Из гарнитура Дален сделал себе кожаную портупею с бронзовой пряжкой и небольшой сумочкой, выполненной в виде почти традиционного офицерского планшета.
Во второй день стоянки Дален назначил себе подготовить бронто Дункана для верховой езды, но без телепатического управления. А то тот уже нехорошо косится на своего подчинённого.
После более чем трёхнедельного общения с Пегасом дело выгорело очень быстро. Это вам не пауки с совершенно чудным мозгом. В общем, к вечеру Дален подарил цирковое представление всему Лотерингу в лице Дункана, который притирался к своему новому «коню». В ходе этого действия был разрушен какой‑то сарайчик и выбито несколько зубов у командора, но он сам сиял, как начищенный золотой. Новый статус наездника на бронто (одного из двух во всём Ферелдене) даже как‑то приосанил стража. Уж больно он радовался и гордился собой.
Далену осталось только объяснить некоторые ключевые детали по уходу за его новым скакуном.
На следующий день перед ним стояла задача изготовить блокнот из нормальной бумаги, так как писать на пергаменте совершенно достало. Для чего он прикупил два отреза белёного льна около пяти килограммов весом, которые через несколько часов филигранной работы были преобразованы в прочные, гладкие, но чуть желтоватые листы бумаги. В итоге на пятый день стояния в Лотеринге у нашего мага имелось уже четыре блокнота формата А5 по 100 страниц каждый. В комплекте с компасом, карандашом, компактной подзорной трубой и 9‑мм пистолетом получился почти командирский набор. Поэтому в последние дни Дален отдыхал, пытался соблазнить приглянувшуюся эльфийку‑травницу, ваял шерстяной плащ с капюшоном, делал патроны – собственно, и всё.
В день отъезда Дален поднялся вместе с владельцем таверны в свою комнату, положил на стол плату за три месяца вперёд и пообещал его кастрировать, если он сюда пустит хоть кого‑то или умудрится её загадить. Хозяин, увидев комнату, долго икал и клялся всем, что для него дорого, в том, что до возвращения мага она будет опечатана. На том и расстались.
– Слушай, Дален, – Дункан поравнялся на своём бронто с магом, – а что это за магия такая, что ты используешь? Я ничего подобного никогда не встречал. Твоя одежда без швов, как будто выросшая в таком виде в поле, странный пергамент, самопишущие палочки и эта твоя громыхалка, которая легко убила храмовников в башне, полностью проигнорировав их защиту от магии. Что всё это такое? На магию крови не похоже. Ни на одну из известных мне магических школ – тоже. Ты вообще на мага похож очень отдалённо. Да ещё это испытание, которое ты прошёл необычайно быстро. Ирвин был в полном восторге и восхищении. Мне хотелось бы знать всё о человеке, с которым я пойду в бой.
– Всё? – Дален улыбнулся. – А почему же ты не предлагаешь откровенность на откровенность? Почему не рассказываешь мне о предстоящей процедуре инициации через поглощение крови порождения тьмы, усиленного магией?
Дункан удивленно уставился на мага.
– Инициация, которая может и убить. Впрочем, она всё равно убивает, лет через двадцать скверна подстраивается под стража и начинает поглощать его сознание, потихоньку превращая в порождение тьмы. И поэтому стражи, почувствовав это, идут на глубинные тропы, дабы найти там свою смерть и не дать шанс скверне… Что же ты молчишь?
– Кто тебе рассказал про ритуал? – Дункан был очень серьёзен.
– Никто. Я просто умею хорошо обобщать различные оговорки, которые хранятся в легендах библиотеки. Думаю, даже Ирвин и тот не до конца знает детали ритуала, хотя и догадывается.
– И ты согласился? Зная, что ты умрёшь или сразу, или через двадцать лет, ты согласился?
– Это лучше, чем пару столетий просидеть в башне и терпеть унижения от этих ведроидов, то есть последователей Андрасте.
– Ведроидов?
– Ну да, у них на голове шлем, напоминающий ведро. – Дален улыбнулся, но Дункан продолжил с задумчивым видом:
– Они так достали?
– Ну как тебе сказать… Во‑первых, я хотел нормально питаться, а от их рациона в виде вечного поста только магия и спасает. Ты видел, какие обитатели там худые? Кожа да кости. Мягко говоря, я постоянно хотел есть. Пока не устроился на склад.
В этот раз Дункан улыбнулся.
– Во‑вторых, я их просто не переношу. Извини меня, конечно, но их мозги девственно чисты. Они невыносимы. Да и вообще меня от башни уже начинало тошнить. С первого взгляда мелочи, но, поверь, раздражение внутри было очень велико. Настолько, что я еле сдерживался.
– Да, это было заметно. Если первых храмовников ты убивал хитро, то последних ждала весьма необычная смерть. Особенно последнего, которого ты выманил под руки Лили.
– Я? – Дален с совершенно невинным лицом посмотрел на Дункана.
– Мы оба знаем, что это сделал ты, а не тот недоумок, который только и мог, что освоить парочку заклинаний магии крови да глупо подставиться под уничтожение. Если бы не ты, он погиб бы. Гарантированно. Да ещё эту влюбленную пташку погубил бы, так как по совету Ирвина охрана подземелья была очень серьёзно увеличена. Даже мне, опытному воину, прошедшему через массу сражений, и то попадать в такую передрягу не хотелось. Но ты смог их всех перебить, причём, судя по всему, весьма не затрудняясь. Это не похоже на простого мага‑неофита.
– А на кого похоже?
– На одержимого. Но ты не преобразился в ходе испытания. Поэтому и я, и Ирвин в глубоком недоумении.
– И что вы собираетесь предпринять?
– Ирвин просто умыл руки и спихнул тебя на мою голову. А я… – Дункан задумался. – Мне по большому счёту глубоко плевать, кто ты. Пусть даже сам демон Гордыни, выбравшийся из мира теней. Если, конечно, ты примешь посвящение в серые стражи и выступишь против порождения тьмы.
– Лестно слышать о таком прагматичном подходе. – Дален улыбнулся.
– Ты видишь, я приму тебя любого, лишь бы ты пошёл за нас в бой. Будь милосерден, утоли моё любопытство.
– Дункан, я – человек, правда, необычный, но человек. Этого довольно?
– А в чём твоя необычность?
– В том, что Дален Амелл умер в первую минуту своего пребывания в мире теней, а я умер за несколько минут до того в своём мире. По какой‑то необъяснимой случайности я оказался после смерти рядом с Даленом и прошёл испытание вместо этого бедняги. Теперь его тело с погибшей душой и моя душа с погибшим телом являют собой нового человека. В этом и странность. Я удовлетворил твоё любопытство?
Дункан задумался и минут через пять спросил:
– Другой мир?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
