людские проблемы и страхи, в прошлое уйдут Танетайн, единственный друг в его никчёмной жизни, и алхимия, единственное искусство, которое он познал. И вот здесь вот, на этом самом месте, на этой самой мысли его разум некроманта сформировался окончательно. Ведь он принял мысль о том, что большинство не будет разделять его мировоззрения. Что ему придётся жертвовать: либо он оставляет некромантию и остаётся на пути человечности, где будут и дружба, и любовь, и свет, и жизнь; либо он оставляет человечность и шествует по пути некроманта, где будет лишь тьма, безмолвие, величие и бессмертие. И Константин уже давно сделал свой выбор. Но он также понял, что свой выбор сделал и его друг Танетайн. И только теперь он принял это. А потому, прежде чем продолжить познавать следующий этап своего тёмного пути, он должен закончить здесь. Уложив свою маску в сумку алхимика, он поспешил вернуться в лабораторию своего учителя, чтобы распрощаться с ним, как следует. Пока что был ещё вечер, поэтому он успевал.
Пожилой алхимик был удивлён, когда увидел на пороге своего ученика. Не тая на него ни капли обиды, он спросил его: «Что-то забыл и вернулся забрать это?» — «Да, забыл. Но не забрать, а попросить у тебя» — «И что же это?» Он протянул ему руку для рукопожатия и своим сумрачным взглядом посмотрел ему в глаза. Тот принял этот добрый жест, и, пока они так стояли, Константин заговорил: «Прости, что неуважительно отнёсся к твоей позиции. Просто я не до конца понимал, что есть множество предназначений, как и множество путей. Что у меня своё, а у тебя — своё. Тайн, я тебе обещаю, что не приду за тобой, чтобы подарить твоим останкам перерождение. И, если мне вдруг станет известно, что какой-нибудь некромант поставит себе целью воскресить тебя, я непременно воспрепятствую этому. Так что знай: твой покой не потревожит никто» — «Рад это слышать. Теперь мне будет гораздо спокойнее» Меж ними образовалась затянувшаяся пауза. Константин, поняв, что больше ничего не может сказать, собирался прощаться. Но Танетайн остановил его: «Ты хоть подготовился к путешествию в восточную часть города?» Он извлёк свою маску с двумя подготовленными цистернами и, надев её, отвечал: «Конечно. А ты сомневался?» — «Естественно, нет. Более того, я даже знал, что ты сотворил какое-то средство на основе лекарства от смрада лича. Конечно, ты молодец, пытался скрыть запахи. Но я-то алхимик подольше твоего буду. Мой нос может улавливать еле различимые оттенки запахов» — «О, Тайн, нет лучшего тебя в мире. Надеюсь, я смогу достигнуть хотя бы подобного величия в некромантии» — «Самое главное в этом — не отступать. Может казаться, что выбранная тобой тропа — это слишком сложно для тебя, что ты никогда не покоришь эту вершину, однако попомни слова старого алхимика: не существует недостижимых вершин — есть лишь недостаток усердия. Если ты не будешь сдаваться, будешь искать, стучать или просить, то найдёшь, откроешь или получишь» — «Уверен, я буду ещё не раз возвращаться к этим словам» — «Не сомневаюсь. И ещё кое-что, мой друг. Что это за маска на тебе надета? Скажи мне, что ты ещё не закончил её, и, прежде чем пойдёшь искать личепоклонниов, ты её доработаешь» — «А что с ней не так?» — «Ты только посмотри на этот шов! Да туда жирный мосс протиснется, не то, что бы ядовитый газ! И толку тогда тебе от твоих дыхательных смесей? И почему голова открыты? Или ты думаешь, что ядовитые испарения только снизу будут залетать к тебе в лёгкие? А это что за тесёмочки на затылке? Завяжи их потуже — так они в тот же миг разорвутся от натяжения» Сняв свою маску, Константин заговорил без капли эмоции на лице: «И как же мне быть?» — «Кажется, тебе снова нужна помощь твоего учителя. Пойдём» Они пришли в его комнату, где он обычно занимался составлением рецептов, которые уже испробованы и которые только ещё предстоит испробовать. К его кровати был придвинут большой сундук, в котором, со слов алхимика, лежали вещи из его жизни, которые никак не пригодились ему. Отперев замок, он погрузил туда руку, а после извлёк маску, напоминающую череп: пара чернеющих глазниц, а также прорези в области рта, которые издалека можно принять за скелетный оскал. Надев её на себя, Танетайн заговорил: «Смотри: идеально сидит на голове. И, что самое, главное, не единого шва. А специальная прослойка из листьев тара́ка на месте рта позволяет свободно выдыхать, а вот вдыхать — нет. Только через нос. Но мы доработаем эту возможность и сделать так, чтобы воздух, проходящий через нос, фильтровался при помощи твоих дыхательных смесей» В общем, работали алхимики до самой ночи. И получилось идеальное средство защиты от смрада жуткого бессмертного. Цистерны были спрятаны под саму маску, так что не искажали зловещего вида, который приобретал тот, кто носит на лице эту защиту. Когда Константин одобрил изделие, тут же последовал вопрос: «Для чего она была тебе нужна? Ты же не поддерживаешь некромантию» — «Кто сказал, что не поддерживаю? Ты собираешься стать частью некромантии. И я тебя поддерживаю. А вообще эта маска задумывалась мною как оберег от Зораги. Я хотел надеть её на Зорагалдиум, чтобы отвести от себя чёрную хворь, но она так и осталась не у дел» — «Оберег? Она магическая?» — «Нет. Но я хотел заплатить беломагу, боевому магу, тайному или даже чернокнижнику за то, чтобы они одарили её своими силами. В зависимости от того, кто первым посетит наш город. Но, как видно, никто так и не соизволил. Так что, когда станешь адептом зелёного пламени, у тебя появится такая возможность» Чуть помолчав, Танетайн снова погрузил свою руку в сундук и вытащил оттуда керамический ножик. В отличие от того, которым они пользуются, когда приготавливают ингредиенты, этот был как-то вычурный, выглядевший как подарок. Константин спросил: «Что это?» Его друг ответил: «Это подарок от одного из клиентов, который поверил, что я вылечил его, но потом он всё-таки умер. Я не мог использовать его по назначению, потому что это подарок от мертвеца. И моё предназначение не позволяет мне этого. Но вот ты — это со всем другое дело. Тебе этот керамический нож будет в самую пору. Он будет напоминанием о том, кем ты можешь стать в жизни, если бы решил не идти к смерти». Положив этот подарок в свою сумку, он ответил: «Спасибо.
