прерывистое дыхание. Мне реально лучше держаться от нее подальше. Я не знаю, чего больше во мне по отношению к ней, ярости или желания… странного, искаженного.
Я не понимаю лишь одного – зачем ей это? Ее семья имеет достаточно денег. Неужели быть шлюхой на одну ночь дороже и важней уважения, к самой себе?
Конечно, я знал, что ни черта не изменят мои слова, чтобы держалась подальше, но им оставалось не больше месяца рядом, Фатима вернется домой и станет прилежной женой, а я порадую отца своим намерением жениться.
Подготовка к свадьбе длилась недолго. Карим с Зулейкой решили устроить ее только для родственников, так как семья Заура была такой же большой, поэтому гостей выходило около ста человек. И как я понял, жених не очень хотел, чтобы посторонние видели его невесту в свадебном наряде.
– Фатима, – зову ее поговорить в сад, – пойдем прогуляемся.
Покрывает голову и улыбаясь выходит за мной.
– Ты счастлива?
– Да, дядя.
– Фатима, ты женщина и знаешь о своих правах в семье.
– Знаю.
– Я хочу, чтобы ты запомнила одну вещь, если вдруг что-то изменится в отношении Заура к тебе, ты обратишься ко мне. Не бойся ничего. Никакой позор и никакая кара всевышнего не сравнится с тем, что я сделаю с ним, если он тебя обидит.
– Я… – смотрит так испуганно.
– Фатима, я не говорю, что это обязательно случится, ты просто должна знать, что у тебя есть кому тебя защитить, на кого положиться. Да, ты должна стараться ради блага вашей семьи, но и обижать тебя я ему не позволю. Ни я, ни Карим. И это не стыдно. Не смотри на традиции, не бойся сплетен, поняла?
– Да, дядя. Спасибо.
Обнимаю ее, а сам думаю, что люблю ее и переживаю, как за своего ребенка. Я реально убью его, если обидит, пусть только попробует, хоть и понимаю, что он сам горазд разорвать любого за свою невесту.
– Дядя?
Стоим возле небольшого фонтана на заднем дворе брата.
– Что?
– Поедешь завтра со мной в аэропорт?
– Зачем? Кто-то еще не прилетел? Вроде бы уже все на месте.
– Помнишь мою подругу, – тут же напрягаюсь, – вы познакомились на выпускном балу, я ее пригласила тоже.
«Твою ж… Похоже кто-то так и не усвоил урок. Бесстрашная значит?»
– Нет, у меня завтра много дел.
– Ладно, – снова улыбается и мы уходим назад в дом.
Уезжаю к себе злой и в какой-то степени заинтригованный этой альщармутой (сучка).
Это словно вызов мне. Поиграть захотела? Чего добивается?
Но она сама приняла это решение! Видимо сильно хочет, чтобы я исполнил свои угрозы? Значит так и будет!
Не знаю, каким образом я смог своих демонов усмирить и не приехать в дом Карима до помолвки. Хотел, чтобы она меня увидела и поняла с кем играет. Либо хотел увидеть ее сам.
Что это: дурость или храбрость с ее стороны?
Меня раздражает, что я думаю о ней, что вижу ее голубые глаза стоит сомкнуть веки. Точно ведьма.
Я испытывал ее своим взглядом, следил за каждым движением и не понимал, как она, такая невинная и чистая на вид, может быть такой грязной и прогнившей изнутри.
Ей безумно шло платье, а платок… стиснув зубы смотрел на то, как она улыбается.
Боится, трясется, но всегда отвечает на каждое слово. Задевает меня. И ведь получается.
Стоило ей сказать, что она улетает, я понял, что должен действовать. Зачем и почему? На эти вопросы ответа пока не было.
Эта борьба внутри меня продолжалась всю ночь, а когда утром я проснулся, то сразу поехал в аэропорт и боялся опоздать.
Что я буду с ней делать? Честно не знаю, но и отпустить пока что не могу.
Она рушит мои стереотипы, мои правила, меня это раздражает и выводит из себя, но я уже сделал первый шаг, нет смысла идти назад, ведь исправить все, я могу в любую секунду, отпустив.
Главное верить, что я способен это сделать.
Глава 6
Ульяна
Просыпаюсь медленно, постепенно приходя в себя. Последней моей эмоцией был страх, с него и начинаю.
Тело свинцовое, будто я участвовала в боях и мне хорошенько наподдали. Голова кругом, хоть я еще даже глаза не открывала, а конечности так вообще не слушаются.
Переворачиваюсь, кое-как и упираюсь носом в приятно пахнущую ткань. Что это?
И тут в память иглами впивается последняя минута перед тем, как я свалилась в обморок на сиденье огромного внедорожника, под испепеляющим взглядом Наиля.
– Только не это.
Раздираю веки, морщась от острой боли в глазах и привыкнув к свету паника заполняет меня всю, от кончиков пальцев на ногах, до ушей.
Комната темно-синяя. Шторы открыты. За окном уже вечереет, но окна выходят на закат и солнце не жалеет меня.
Становится жутко, но радует, что я не в подвале, а в спальне на мягкой постели. Однако не отменяет тот факт, что меня привезли сюда в бессознательном состоянии и следовало бы вообще понять куда именно?
Неужели я и правда в его доме? Чего ему нужно? Те угрозы они имеют под собой хоть какую-то почву?
А может он и правда привез меня в публичный дом?
От этого мыслительного процесса голова словно набухает и в ней толпится рой пчел, которые жалят меня, раздражая мою и до этого бурную фантазию.
Снова закрываю глаза, пытаюсь успокоиться.
Встаю кое-как с кровати, замечая, что платье с меня сняли и оставили только в кружевной сорочке и нижнем белье.
«Ну и зачем меня раздевать? Надеюсь, что это был не он!»
Становится тошно от этих мыслей.
Подхожу к двери и пытаюсь ее открыть, и она конечно не поддается.
Заперта.
В неволе.
Что это значит?
Волны страха наплывают одна за другой, представляя картинки того, что он осуществит свои угрозы.
– Боже, только не это, – шепчу в ужасе, отдаляясь от двери услышав тяжелые шаги по другую сторону.
Срываюсь с места и залетаю в гардеробную, которая ведет в ванную комнату. Закрываюсь изнутри. Дальше в ванной запираю дверь и подставляю стул, который прихватила с собой.
В комнате слышится шум. Меня окликает женский голос, но я молчу. Понятия не имею кто это? Может служанка?
В ушах словно вата, все доносится приглушенно.
Дальше стук в дверь.
А после она начинает визжать на местном и видимо выходит из комнаты.
Оборачиваюсь и вижу красивую ванную комнату. Темно-синяя с серыми и молочными акцентными плитками. Красивые узоры и удобство во
