за война и сколько она уже длится я, разумеется, не стала. Эльма должна быть в курсе, и моя неосведомлённость может показаться подозрительной. С этим разберёмся позже, а вот с загруженностью детишек надо что-то делать. На мой взгляд, тут Дура перегибает палку. И опять же возникает вопрос: а знает ли Арамазд о том, что ребятишки света белого не видят из-за непомерного количества уроков? Вряд ли, ведь недаром их при нём освобождают от большинства занятий. Что-то мне подсказывает, дракон бы такой каторги не одобрил и Дура это прекрасно понимает.
Китти оказалась на редкость расторопной девушкой: не прошло и пятнадцати минут, а я уже стояла одетая в, как всегда, вычурное платье, и даже с завитыми волосами. Конечно, горничная посетовала, что они слишком короткие, но тем не менее смогла соорудить вполне приличную причёску.
Удовлетворённо оглядев результат своего труда, Китти умчалась за завтраком для меня. И только за ней закрылась дверь, с тумбочки, точной копии той, что разворотил герцог, раздался противный писк. Пройдя на звук, обнаружила небрежно брошенное мной вчера зеркало-магайфон.
На пару секунд зависла, гадая, как активируется чудо связи, и, взяв в руки, провела пальцами по прохладной поверхности. Моё отражение тут же пропало и я увидела вальяжно откинувшегося на спинку кожаного кресла папеньку.
— Здравствуй, дочь. Как у тебя дела, как прошла ночь?
— Вашими с Эль молитвами, отец! — не смогла я не съязвить.
— Я так понимаю, нормального диалога у нас с тобой не получиться? Всё ещё обижаешься… Что ж дело твоё. Покажи брачную татуировку.
— Зачем?
— А как, по-твоему, Эль её воспроизвести должна?
Пожав плечами, покрутила рукой возле зеркала, но папенька так и не пошевелился, просто недовольно поморщился.
— Что, и зарисовывать не будешь? — спросила, озадаченно сведя брови на переносице.
— Это ни к чему, артефакт запишет наше общение.
— Понятно. Раз уж ты позвонил, ответь на пару вопросов. — Было заметно, что отец от такой перспективы не в восторге, но он всё же кивнул. — Первое! С кем королевство Айсен воюет?
— Уже ни с кем. Война с Меркатом шла три года, сейчас
подписан мирный договор, а свадьба Генерала Лонлин и Эльмы является одним из его условий.
Так вот в чём дело! А генерала Лонлин поди-ка и не спросили, согласен ли он на такие условия. Я даже зауважала мужа: будь я на его месте, церемониться с навязанной супругой не стала бы, а он молодец — держится! Меня, можно сказать, не обижает, если не считать язвительных выпадов.
— И Эль не против?
— Она же сама тебе об этом сказала.
— Откуда ты знаешь, что она мне говорила? — напряглась я от такого заявления.
— Если бы Эль пожаловалась, что замуж не хочет, ты бы ни за что не согласилась ей помочь, — ответил граф Родара спокойно.
Как я ни вглядывалась в его лицо, не заметила, что дрогнул хоть один мускул. Хм, вроде звучит правдоподобно, но меня всё равно не оставляет мысль, что сестрёнка пересказала родителю наш разговор. Причём в подробностях.
— Сегодня вы идёте на бал во дворец, прошу, надень перчатки, скрывающие твою татуировку, — произнёс отец, так и не дождавшись от меня реакции на свои слова.
— Зачем?
— После того как новобрачные проведут ночь вместе, татуировка исчезает. Нет, её можно заметить при магическом вмешательстве, но на первый взгляд она становится невидимой. Вряд ли твой супруг оценит, если ты начнёшь размахивать доказательством, что он… несостоятелен как мужчина.
Сильно сомневаюсь, что он несостоятелен, вон как вчера завёлся от известия о мокрых трусиках! Но папенька прав: татуировку лучше спрятать. Ни к чему портить репутацию дракону, он не заслужил такого отношения.
— Хорошо, спасибо, что предупредил. Эльма с тобой связывалась? Как у неё дела?
— Всё идёт по плану. Завтра утром позвоню.
Не соизволив попрощаться, он оборвал связь. Вроде бы общение с отцом должно было успокоить, а я лишь ещё больше нахмурилась. Ощущать себя пешкой в чьей-то игре неприятно. В том, что генерал Родара разыгрывает лишь одному ему известную шахматную партию, я почему-то не сомневалась. Ещё бы понять, что стоит на кону?
— Ваш завтрак, герцогиня! — вывел меня из задумчивости голос Китти.
Так, надо решать проблемы по мере их поступления. Сейчас я позавтракаю, а после проверю, что же такое важное преподают детям, раз у них не остаётся времени на отдых. Знаю, лезу не в своё дело, ведь после возвращения Эль вряд ли будет беспокоиться о Стенли и Весте, но… Надо выручать ребят, по крайней мере, при мне они не будут жить в таких адских условиях!
11
ЭЛЬМИРА.
Время на развлечения всё-таки у детишек есть, в этом я убедилась, едва решила покинуть комнату. Что примечательно, Китти спокойно ходила туда-обратно, а стоило мне распахнуть дверь, как что-то громыхнуло. Яркая вспышка света ослепила. От неожиданности я отшатнулась и, запутавшись в длинном подоле, плюхнулась на попу.
Прибежавшая на шум горничная обнаружила меня сидящей на полу и остервенело трущей глаза, пытаясь вернуть себе зрение.
— Госпожа? Что случилось? — поинтересовалась девушка растерянно.
— Маленькие паразиты случились, — буркнула я беззлобно. — Но должна признать: очень умные паразиты! Ловушка-то была направленного действия и настроена конкретно на меня.
— Не понимаю…
— Хлопок и яркий свет, что это может быть? — спросила, когда вновь начала видеть.
— Думаю, световая бомба. Это безобидная детская шутка. Вы накажете ребятишек, да? — пробормотала девчонка убито, похоже, нисколько не сомневаясь, что так я и поступлю.
— Я кажусь тебе таким монстром? — ухмыльнулась в ответ, поднимаясь на ноги.
— Нет, что вы. Мне рассказывали, что вы скандальная и истеричная, я даже побаивалась вам прислуживать, но сегодня поняла, что вы совсем другая. Ой, я не должна была этого говорить…
Глядя на девушку, прижавшую ладошку к губам и взирающую на меня с ужасом, я рассмеялась.
— Ладно, чего уж там, будем считать, что я ничего не слышала! — подмигнув, успокоила я Китти. — Пойдём, покажешь, где занимаются дети.
Закивав словно китайский болванчик, горничная провела меня на третий этаж и остановилась возле дубовой двери. Я решительно толкнула тяжёлые створки и вошла в комнату, залитую солнечными лучами.
При моём появлении что-то сосредоточенно записывающее в тетрадях дети вскинули головы. В глазах обоих отразился испуг, но Стенли быстро взял себя в руки, натянув на лицо непроницаемую маску. У Весты в силу возраста так мастерски сыграть безразличие не получилось, в поисках поддержки она потянулась к брату, а он успокаивающе сжал её ладошку в своей.
Учитель, женщина средних лет тоже не осталась безучастной: вскочив из-за массивного дубового стола, замерла,
