— Стираю? — переспросил дракон, заглядывая мне через плечо, и по интонации невозможно было разобрать, изумлён он или возмущается.
— Да! А что здесь такого? — с вызовом спросила я.
— В каде́ше? — гневно заорал хозяин пещеры.
— А где ещё мне это делать? В твоих трубах живут пауки, колодец зарос, а ближайшая вода внизу в пропасти. Ты ведь сам сказал, что солнце в зените, а я ещё ничего не сделала. — Указала на ворох белья, наваленный у моих ног. — Вот, делаю!
Дракон выглядел ошеломлённым.
— Соня, каде́ш — это сердце пещеры, нет воды — нет дома.
Я выронила из рук ткань и в полном изумлении уставилась на дракона.
— Всегда думала, что это очаг — сердце дома, потому что огонь — это уют, свет, тепло, защита.
— Да, но без воды жизнь невозможна!
— Ясно. Сейчас я всё тут приберу, — смущённо проговорила я. «Это ж надо было так оконфузиться! Ну откуда я могла знать? Это ведь моя первая пещера!»
— Чувствую, зря я разрешил тебе остаться.
— Почему? — спросила я, аккуратно сворачивая расползающееся от ветхости полотно; решила, что позже обязательно попробую заштопать дыру.
— Потому что ты понятия не имеешь, что творишь!
Я вытащила балдахин из купели, даже не стала его отжимать, бросила к другому белью на плед и связала концы узлами. И так натворила бед, хватит! Теперь как-то надо реабилитироваться. Повернулась к дракону и честно призналась:
— Прости, я правда этого не знала.
— Да как так? Об этом знает каждый ребёнок! — возмущался дракон. — Мы с рождения живём рядом с таким источником, и когда он пересыхает, оставляем пещеру.
Так и хотелось сказать, что это он живёт рядом с такими источниками, а я живу в склепе, где вода — это ручей, бегущий за оградой старого кладбища, и небольшое озеро за городскими воротами в лесу. Но вместо этого спросила как можно спокойнее:
— Вода очистится или мне нужно вручную её вычерпать и вынести?
Хозяин пещеры молчал с каменным «лицом», лишь глаза выдавали его недовольство.
— Ясно. Сейчас я вынесу грязную воду. — Схватила ведро и вернулась к источнику.
— Оставь! — рявкнул дракон. — Пещера снабжена сложной водной системой, к вечеру всё очистится само. Главное, ты пену не залила туда.
— Я её просто не нашла, — призналась я, погружая в источник ведро; понятно, что теперь мне придётся вручную натаскать воду в одну из чаш в ванной комнате, а ближайшая спальня от драконьих залов — это чёрная комната.
— Я ведь сказал, не надо!
— Но мне всё ещё нужна вода, — упрямо проговорила я, поднимая другой рукой с пола котомку с мокрыми вещами. Сделала шаг, другой, и перед глазами замелькали мушки. И немудрено! Это несчастное тело ещё толком физически не успело восстановиться после столетнего сна, а тут то вынужденная голодовка, то стресс ежедневный. Не каждый здоровый человек такое выдержит!
Дракон сердито что-то говорил, но я его уже не слышала. У меня участилось сердцебиение, как при быстром беге, на лбу проступила испарина. Да я едва заставляла себя стоять! Казалось, ещё мгновение, и рухну на месте.
— Ты меня вообще слышишь? — гневно проорал дракон, и когда я не отреагировала, обошёл и заглянул в лицо. — Что происходит?
— Всё нормально, — прошептала я, глядя перед собой невидящим взглядом. — Мне просто надо немного посидеть. — И как подкошенная рухнула к лапам хозяина пещеры.
Это даже обмороком нельзя было назвать, просто словно кто-то на мгновение выключил свет. Я открыла глаза и застонала, потому что снова лежала на каменном столе.
— Очнулась? — спросил дракон, нависая надо мной.
— Слушай, а ты не мог бы меня каждый раз на стол не укладывать? А то я чувствую себя обедом, — скрипучим голосом проговорила я и облизнула пересохшие губы, желудок тотчас утробно заурчал от голода.
Дракон ошеломлённо уставился на меня одним глазом, склонился ещё ниже, повернул голову и прислушался. А я смущённо сложила руки на животе в надежде хоть немного утихомирить свою утробу.
— Когда ты последний раз ела?
