class="p1">— Сегодня… — пробормотала Мэвис, заметно побледнев.
— А почему нет? — Джимми пожал плечами. — Ей они нужны. Нам — нет. Так пусть забирает их сегодня.
— Джимми… — зарыдала Мэвис, но он уже отвернулся от нее и заковылял вверх по лестнице.
Лили думала, что сегодня они просто расскажут девочкам о том, что они переезжают к бабушке, позволят им свыкнуться с этой мыслью, а в выходные можно будет перевезти вещи. За неделю она успела бы подготовить для них комнату, осознать до конца, что внучки теперь будут жить у нее, однако Джимми не оставил ей выбора. Нужно поскорей увезти девочек из этого дома. Джимми пугал ее, а ведь она была взрослой независимой женщиной. Что же чувствовали девочки, когда он вваливался в комнату?! Она повернулась к дочери, которая сидела, закрыв лицо руками.
— Давай, Мэвис, — резко начала Лили, — позови девочек и скажи им, что они переезжают ко мне. Но не забудь добавить, что это временно, пока ты не родишь ребенка и не поймешь, что к чему. Хорошо?
Мэвис лишь застонала в ответ.
Лили схватила ее за плечи и грубо встряхнула.
— Возьми себя в руки, детка, — сказала она. — Здесь им оставаться нельзя.
Лили подошла к лестнице и крикнула дочерям, чтобы они спустились вниз. Когда девочки вбежали на кухню и выжидающе уставились на мать и бабушку, Лили, заметив, что Мэвис не собирается ничего говорить, объявила им:
— Девочки, вы же знаете, как устает бедная мамочка. Скоро родится малыш, и ей надо больше отдыхать, поэтому мы решили, что будет лучше, если вы пока поживете у меня.
Рита недоверчиво уставилась на Лили, а Рози захлопала в ладоши и закричала:
— Мы поедем к тебе, бабуль?! Прямо на всю ночь? А можно перед сном нам хлеба с жиром?
— То есть мы будем теперь жить у тебя? — спросила Рита. — Все время?
— Какое-то время, — уточнила Лили. — Чтобы мамочка смогла отдохнуть. Пока не родится малыш.
Рита задумчиво кивнула в ответ.
— А как же школа? — спросила она.
— Будете ходить в ту же школу, — ответила Лили. — А мама станет приходить в гости и привезет малыша, когда он родится.
— А дядя Джимми будет нас навещать? — спросила Рози.
— Нет! — выплюнула Рита.
— Нет, — мягко согласилась бабушка. — У него слишком много дел, он не сможет приходить. А теперь давайте поднимемся наверх и соберем ваши вещи.
Сложились девочки довольно быстро. Одежды у них было немного, и она легко поместилась в небольшой чемодан, который достала Мэвис, а все игрушки запихнули в хозяйственную сумку. Рози в первую очередь схватила Пушистю — непонятного зверька, которого подарила ей Лили, связав из старого свитера. У него были пуговицы вместо глаз, смешной носик и улыбающийся рот. Рози нежно любила его и всегда спала с ним в обнимку. Девочки взяли свои школьные ранцы и кеды для физкультуры. Рита украдкой спрятала папину фотографию в одну из тетрадей. Она была очень осторожна, чтобы мама не увидела и не отобрала это сокровище.
И вот, собрав свои вещи, Рита и Рози отправились к бабушке. Лили смотрела, как они идут по улице, нагруженные сумкой, чемоданом и ранцами, и думала, что они словно беженцы. Таких часто показывают в военной кинохронике. Беженцы, вынужденные бросить родной дом.
Глава 6
Следующие недели пролетели незаметно. Девочки привыкали к новому дому и к новому распорядку. Первые несколько ночей Рози плакала. Ей хотелось, чтобы мамочка поцеловала ее перед сном, а когда бабуля целовала ее и подтыкала одеяло, она шептала сквозь слезы: «Хочу мамочку!»
— Конечно, ты скучаешь, милая, — утешала ее бабушка. — Не плачь, она придет завтра, когда ты вернешься из школы. А теперь обними Пушистю, закрой глазки, и завтра скоро наступит.
Рита тоже скучала по маме, но не признавалась в этом. Мама отправила их жить к бабушке, чтобы остаться вдвоем с дядей Джимми. «Что ж, — думала девочка, — мне все равно. Я не хочу жить с дядей Джимми, лучше поселиться у бабушки».
Но ей было не все равно. Она скучала по родному дому и его привычным запахам, по заставленному всякой ерундой буфету и поцарапанному деревянному столу на кухне. Бабушкина кухня, хоть и знакомая, была совсем другой. Рита скучала по своей комнате с блеклыми розами на обоях и треснувшим оконным стеклом. Теперь у нее была отдельная кровать, но она привыкла спать вместе с Рози и часто забиралась к ней в постель, прижималась к ней так, что им обеим становилось тепло и уютно, как двум котятам в корзинке.
В школе все было по-старому. Бабушка теперь почти каждый день разрешала им играть в парке по дороге домой, если не было дождя, но Рите хотелось побежать к маме, как она делала раньше, и рассказать ей, как прошел день. Она очень скучала по той, другой, маме, до дяди-джиммовской.
На встречу с мисс Хэссинджер, директором школы, Мэвис и Лили отправились вместе. Мисс Хэссинджер проработала в школе больше тридцати лет и когда-то давно была учительницей малышки Мэвис. Теперь, оказавшись снова в кабинете директора, Мэвис почувствовала, будто двадцати лет как не бывало. Она снова школьница и ее вот-вот отчитают за какой-то проступок.
Мисс Хэссинджер предложила дамам сесть и, когда те устроились на стульях, выжидающе взглянула на них. Директриса чем-то напоминала птицу: маленькая, востроносая, с седыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке. Сейчас ее умный проницательный взгляд был направлен на бывшую ученицу. Мэвис чувствовала себя неловко под пристальным вниманием директрисы, поэтому она отвернулась к окну, предоставив матери объясняться одной.
Лили повернулась к дочери, но заметив, что та не собирается ничего говорить, произнесла:
— Мы пришли обсудить вопрос Риты и Рози.
Мисс Хэссинджер ободряюще кивнула:
— Я вас слушаю.
— Мы пришли сказать, что Рита и Рози переедут ко мне на некоторое время, — начала объяснять Лили. — Мэвис через несколько недель выходит замуж…
Взгляд мисс Хэссинджер скользнул по выпирающему животу Мэвис, а по выражению глаз директрисы можно было понять, что она думает: «Давно пора».
— А когда родится ребенок… вы понимаете… будет лучше, если девочки временно поживут у меня, — закончила Лили.
— Понимаю.
Мисс Хэссинджер была человеком старой школы. Строгая и требовательная, она привыкла, чтобы дети беспрекословно слушались ее. Однако никто не сомневался, что она заботится о своих учениках и желает им самого лучшего.
— Честно признаться, мне давно казалось, что у вас дома что-то неладно. Рита в последнее время стала очень беспокойной. Обычно она такая довольная, яркая и общительная девочка, но теперь с ней… трудно.
