— Генри Оуэн — к вашим услугам, мисс…
Она невинно взглянула на него. Этот взгляд она тщательно отрепетировала под бдительным оком Беатрис. Долгими часами она вживалась в образ прекрасной незнакомки, которую видела в зеркале, по каплям выдавливая из себя скромную и застенчивую девушку, которой была на самом деле. Она долго тренировалась, и только совсем недавно ей удалось убедить Беатрис, что новый облик достаточно органичен.
— Нас не представили друг другу, — сказала Энн, кокетливо склонив голову. — Я думаю, неприлично представляться незнакомому мужчине.
Генри сверкнул ослепительной улыбкой, и Энн на мгновение расстроилась из-за того, что ее ненависть так сильна. Он так безбожно красив! Во внешности Генри было нечто такое, перед чем не могла устоять ни одна женщина, даже более искушенная, чем Энн. Он был высок и имел фигуру, вызывавшую зависть мужчин и восхищение женщин. Его глубоко посаженные серые глаза, обрамленные густыми темными ресницами — немного темнее, чем блестящие волнистые волосы, — излучали уверенность и силу! Энн всегда считала Генри очень красивым, даже до того, как полюбила его два долгих года тому назад. И сейчас, когда она хотела заставить этого человека страдать, она не могла оставаться равнодушной к его красоте. Она разозлилась на себя, осознав это. Вышло так, что спровоцированный им скандал никак не отразился на его судьбе. Генри Оуэн по-прежнему оставался одним из самых красивых, богатых и завидных женихов высшего общества, а она, Энн, стала парией.
Генри одарил ее одной из своих самых очаровательных улыбок, и Энн пришлось собрать всю свою силу воли, чтобы не растаять в ее лучах. Ей захотелось воскликнуть: «Это я, Энн Фостер, та самая девушка, жизнь которой ты погубил!» Ей уже в который раз стало горько от мысли, что человек, такой красивый внешне, может быть так бессердечен.
— Вы намерены сохранять инкогнито, таинственная незнакомка? — Он внимательно посмотрел на нее, прищурив глаза.
Сердце Энн забилось сильнее. «Ах, нельзя позволять ему так внимательно рассматривать меня, — подумала Энн, — иначе он может догадаться, кто я». Она слегка склонила голову, стараясь не смотреть Генри в глаза.
Они легко и грациозно плыли по почти пустому танцевальному залу. Всего несколько пар скользили по сверкающему паркету на некотором отдалении от них, и Энн не могла не заметить обращенных к ним любопытных взглядов. Интересно, кто-нибудь узнал ее? Она испытывала ужас от этой мысли. Пытаясь сохранить самообладание, Энн уставилась на серебряную пуговицу белоснежного воротничка крахмальной сорочки Генри. Пуговица была расстегнута.
— Это ваш первый сезон в Ньюпорте? — Энн показалось, что его вопрос продиктован не простым любопытством, отчего ее сердечко затрепетало.
— Нет, я уже проводила здесь сезон два года назад, — ответила она, стараясь говорить очень тихо, чтобы не выдать себя. Хотя она тут же с горечью подумала, что Генри все равно не узнает ее голоса. Тем летом она впервые увидела Генри и, тем не менее, сумела убедить себя, что влюблена. Глупая, глупая несчастная девочка!
— Вы не могли быть здесь в девяносто первом году. Я бы вас запомнил. — В его голосе прозвучали игривые нотки, и Энн успокоилась.
— Неужели? Разве вы помните каждую девушку, встреченную вами в жизни?
Он медленно склонил голову, приблизив свои губы к ее ушку:
— Я бы не смог не запомнить самую красивую девушку, которую мне посчастливилось видеть.
Неожиданно для себя самой, вместо удовольствия от комплимента, Энн почувствовала прилив ярости. И эта ярость придала ей храбрости.
— На самом деле мы знакомы, мистер Оуэн. — Она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза, мысленно приказывая Генри узнать ее.
— Не может быть. Разве я произвожу впечатление человека, который мог бы забыть ваше прекрасное лицо?
Он явно пытался флиртовать с нею, и это только сильнее разожгло ее ярость. Генри никогда прежде не вел себя с ней подобным образом, никогда не улыбался ей так соблазнительно. Он был вежлив и официально любезен в начале их отношений и дружелюбно спокоен накануне свадьбы. Правда, у них были милые, чудесные беседы, о которых Энн и теперь вспоминает с удовольствием. Но никогда он не смотрел на нее так… Сердце Энн затрепетало, потому что она поняла, что Генри сейчас впервые смотрит на нее таким взглядом, о котором она мечтала когда-то. Перед ее внутренним взором возникла невинная, отчаянно влюбленная девочка, которой она когда-то была, страстно ждущая исполненного любви поцелуя. Но этим ожиданиям не суждено было сбыться.
Теперь она инстинктивно чувствовала, что может получить такой поцелуй от мужчины, считающего ее незнакомкой. Во время танца Энн делала все возможное, чтобы избежать его взгляда, а он старался очаровать ее своим остроумием. Единственная мысль крутилась у нее в голове — как все будет, если они все же поцелуются? Каким унижением обернется для него этот поцелуй, когда он узнает, что поцеловал Энн Фостер, — ту самую девушку, жизнь которой сломал не задумываясь! Что ой станет делать? Раскаиваться или гневно отвергать все обвинения?
Энн было все равно. Если этим вечером она не потеряет самообладания, она вырвет у него этот поцелуй. Конечная цель их плана, может быть, и не будет достигнута, но крайней мере, Энн Фостер, некрасивая толстая Энн, свой долгожданный поцелуй все-таки получит.
— Давайте погуляем в саду, — сказала она излишне оживленно. — Здесь слишком жарко, вы не находите? В саду ведь сейчас так многолюдно, что нашу прогулку не сочтут неприличной, не правда ли?
— В этом, безусловно, нет ничего неприличного, — сказал Генри, и лицо, его выражало такую радость, как будто, кто-то неожиданно передал ему право собственности на самую лучшую яхту в Ньюпорте. Энн нашла взглядом Беатрис и поедала ей торжествующую улыбку. Ей хотелось прыгать от радости, когда они шли к двери, таким долгожданным был для нее этот момент. Еще до контр вечера он узнает, кого, поцеловал, и большинство присутствующих на приеме тоже узнают об этом. Энн с трудом сдерживала рвавшийся наружу смех, она была в восторге от импровизированных изменений, которые собиралась внести в план. Они с Беатрис не продумывали детали того, что должно произойти в этот вечер. Они планировали только представить Энн Генри, а затем дать ему понять, с кем именно он имел честь познакомиться. Энн и в голову не приходило, что несостоявшийся супруг может пригласить ее танцевать, а уж, тем более что она отправится с ним на прогулку в сад, втайне задумав получить от него поцелуй. Теперь Энн была уверена, что ей не придется слишком долго ждать. Ах, как ей хотелось увидеть его реакцию, когда он узнает, кота сжимал в объятиях!
