Еще никогда Эверслей-Холл не казался ей таким красивым, как сегодня. Сабрина ехала на Монти по дорожке для верховых прогулок. Отсюда пострадавшая от пожара часть дома была не видна.
Сердце ее кольнуло. Как пережить разлуку с местом, которое так много для нее значит? Как расстаться с домом, который принадлежал ее семье пять столетий? Но альтернативы нет. У нее закончились и деньги, и идеи, а надежда, что отца найдут живым, таяла день ото дня.
Монти забил копытом, заскучав. Сабрина похлопала его по шее.
– Ну ладно, малыш, пора домой, – задыхающимся голосом, так как горло сдавило от эмоций, произнесла она.
Похоже, придется расстаться и с лошадью.
Круз ждал ее на конюшне. Впервые после его появления Сабрина увидела Круза при дневном свете, и сердце ее гулко забилось, стоило ей заметить, что его черные волосы блестят на солнце, словно шелк.
Она спешилась и завела Монти в паддок.
– Ты рано встала, – заметил он. – Я думал, ты устала после событий прошлой ночи.
– Между нами ничего не было, – заявила Сабрина и осеклась, чувствуя, как кровь прилила к ее щекам. – А, ты имеешь в виду пожар. – «Идиотка несчастная!» – яростно отчитала она себя. Ей совсем не хотелось, чтобы Круз догадался, что большую часть ночи она провела без сна, предаваясь эротическим фантазиям с его участием. – Я больше всего люблю ездить верхом на рассвете, когда бледно-розовое солнце только начинает подниматься, а роса на листьях блестит, как бриллианты.
Внешне Сабрина была типичной Снежной королевой. Круз изучал ее холодную красоту. Светло-русые волосы были заплетены в длинную косу. Женщина смотрела на него умными серыми глазами без всякого интереса – то, к чему Круз, признаться, не привык. Лишь слабое подрагивание чувственных губ и бледно-розовый румянец на фарфоровой коже выдавали пылающий в ней внутренний огонь.
Он возбудился мгновенно, и это сразу вызвало физический дискомфорт. «Во всем виноваты ее ведьминские чары», – мрачно подумал Круз. Он не мог отвести от Сабрины глаз. Прошлым вечером она была неподражаема в алом вечернем платье, а когда он вернулся, узнав о пожаре, она уже была в шелковом халате, но ее привлекательность меньше не стала. Этим утром Сабрина выглядела не менее сексуально в бриджах для верховой езды, обтягивающих ее, как вторая кожа, и в сером – в тон глазам – кашемировом свитере, который приподнимали бугорки грудей.
Ее вопрос вернул его в настоящее:
– Надеюсь, ты хорошо спал?
Круз провел ночь, беспокойно переворачиваясь с боку на бок и потея, как подросток с бушующими гормонами.
– Проснулся на том же самом боку, на котором уснул, – солгал он. – Мне нужно вернуться в Лондон, но я договорился с местной строительной фирмой. Они позаботятся о доме.
– В этом нет необходимости. Тебе незачем вмешиваться, – натянуто произнесла Сабрина.
– У тебя нет денег, – напомнил он.
Его глаза опустились на ее упрямо сжатые губы. Интересно, как она отреагирует, если он будет целовать ее до тех пор, пока она не уступит? Впрочем, он может нарваться на очередную пощечину.
– Что касается твоих финансовых затруднений… У меня есть предложение, которое я хочу с тобой обсудить. Только не сейчас. – Круз не дал ей ответить. – В одиннадцать часов у меня встреча. – Он протянул Сабрине визитку. – Это мой лондонский адрес. Приезжай сегодня к шести.
Она гордо выпрямилась:
– Мне не нужна твоя помощь.
– Не опаздывай. – Круз накинул на плечи пиджак, но вместо того, чтобы уйти, взял ее за косу. – И не заплетай волосы, хорошо? Чтобы мне угодить.
Ее глаза сузились.
– А зачем мне это?
Он усмехнулся и, не удержавшись, быстро и крепко поцеловал Сабрину.
– Я могу стать ответом на твои молитвы, querida.
Глава 5
Скорее она босиком пройдет по горячим углям, чем встретится с Крузом в его лондонском доме. Сабрина хмуро смотрела вслед такси, которое его увозило. Ответ на ее молитвы, как же!
Сердце ее екнуло, когда через некоторое время машина появилась снова и она решила, что возвращается Круз. Однако кашляющая выхлопная труба подсказала Сабрине, кто это может быть.
– Трис! – Она с радостным восклицанием бросилась встречать брата. Я не ждала тебя в эти выходные. Уверена, ты вырос.
Он осклабился:
– Когда ты перестанешь это говорить? Я уже давно не ребенок. Мне двадцать один год.
Пусть Тристан возвышается над ней на добрых шесть дюймов, но он навсегда останется ее младшим братишкой. Материнские чувства к нему вряд ли когда-нибудь утихнут. Сабрина заботилась о нем после того, как мать уехала. Тристану тогда было только семь лет.
– Когда мама приедет? – сквозь слезы спросил он. Они стояли у окна в детской и смотрели, как Лорна Бэнкрофт садится в машину.
Четырнадцатилетняя Сабрина вздохнула:
– Она не приедет. Но мы будем приезжать к ней в ее новый дом, во Францию, на летние каникулы.
– А кто со мной будет? Папы никогда нет, а новая няня мне не нравится.
– Я, пообещала она брату. – Я всегда буду с тобой.
Потеряв ребенка, все свои нерастраченные материнские чувства Сабрина перенесла на брата. Он стал рослым молодым человеком, который вот-вот должен окончить университет, но она по-прежнему испытывала желание его оберегать.
– Проклятье, что случилось? – спросил ошеломленный Тристан, увидев сгоревшее крыло.
Сабрина поспешила его успокоить:
– Был пожар, но, к счастью, сгорел только флигель.
– Ты в порядке? А Джон и Мэри?
– Никто не пострадал.
Тристан положил руки ей на плечи и облегченно выдохнул:
– Ну, это главное. Все можно восстановить, а страховка покроет расходы.
Сердце Сабрины упало.
– Трис, мне нужно поговорить с тобой об Эверслей-Холл.
Но он заулыбался:
– Позволь мне первому сообщить новость, а то меня просто распирает. Я прошел отбор на коммерческого пилота, и мне предложили место в летной школе.
– Трис, это здорово!
– Конечно, мне нужно получить диплом с отличием, но я над этим работаю. Правда, обучение дорогое. Я старался экономить, но все равно мне не осилить взнос. О папе что-нибудь слышно? Деньги скоро понадобятся.
Тристан смотрел на сгоревшую крышу флигеля, поэтому не видел несчастного лица Сабрины. Ей не хотелось нагружать брата проблемами, и она не стала говорить Тристану, что их отец пропал, а сказала, что он отправился в длительную поездку за границу.
Придется продать Эверслей. Это единственный способ позволить Тристану осуществить детскую мечту.
«Я могу стать ответом на твои молитвы».
Круз – последний человек, к которому она обратилась бы за помощью в отчаянном положении. Но ведь ее ситуация – отчаяннее не бывает, уныло призналась Сабрина. Какое предложение он хочет сделать в обмен на помощь?
