Читаем без скачивания Virtual, или В раю никого не ждут - Александр Смоленский

– Кто тот мужчина, который недавно вещал про фекалии человечества? Я прослушал.

– Мистер Даконто. Майкл Даконто. Ученый из местного университета. Вам понравилось его выступление?

– Любопытное…

– А мне не понравилось. Очень странное. Одержим идеей борьбы с компьютерным неравенством. И повсюду с ней носится.

– Он вообще-то чем занимается?

– Крупный программист. – Мужчина был рад поговорить с демократично держащимся магнатом. – Почти Бил Гейтс, хотя и не зашибает миллиарды. Он, скорее, философ. Философ от компьютера. Позвольте представиться…

– Очень интересно, – резко оборвал его Миган и покинул зал.

Его провожала добрая сотня взглядов, выражающих весьма разноречивые чувства.

Вечером, когда все участники экологической тусовки с удовольствием потянулись в банкетный зал, Миган вошел туда одним из последних в сопровождении устроителей мероприятия и сразу увидел Даконто. Тот стоял в гордом одиночестве. Миган уже хотел направиться в его сторону – зачем тянуть резину? – как вовремя остановился. Даконто, отбросив со лба длинную прядь волос, сам решительно шел в его сторону.

– Майкл Даконто, – представился он, бесцеремонно протягивая руку.

Мигану не оставалось ничего другого, как пожать ее.

– Утром я успел прочитать ваше интервью. И вот что я вам скажу, сэр. Ему место в «Нью-Йорк таймс», но никак не в нашей паршивой газетенке. Мелко плавают. Я давно слежу за вашей благотворительной деятельностью и, признаться, восхищаюсь вами. Ваши проекты всегда нестандартны. Но тот, что вы озвучили вчера, превзошел все. Признаюсь, он частично вдохновил меня на сегодняшнее выступление.

Миган слушал, не выдавая эмоций.

– Мне смутиться, удивленно пожать плечами или воспринять вашу лесть как должное?

– Делайте что хотите. Я лишь хочу сказать, что у нас совпадают цели.

– Что ж, предельно ясно. Мне по душе подобная манера завязывать деловые контакты. Это здорово!

– Что здорово? – не понял Даконто.

– Все здорово. Кстати, вы итальянец?

– Из семьи этнических итальянцев, – уточнил ученый. – Но вообще-то я американец.

– Это хорошо, – удовлетворенно хрюкнул Миган. – Принадлежность к большой нации приучает мыслить масштабно. Правда, не всех. Вы не возражаете, если мы встретимся через неделю у меня на ранчо? Я пришлю за вами самолет.

– Зачем мне ваш самолет? Я и сам прилечу.

– Нет уж, я давно привык ценить не только свое время, но и чужое. Но заранее предупреждаю. Хоть в глубине души я немного романтик, в делах – циничный финансист. Так что? Договорились? Буду ждать встречи!

Бостонский ученый явно понравился Мигану своей абсолютной раскованностью в суждениях. Если он также свободен от предрассудков, это именно то, что ему нужно. Мудрый Готлиб, конечно, незаменим, но далеко не во всем. Нынче нужна команда молодых, незашоренных и обязательно увлеченных людей. «Старик легок на помине», – подумал Миган, когда из иллюминатора увидел семенящего к трапу своего советника, встречавшего его из Бостона.

– Что скажешь? – с любопытством спросил Готлиб.

– Ты о чем? – вопросом на вопрос ответил Миган. – Вроде как пытаешься выведать у меня что-то. Лучше бы накормил ужином. А то эти бостонские тузы так и не дали мне спокойно не только пообедать, но и поужинать.

– За ужином дело не станет. Я уже распорядился. – Готлиб пристально посмотрел на патрона. – Ты еще никогда не возвращался таким довольным с этих ваших дурацких собраний.

– Хм, значит, заметил! Да, появились кое-какие соображения.

– Неужели эти зеленые отморозки навели тебя на полезную мысль?

– Не совсем они. Кстати, ты мог бы навести справки в отношении некого Майкла Даконто? Он руководит лабораторией в тамошнем университете и на днях прилетит на ранчо.

– Что еще за Даконто? – В голосе Миля промелькнули нотки ревности. – Фамилия звучная, кажется, я где-то слышал.

– Говорят, он известный ученый. Занимается компьютерными технологиями.

– А тебе это зачем? Вроде компьютеры – не твой профиль, если не считать традиционных партий в бридж.

– У Даконто есть пара полезных идей, которые могут пригодиться. Он вообще, как мне кажется, мыслит широко. – «В отличие от тебя», – хотел добавить магнат, но сдержался. Он и так заметил откровенное недовольство на лице советника.

