что собираешься сделать. — Лили направилась к двери и уже взялась за ручку, но передумала и обернулась: — Мэвис, дорогая, не соглашайся, не позволяй ему запугивать тебя. Мы и без него справимся. Мы с тобой, Рита и Рози — мы будем семьей малышу. У нас получится, обещаю.
— Тогда он родится ублюдком, — уныло пробурчала Мэвис.
— Ну, — не выдержала Лили, — ублюдков вокруг полно… Ты даже собралась за одного из них замуж!
— Убирайся! — Мэвис вскочила и свирепо уставилась на мать. — Сделаю так, как считаю нужным. Ты тут ничего не решаешь. Не нравится — уходи и больше не возвращайся!
Лили выразительно взглянула на дочь, а затем, не произнеся больше ни слова, развернулась и вышла. Яркий свет ударил ей в глаза и заставил на мгновение зажмуриться. Тротуар просто плавился от жары, но женщина дрожала от холода, ее будто облили ледяной водой.
Весь вечер Лили не могла думать ни о чем другом. Всю ночь она пролежала в постели без сна, все думала и думала. Она была не в состоянии поверить, что Мэвис собирается отдать дочерей в сиротский приют. «Конечно она передумает, — размышляла Лили, — Мэвис любит девочек, разве она сможет расстаться с ними? Как вообще она могла согласиться, что их надо отослать? Как может она выполнять приказы этого негодяя?»
— Я ей не позволю! — неожиданно громко на всю спальню вскричала Лили. — Я не позволю! Если эта скотина прикажет ей выставить дочерей из дома, они поселятся у меня. Я не дам им расти в каком-нибудь ужасном месте с мыслью о том, что они никому не нужны!
Это казалось очевидным и самым простым решением. Завтра утром она первым делом пойдет и скажет об этом Мэвис. Приняв решение, Лили погрузилась в беспокойную дремоту, но проспала не больше часа или около того. Выспаться ей не удалось. Но выход был найден.
Сегодня суббота, девочки будут дома, да и Джимми, наверное, тоже, но ничего не поделаешь. Она должна поговорить с Мэвис, пока не поздно, и сообщить ей, что внучки могут поселиться у нее.
Мэвис открыла дверь, но, увидев на пороге мать, тут же попыталась снова захлопнуть. Лили была готова к такой реакции и навалилась на дверь с другой стороны.
— Уходи! — прошипела Мэвис. — Здесь тебе не рады.
— Мэвис! — в голосе Лили слышались железные нотки. — Надо поговорить!
— Уже вчера разговаривали! — огрызнулась Мэвис. — Сказать больше нечего.
— Я возьму их, — быстро произнесла Лили, напирая на дверь, чтобы та не закрылась. — Девочки будут жить со мной.
Мэвис остановилась. Она больше не пыталась энергично, захлопнуть дверь, но и не спешила впустить мать в дом.
— Что? — переспросила она почти шепотом, словно боясь, что их разговор подслушают.
— Девочки будут жить со мной, — повторила Лили. — Мэвис, милая, впусти меня, и мы все обсудим.
— Джимми дома.
— Ну и хорошо. Обсудим всё вместе с ним. Решим, как лучше поступить.
— Только не зли его, — предупредила Мэвис. — Он пришел в ярость, когда узнал, как ты его назвала вчера.
«Глупо было ему об этом рассказывать», — подумала Лили, но ограничилась ответом:
— Я вовсе и не собираюсь его злить, просто хочу рассказать вам, что я придумала. Уверена, все останутся довольны.
Мэвис неохотно открыла дверь и впустила мать. Потом они прошла на кухню, где за столом сидели Рита и Рози.
— Бабуля! — радостно крикнула Рози и спрыгнула с табуретки, чтобы обнять Лили.
Рита не кинулась обнимать бабушку, а просто улыбнулась и спросила:
— Можно нам к тебе в гости сегодня? — Она повернулась к матери: — Можно мы сегодня пойдем к бабушке?
— Чуть позже, — кивнула бабушка.
— Девочки, идите поиграйте в своей комнате, — велела Мэвис. — Только тихо, не разбудите дядю Джимми.
— Но я хочу… — начала было Рита, но мать схватила ее за руку и грубо стащила с табурета.
— Сделаешь так, как я сказала, или получишь! — грозно предупредила она.
Рита надулась, но промолчала. Она взяла Рози за руку и сказала:
— Пойдем, Рози, поиграем наверху.
Мэвис плюхнулась на стул и повернулась к Лили.
— Ну, — воинственно спросила она, — что ты придумала? Видишь, как мне трудно с Ритой.
— Я подумала, пусть лучше Рита с Рози переезжают ко мне, — ответила Лили.
Мэвис никак не среагировала на эти слова, и Лили продолжила:
— Тогда ты не потеряешь их. Они будут совсем рядом, за углом. Ты сможешь видеться с ними, когда захочешь. Школа у них останется та же, те же друзья рядом. И не получится так, что их выгнали из дому. Им будет хорошо у меня.
Она замолчала, Мэвис тоже молчала, поэтому Лили добавила:
— Никто и не подумает, что ты бросила их, все поймут, что тебе нужно время, чтобы справиться с малышом и с новым мужем.
— Не знаю… — угрюмо пробурчала Мэвис. — Ты мне так нагрубила вчера…
— Вчера… Я просто очень расстроилась. Я совсем не ожидала услышать то, что услышала. — Лили выдвинула стул из-за стола и села напротив Мэвис. — Крайние меры не нужны. Если девочки переедут ко мне, хотя бы ненадолго, они перестанут раздражать Джимми, а ты сможешь спокойно заботиться о нем и о ребенке. У меня они будут чувствовать себя как дома, им не придется уезжать неизвестно куда, под опеку чужих людей. — Лили взяла Мэвис за руку. — Мэвис, милая, я знаю, что ты любишь девочек и хочешь для них самого лучшего. Наверное, ты права, лучше им пока уехать из дому, но, прошу тебя, не отдавай их в приют. Пусть они живут у меня. Я уберегу их от всех невзгод.
Мэвис по-прежнему не отвечала, но Лили видела, что она обдумывает эту идею, поэтому позволила молчанию затянуться. Потом неожиданно сверху раздался крик, что-то грохнулось, и послышались шаги на лестнице. Мэвис вскочила на ноги, дверь распахнулась, и вошел Джимми Рэндалл.
Он был небрит и одет лишь в пижамные штаны и майку. При виде Лили Джимми остановился как вкопанный.
— Что она здесь забыла? — буркнул он.
— Я пришла поговорить с Мэвис о Рите и Рози, — ответила Лили.
Джимми навис прямо над ней, и она изо всех сил сдерживалась, чтобы не отшатнуться.
— Лезешь не в свое дело, значит. Ну мы тебе этого не позволим. Так что давай проваливай. Да побыстрей! — Он толкнул дверь и указал на улицу.
— Мама хотела… — начала Мэвис.
— Навести тут свои порядки, — перебил ее Джимми. — Ни черта у тебя не выйдет, дорогуша.
— …чтобы девочки жили у нее, — договорила наконец Мэвис. — Она хочет забрать девочек…
— Тогда иди собери их вещи! — рявкнул Джимми. — Пусть забирает их прямо сегодня.
