Пожар и неизбежные расходы на ликвидацию ущерба только осложнили дело. Самое лучшее, что она может сделать, – это продать Эверслей сети отелей «Экцельсиор». Но ведь она еще не обсуждала это с Тристаном. Сабрина надеялась, что брат успеет сдать экзамены до того, как она обрушит на него новость о возможной потере родового гнезда. Ей следовало объяснить ситуацию несколько месяцев назад, но она столько лет заботилась о Трисе после развода родителей, что инстинктивно продолжала его защищать.
Десять лет назад Круз не понимал, как сильно переживала Сабрина из-за того, что брат остался в Англии один. Он обвинил ее в том, что она стремится вернуться к комфортабельной жизни.
Вся во власти горя, считая, что выкидыш произошел по ее вине, она мечтала найти успокоение в Эверслей-Холл, снова став матерью для брата. Сабрина надеялась, что это поможет ей облегчить боль.
Она ждала, что Круз приедет и они вместе смогут оплакать их ребенка, которого Сабрина назвала Луисом. Но время шло, а он даже не позвонил.
Наверное, он потерял к ней интерес. А сейчас он хочет ее не ради нее самой. Он посмел сделать ей оскорбительное предложение. Но еще оскорбительнее было его откровение по поводу того, что он выбрал ее в качестве своей любовницы из-за происхождения. Словно она призовая телка!
Проходя мимо картин, которыми были увешаны стены холла, Сабрина остановилась возле портрета дочери одного из Бэнкрофтов, которая жила во времена известного волокиты короля Карла II. Если верить семейному преданию, леди Генриетта стала любовницей короля в обмен на то, что он оплатил огромные долги, которые оставил ее отец. Таким образом она предотвратила продажу Эверслей-Холл, а ее младший брат унаследовал графский титул и поместье.
«Боже, помоги! Неужели продажность у меня в крови?» – мрачно подумала Сабрина.
Она вновь и вновь продолжала мысленно возвращаться к последнему разговору с Крузом, и салат из курицы, который приготовила Мэри, не вызвал у нее аппетита. Телевизор также не заинтересовал Сабрину. Она выключила его и отправилась в свою студию, где занималась реставрацией антикварной мебели. Однако нанесение сусального золота на шкаф в георгианском стиле, чем Сабрина занималась уже несколько недель, похоже, было напрасной тратой времени и сил. Шкаф придется продать вместе с домом.
В библиотеке, которой ее отец пользовался как кабинетом, Сабрина в поисках карты Круза начала выдвигать ящики в столе. Вряд ли отец оставил что-то представляющее ценность на виду, но ей пришло в голову, что, найдя карту, она сможет заключить сделку с Крузом.
Через полчаса Сабрина не нашла ничего интересного, за исключением парочки неоплаченных счетов. В последнем ящике на самом дне лежала фотография ее родителей в день свадьбы. Счастья не было ни на лице отца, ни на лице матери, но старый граф, дедушка Сабрины, настоял на том, что его внук должен родиться в браке.
Должно быть, ее родители все же познали короткий период семейной гармонии, результатом которого стало рождение Тристана, но отцу быстро наскучила семейная жизнь. Оставаясь без мужа продолжительное время, Лорна Бэнкрофт закрутила интрижку с конюхом.
Кладя фотографию в ящик, Сабрина размышляла о том, что вынужденный брак ее родителей нельзя назвать примером семейного счастья. Вот почему она отказала Крузу. А сейчас выяснилось, что, по его мнению, она считала его недостойным себя.
Мог ли ее отказ десятилетней давности быть истинной причиной унизительного предложения продаться ему за цену красного бриллианта? Тогда Круз не захотел переехать в Эверслей-Холл, так как не желал, чтобы его назвали альфонсом. Теперь финансовое положение их обоих кардинально изменилось. Теперь именно о ней можно сказать, что она охотится за его деньгами. Сабрина стала лучше понимать, как должен был чувствовать себя бедный горняк, ставший любовником графской дочери.
Она до сих пор не позвонила! Круз проверил поступившие сообщения и ощутил досаду. В списке принятых сообщений он не нашел имя Сабрины.
Он положил телефон на стол и заставил себя сконцентрироваться на деталях предстоящего банкета, посвященного открытию магазина на Бонд-стрит. С ними его знакомила женщина, организующая это мероприятие. Открыть магазин «Бриллианты Дельгадо» в самом центре Лондона – значит поставить на кон все. Успех его ювелирной компании зависел от того, сможет ли новый магазин вызвать интерес у баснословно богатых клиентов, которые могут позволить себе жить и делать покупки в фешенебельном районе.
Ради этого он трудился столько лет, почти не отвлекался ни на что другое. Однако последние три дня Круз не думал о бизнесе. В его мыслях царила Сабрина. И не только в мыслях, но и в эротических фантазиях, за что он презирал себя.
Он был уверен, что в конце концов она примет его предложение. Она разъярилась, но он дал ей несколько дней на то, чтобы эмоции улеглись, а голова прояснилась. Круз знал, как сильно Сабрина хочет сохранить Эверслей-Холл, и недоумевал, почему она оттягивает неизбежную капитуляцию.
Он снова взглянул на часы. До истечения срока оставалось пять часов. Приедет ли она? Мышцы в животе сплелись в тугой узел, когда Круз предположил, что она может послать его к черту. Он нервно забарабанил пальцами по столу. Ни в коем случае нельзя допустить продажу Эверслей-Холл сети отелей. Тогда он не сможет найти заветную карту.
– Мистер Дельгадо, не хотите ли поехать со мной в магазин, чтобы удостовериться, что вы довольны приготовлениями?
– Я убежден, что вы и ваша команда проделали отличную работу, мисс Симмс. – Он встал и положил телефон в карман. – У меня срочное дело, но к восьми вечера я вернусь.
Сегодня третий день! Сабрина не могла отмахнуться от мысли, которая мешала ей сконцентрироваться на требующей внимания и сосредоточенности реставрации шкафа. Она поняла, почему Круз установил срок ультиматума семь вечера. В нескольких газетах были размещены объявления во всю страницу об открытии флагманского магазина «Бриллиантов Дельгадо» на Бонд-стрит. Круз стал гостем утренней телевизионной программы, в которой шла речь о шикарном банкете в честь этого события.
Телеведущая откровенно с ним флиртовала, несомненно придя в восторг от гостя, с раздражением вспомнила Сабрина. Впрочем, какая женщина откажется от романа с миллионером? Но она не могла заставить себя пожертвовать самоуважением и стать его любовницей ради сохранения Эверслей-Холл.
А как же мечты брата?
Телефонный звонок прервал ее мысли. Торговец лошадьми сообщил, что нашел покупателя для Монти. Сердце женщины упало от этой новости, хотя ей совсем не помешали бы деньги от продажи.