Даконто появился на ранчо через неделю, под вечер. Несмотря на перелет и почти часовую поездку на машине, он выглядел бодро и весело. Казалось, ничто не в состоянии было нейтрализовать его неуемную энергию. Майкла ожидал изысканный сытный ужин. Он с такой стремительностью поглощал блюда, что едва ли сумел оценить их непревзойденный вкус. Но Миган от этого ничуть не расстроился. «Настоящий американец, – подумал он. – Ест все без разбора».

От Мигана не укрылось, что Даконто готов прямо за столом начать деловой разговор, но не пошел у него на поводу.

Ему самому надо было прожить долгую жизнь, чтобы научиться уважать настоящую еду и не смешивать ее ни с какими другими «добавками» в виде деловых разговоров, лазания по Интернету и прочего. Впрочем, в Америке этому не научишься. Только в Европе.

Наконец, завершив ужин, они втроем прошли на террасу. Даконто не поверил своим глазам: теплая южная ночь буквально обволокла все вокруг своей непроглядной чернотой. Но зато небосвод…

Нечто подобное он наблюдал совсем недавно в Тунисе, когда его и еще нескольких ученых отвезли на ужин в пустыню. Там он и увидел этот бесконечный черный небосвод. Каждая звезда божественной рукой была ввинчена в него по шляпку, словно одна-единственная, и поэтому говорила всем: «Вот я какая, самая красивая, самая яркая, мне нет и не может быть соперниц на этом небе».

– Нравится? – вывел его из сомнамбулических ощущений хозяин ранчо. – Мне тоже когда-то все это безумно понравилось. Сначала я увидел такое же небо в Аравийской пустыне. Именно там какой-то бедуин, говорящий по-английски, открыл мне глаза, что такое небо бывает только в пустыне. Наша Невада не Аравия, но поэтому именно в пустыне я решил тогда построить себе ранчо. Это было, молодой человек, без малого сорок лет назад. А ты, мой дорогой Миль? Ты видел звезды в пустыне?

От неожиданности, что очередь дошла до него, Готлиб растерялся, но быстро нашел, что сказать.

– Ночью я привык смотреть исключительно себе под ноги. Так учила меня мама. «Сыночек, милый, смотри себе под ноги, и ты никогда не набьешь себе шишек», – всегда говорила она мне в детстве. Тогда мы жили в Бруклине. Какая пустыня? Какие звезды?

– Ладно, на сегодня хватит лирики, – недовольно буркнул Миган. Ему почему-то стало стыдно за приятеля. Широким жестом он указал гостю на глубокие кресла, сплетенные из ратана. Неторопливо раскурив сигару, Миган наконец перешел к делу.

– Что ж, мистер Даконто, по-видимому, нам пора продолжить разговор. А Миль выступит в роли независимого наблюдателя. Он не только мой главный советник в финансовых вопросах, но и хороший аналитик: большинство воплощенных мною идей изначально принадлежали ему.

От Кристофа не ускользнуло, что лицо Готлиба зарделось от удовольствия.

– Весь к вашим услугам, сэр!

– Не скрою, мы навели о вас, Майкл, некоторые справки. Вас отличает нестандартное мышление, целеустремленность, чувство новизны, я бы даже сказал, чувство будущего. Но вы никогда не занимались коммерческими проектами.

– Никогда, – согласился ученый. – Именно поэтому я и обратился к вам. Ваша деятельность, во всяком случае определенная ее часть, импонирует мне.

Даконто заметил, как Миган довольно улыбнулся. И это добавило ему куража.

– Она тоже позволяет судить о вас как о своего рода новаторе. Если этот термин вообще приемлем к людям вашего мира.

– Вас опять потянуло на комплименты, мистер Даконто, – лениво отмахнулся магнат. – Обойдемся без них.

– Отлично, сэр. Я повсюду кричу о том, что являюсь ярым поборником всеобщей технической грамотности. Проблема заключается в том, что по мере технократизации общества многие области знаний становятся кастовыми, так как связаны с определенными материальными издержками: например, приобретение компьютера или повседневное пользование Интернетом. Возможно, это звучит несколько парадоксально в стране, где большая часть населения имеет доступ ко всему этому. Но я имею в виду вовсе не Америку. Мы в этом смысле как небольшой оазис в дикой, выжженной пустыне.

Миган согласно кивнул. Он внимательно слушал, не понимая, к чему клонит этот генетический итальяшка.

– Большинству людей на планете новые технологии все еще совершенно недоступны, и это уже в ближайшем будущем чревато серьезными социальными последствиями. Знаете еще почему? – Глаза Даконто заблестели, а пряди волнистых седых волос рассыпались по обеим сторонам безупречно красивого лица.