Греции и такой наболевший общецерковный вопрос, как перевод богослужения на новый стиль. В январе 1926 года священник Свято-Варваринской церкви при русском общежитии Российского общества Красного Креста в Афинах Григорий Агафоникиади в своем рапорте на имя Управляющего русскими православными общинами в Греции Преосвященного епископа Гермогена и Председателя Архиерейского Синода Высокопреосвященного митрополита Антония докладывал о запрещении ему Афинской митрополией совершать богослужения по старому стилю и в связи с этим выразил просьбу дать ему соответствующие указания. Архиерейский Синод обратился к Афинскому митрополиту Хризостому с просьбой о разрешении священнику Агафоникиади молитвенно утешать свою паству по обычаю Русской Православной Церкви, не принявшей нового стиля. Также он просил Премьер-министра Греции не препятствовать совершению богослужения в русской церкви при русском общежитии в Афинах по старому стилю. Священнику Агафоникиади было разъяснено:
Архиерейский Синод признавая, что все русские церкви богослужения должны совершать по старому стилю и верующие должны сего добиваться всеми мерами, так как новый стиль не принят еще всей Православной Церковью, в том числе и Российской, тем не менее не желая стеснять пастырской совести его, о. Агафоникиади, в создавшейся обстановке, предоставляет ему совершать богослужения в Афинах по новому стилю, если нет никакой возможности к совершению его по старому стилю[162].
Вскоре митрополит Афинский запретил священника Григория Агафоникиади в священнослужении за совершение им богослужения по старому стилю, а затем последовал и его арест. Председатель Архиерейского Синода митрополит Антоний вынужден был принять соответствующие меры[163].
История получила развитие в январе 1927 года, когда епископ Екатеринославский и Новомосковский Гермоген, Управляющий русскими православными общинами в Греции, представил Синоду рапорт священника церкви Российского Общества Красного Креста в Афинах Григория Агафоникиади, в котором говорилось о положении названной церкви и о церковных делах в Греции. В связи с ходатайством епископа Гермогена Синод преподал свое благословение священнику Григорию Агафоникиади с выдачей установленной грамоты, «за ревностное служение Церкви Божией и стойкое отстаивание церковных канонов и обычаев». Также была выражена благодарность министру вероисповеданий Греции за покровительство Русской Православной Церкви и содействие к совершению богослужения по старому стилю[164]. В дальнейшем Синод неоднократно получал и рассматривал рапорты священника Григория Агафоникиади о положении русской православной церкви в Греции[165].
Из сообщения группы прихожан церкви при русском госпитале № 4 в Афинах мы узнаем об очередном насильственном акте, осуществленном греческой полицией над протоиереем Крахмалевым во время священнодействия его в упоминаемой церкви. Данную проблему митрополит Антоний обсудил с Афинским митрополитом Хризостомом. В дополнение к изложенным в письме митрополита Антония данным Синод сообщил Афинскому митрополиту новые документальные сведения[166].
Особый статус в Греции имела Святая Гора Афон. Все расположенные там монастыри находятся в юрисдикции Вселенского Патриарха, вне зависимости от их национальной принадлежности. История русских обителей Афона, их подворий в России, а также русских церковных общин на территории Греции и Турции, является одной из малоисследованных тем в отечественной историографии. В самом начале XXI века появилось несколько важных работ по данной теме[167]. Можно отметить исследования двух авторов: московского историка П. Троицкого[168] и петербургского историка М. Г. Талалая[169]. Значительный вклад в изучение истории Поместных Православных Церквей, в том числе Элладской Церкви, внес преподаватель Московской Духовной Академии К. Е. Скурат.[170] Истории русских обителей Афона в XX в., главным образом в 1910-40-е гг., посвящена недавно вышедшая книга М. В. Шкаровского[171].
Одним из двадцати ставропигиальных патриарших монастырей, имеющих право собственности на Афоне, считается русский монастырь вмч. Пантелеймона. Из двенадцати скитов два русских: св. Апостола Андрея Первозванного (при монастыре Ватопед) и прор. Илии (при монастыре Пантократор).
К лету 1914 г. на Святой Горе еще проживало 4285 русских насельников: в Пантелеимоновском монастыре – 2217, в Свято-Андреевском скиту – 700, в Свято-Ильинском скиту – 412, в келлиях и каливах – 956 [172].
В середине 1920-х гг. греческое правительство стало проводить политику эллинизации Афона. Одним из следствий этого стало запрещение вывозить со Святой Горы богослужебные книги, изданные русскими обителями и служившие делу религиозного просвещения славянских народов.
Несмотря на некоторый приток эмигрантов, численность русских монахов на Афоне в рассматриваемый период (1920-е – 1940-е гг.) постоянно сокращалась. С 1920 г. по 1938 г. их количество уменьшилось с 2110 до 700[173].
Значительный вклад в историю не только Афона, но и Русской Православной Церкви внесли два русских эмигранта – Сергий Сахаров (архимандрит Софроний) и Всеволод Кривошеин (архиепископ Василий).
Архиерейский Синод регулярно получал информацию о положении дел в этой области. В июне 1925 года Братство русских обителей во имя Царицы Небесной на Св. Горе Афон докладывало об избрании на очередном ежегодном Собрании Братства членов своего президиума, а также испрашивало благословение вновь избранным[174]. В феврале следующего, 1926 года, Братство русских обителей (келлий) во имя Царицы Небесной на Афоне выразило Архиерейскому Синоду благодарность за награждение членов этого Братства[175].
В сентябре 1927 года духовник этой обители архимандрит Кирик рассказал о положении церковных дел на Афоне в связи с требованием Вселенского Патриарха принять новый стиль, а также прислал Александрийский том 1595 г. о праздновании Пасхи[176]. Полученные материалы также значительно усилили позицию высших органов управления РПЦЗ в вопросе о переходе на старый стиль. Еще ранее, в журнале «Церковные Ведомости» № 15–16 за 1924 год, в неофициальной части были помещены два исторических свидетельства, касающиеся попыток ввести новый стиль в богослужении. Первый – сигилион Иеремии, архиепископа Константинопольского – Нового Рима и Вселенского Патриарха, датирован 1583 годом и гласит:
Кто не следует обычаям Церкви и тому, как приказали Семь Святых Вселенских Соборов о святой Пасхе и месяцеслов и добре законоположили нам следовать, а желает следовать Григорианской пасхалии и месяцеслову, тот, как и безбожные астрономы, противодействует всем определениям святых Соборов и хочет им изменить и ослабить, да будет анафема, отлучен от Церкви Христовой и собрания верных.
Второй сигилион – Вселенского Патриарха Кирилла – датирован 1756 годом.
«Эти сигилионы хранятся в библиотеке Великой Лавры Св. Афанасия на Афоне», – отмечал автор заметки Е. Махароблидзе.
В октябре 1927 года настоятель русского Свято-Пантелеи-монова монастыря архимандрит Мисаил доложил об убытках, причиненных обители пожаром монастырского леса. Архиерейский Синод выразил настоятелю с братией сочувствие и со своей стороны призвал верующих к пожертвованиям на монастырь, о чем было сделано объявление в журнале[177].
В сентябре 1928 года Настоятель русского Пантелеймонова монастыря на Афоне архимандрит Мисаил обратился с вопросом, как
