. Для него это было дежурным мероприятием, но я узнал, что он интересуется картинами, и направился к одной, котораямогла его заинтересовать.
Я стоял возле холста, и когда он подошел, я, не поворачивая головы, словно рассуждая с подошедшим неведомым собеседником, произнес:
– Не плохо, но вот чуть светлее краски положить в верхнем углу, было бы не плохо. Картина стала бы светлее. Но из этого художника может выйти не плохой мастер, нужна поддержка дарований. Искусство не может жить само по себе, его надо внедрять в массы, к нему надо приучать, особенно к хорошему, а плохому сами научаться.
Я услышал за спиной чуть левее меня смешок: – Это верно, плохое не требует поддержки, но надо разбираться в том, что говорим.
Я повернулся и увидел сенатора, смотрящего на картину. При моем повороте он переключил внимание на меня; взгляд его был спокойный, уверенный, цепкий.
– Я не берусь судить о том, чего не знаю, но высказываю свое мнение, – заметил я, обращаясь к нему.
– А вы знаток? – усмехнулся он.
– Во всяком случае, отличить школу могу, также как, и преподнести.
– А вы кто? – спросил он заинтересованно.
– Гость, – скромно ответил я. – Жан Марше.
– Француз! И что вас привело сюда?
– У меня здесь бизнес, но не имеющий отношения к искусству.
– А основная деятельность?
– Экономическое и политическое прогнозирование. А искусство – хобби.
– Это тоже интересно. Но дорогое у вас хобби.
– Не дешевое, но надо уметь из пока не дорогого сделать признанное и дорогое.
– И вы это умеете?
– Думаю, навыков не потерял.
Сенатор внимательно посмотрел на меня, прикидывая, пригожусь лия ему, и видимо решив, что ничем не рискует,спросил:
– Давно из Европы?
– Несколько недель.
– Фил Моррис, сенатор, – представился он. – Если вы, с ваших слов что-то понимаете в искусстве, то уделите свое время мне.
– Если смогу.
Он повернулся к своему помощнику: – Запиши номер телефона господина Марше, и потом мы обсудим возможное время встречи, – и снова повернулся ко мне. – Вы не возражаете, если вам позвонят?
– Но я не эксперт.
– Я это понял. Посмотрите мои картины дома. У вас возможно свежий взгляд.
– Возможно.
– Мы договорились?
– Я не возражаю
Он попрощался и направился дальше, помощник, задержавшись, записал мой телефон и поспешил догонять начальника.
Для вида я пробыл на выставке еще с полчаса и покинул ее, направляясьдомой.
На другой день я обратил внимание Кейт, что если меня будут искать из приемной сенатора Фила Морриса, то она должна меня найти, где бы я ни был.
– Прямо везде?
– Хоть в постели, хоть в ванной.
При разговоре присутствовал Майкл и вступил:
– Не провоцируй даму, она же не будетдежурить у тебя в постели?
– Это уж как получиться.
У нас сложились хорошие отношения и все поняли шутку.
– Я не прогадал, – радостно сделал вывод Майкл. – У меня нюх на деньги, и я рад, что уговорил тебя приехать, я чувствовал, что с тобой можно иметь дело.
– Только не простудись, иначе нюх потеряешь. Берегите его Кейт.
6
Я навел справки и узнал, что Фил Моррис занимался внутренними вопросами страны, а точнее денежной ее составляющей, явного прямого отношения это ко мне не имело, но деньги за что-то проплачиваются. Через него, я мог познакомиться и с другими интересными личностями. Любое знакомство на таком уровне было очень полезным.
В конце мая мне позвонили от сенатора и спросили, могу лия приехать на уикенд в Гривич в субботу во второй половине дня. Получив согласие, по голосу я узнал, что звонил помощник, что записывал мой телефон, он поинтересовался, на чем я поеду, и, получив ответ, что поездом, заверил, что меня встретят на станции, после трех часов.
Вот так вот. В любом деле нужно усердие, умение ждать, но и без случайностей не бывает. Можно много времени потратить на возможность входа туда, куда очень хочется попасть, а можно познакомиться, хотя в моем случае это вряд ли случайность, и попасть в нужный круг быстрее.
Обычно выходные я проводил в