— Полноценно? — зачем-то спросила я, с интересом разглядывая плоские чешуйки, равномерно покрывающие шею дракона.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Соня, когда ты последний раз ела? — снова повторил он свой вопрос.
— Два дня назад.
Дракон выглядел обескураженным.
— Я ещё вчера хотела это обсудить с тобой, но как-то не сложилось, поэтому…
Но дракон, не проронив ни слова, взмыл под купол пещеры и вылетел через драконьи врата.
— Ну вот как с ним разговаривать? — недовольно буркнула я, сползая со стола. — Ладно, надо идти работать.
Решила, что больше не стану таскать полные вёдра, лучше понемножку, постепенно. Открыла чёрную комнату и принялась носить воду. Не знаю, сколько раз я так сходила туда-сюда, но выходя в очередной раз в коридор, от неожиданности вздрогнула. Со стороны драконьих залов на меня смотрел глаз хозяина пещеры.
— Вот ты где? Я думал, ты пошла к себе отдохнуть.
— Некогда мне разлёживаться. Нужно сегодня хотя бы одну комнату закончить.
— С завтрашнего дня начнёшь работать, а сейчас иди сюда.
— Но я…
— Соня, выходи в зал, — приказал дракон, и его глаз исчез.
Любопытство взяло верх. Я прошла к выходу и осторожно выглянула в зал, но там никого не было. Подошла к столу и стала ждать, пока вернётся хозяин пещеры. Но вместо него на пол рядом со мной с шумом рухнула коровья туша. От неожиданности я вскрикнула и отбежала в сторону.
— Это тебе, угощайся, — довольно проговорил дракон и спикировал ко мне из-под потолка.
На краткий миг у меня дар речи отшибло! Я просто стояла и ошарашенно пялилась на целиковую тушу.
— Почему ты молчишь? — забеспокоился хозяин пещеры.
— Я соображаю, что мне с этим делать.
— Как что? Есть!
И я снова стою истуканом, не зная, что сказать.
«Ясно! Совсем одичал за годы жизни в одиночестве».
Посмотрела на закипающего от гнева дракона и серьёзно спросила:
— И как ты себе это представляешь?
Глаза хозяина пещеры гневно сузились.
— Ты за два дня забыла, как это делается? — спросил он, пыхтя дымком через ноздри.
— Я не забыла. Мне просто любопытно, как я должна это сделать: отхватить зубками понравившуюся мне часть или всё же продемонстрировать хорошие манеры и вооружиться вилкой с ножом?
— А ты что, ешь сырое мясо? — ошеломлённо поинтересовался дракон.
Теперь пришла моя очередь разозлиться:
— А я похожа на человека, который ест сырое мясо?
— Нет, не похожа, и поэтому мне непонятен твой сарказм. — Дракон решительно шагнул ко мне. — Женщина! Я принёс тебе мясо, твоё дело — приготовить его! — И от его вопля у меня заложило уши.
— Чего-о-о? — я потрясла головой.
— А того! Хочешь есть, приготовь себе сама, — дракон гневно топнул лапой.
Я в полном изумлении покосилась на тушу, перевела взгляд на сердитого хозяина пещеры и ошеломлённо спросила:
— Как я это приготовлю? — Я растерянно развела руками. — Как?!
— Вот так! — И дракон пыхнул пламенем в сторону туши.
Я в ужасе вскрикнула, шарахнулась от огня, развернулась и со всех ног бросилась из зала, промчалась по коридору и сломя голову ринулась вниз по дороге подальше от пещеры и её непредсказуемого хозяина. Запах палёной плоти забился мне в ноздри, тошнота подкатывала к горлу. Я теперь точно знала, что никогда в жизни не смогу есть мясо.
— Да он же сумасшедший! — ругалась я. — Зверь одичавший.
Мне теперь всё равно было, что я не выполнила заказ, что часть денег останется у Дамы, что жить мне до конца дней своих в склепе.
— Всё, хватит с меня! Ноги моей больше здесь не будет.
За спиной вдруг раздался гневный рык, а через мгновение из пещеры вылетел дракон.
— Со-о-офья, — прокатилось гневное по ущелью, и мои волосы встали дыбом. — Стой!
Рабочие в ужасе побросали свои инструменты и бросились прочь от пещеры взбесившегося дракона.
— Ну уж нет! — выкрикнула я и припустила по неровной тропинке ещё быстрее; вот что делает с людьми животный страх.
