Маркуса? Вроде бы ты больше по оружию. — Не смотрю на него. Куда угодно, только не в зелёные глаза.
— Даже так? — дергает уголком губ. — Что ещё Сальери обо мне сказал?
— Не уходи от вопроса, — шелестю юбкой закидывая ногу на ногу.
— Меня забавляет смотреть как Бруно допускает ошибки. Как барахтается в собственном дерьме, искренне веря что это шоколад. Он советуется не с теми людьми. Он тащит в дом не тех людей. А что я? Мне остаётся наблюдать за этим всем со стороны, имитируя дружбу. И да, Сальери прав: я больше по оружию.
— Ты ему не друг? — эта новость по-настоящему шокирует меня, что я пропускаю о чем он говорит дальше.
— Нет, — привычно ухмыляется, — но мы же ему не расскажем об этом?
— Не расскажем… — мотаю головой, находясь под гипнозом его глаз. — Здесь есть уборная?
Мне нужно освежиться. Упорядочить мысли. Этот парень меня сбивает. Столько важной информации за один раз сложно переварить особенно, когда это все сопровождается пристальным вниманием. Двусмысленными взглядами.
— Да, за барной стойкой, дверь. Иди туда. В коридоре сориентируешься.
Сползаю с высокого стула. Парень неожиданно появляется предо мной, оказывая немую помощь, протягивая руку.
Цепляюсь за неё, ощущая как под кожу проникает ток. В нос бьет его терпкий запах. Джаспер очень близко. От него приятно пахнет.
— Спасибо, — отвожу в сторону смущённый взгляд. Поправляю платье.
Захлопнув за собою дверь, медлю. Наконец-то дышать становится легче.
Лёгкое головокружение заставляет снять босоножки. Иду по пустому коридору и с легкостью нахожу нужную дверь.
Холодная вода не помогает. Обливаю лицо, пытаясь остудить пылающие щеки. Долгое время держу руки под шумной струей — тщетно. Ничего не помогает. Побрызгав водой на шею и, промокнув бумажным полотенцем влагу, решаю вернуться обратно.
Отметаю мысли, что Винченцо возможно, ищет меня. К черту! Я хочу один вечер для себя. Хочу узнать кто такой Джаспер Барлоу.
— Все в порядке? — не смотрит в мою сторону. Тушит сигарету.
Киваю. Снова занимаю своё место.
— Тогда продолжим? — поднимает на меня лукавый взгляд.
— А почему оружие? Откуда это? — произношу первое, что приходит в голову, начиная свой допрос.
— Я служил в британской «Особой лодочной службе», — снова закуривает. — Это что-то типа морских котиков, слышала о таких?
— Да!
Я практически оказалась права — он военный. По крайней мере очень близок к этому.
— Оттуда любовь к оружию. Опережу твой вопрос: почему ушёл? Сразу отвечу, — глубоко затягивается делая паузу. На секунду мне показалось, что он не хочет об этом говорить. Больная тебя. — Мы были на задании в Ливии. Там я получил травму и меня сняли. Намекнули, что я больше не дееспособный. Когда стал гражданским начал консультировать в оружии, так сказать. — Опускает взгляд туша сигарету.
— Какая травма? — растерянно ощупываю его взглядом, на предмет видимых изъянов. Ничего нет.
— Оказался рядом с подорванной миной. Контузило.
Боже… Прикрываю рот ладонью.
— Ничего серьезного. Перестань на меня так смотреть, — улыбается.
У него на щеках появляются милые ямочки. Так выглядит его настоящая улыбка?
— Пару месяцев на больничной койке и снова как новенький. — Стряхивает с плеч невидимую пыль.
С ним так легко. Почему с ним так легко? И в тоже время он пробуждает во мне незнакомые чувства. Например, мне хочется подойти к нему и потрогать. Узнать какие на ощупь его плечи? Такие же твёрдые как и на вид? Его взгляд пробирает до самых костей и хоть в первую нашу встречу я до жути боялась его, сейчас: его голос, движения, взгляды располагают к себе. Мне правда хочется ему понравится. Что со мной? Это виски на меня так действует? Я никогда столько не пила.
Мне так сильно хочется остаться в «сейчас». Где нет прогнивших людей-оболочек, где можно спокойно сказать о чем думаешь…
— Мне кажется встреча с тобой, это самое лучшее что произошло со мной за последние два года. — Подпитавшись наивными мыслями, выпаливаю на одном дыхании откровенные слова.
Вот идиотка! Зачем я это сказала?
Джаспер на несколько минут берет паузу, никак не комментируя сказанное мной. Все это время я в буквальном смысле горю от стыда.
Шатен хищно улыбается, крутя в пальцах зажигалку:
— Эва, перестань меня идеализировать. Если я тебе скажу, что получаю настоящий кайф выдавливая врагам глаза. Лично. Вот этими пальцами. — демонстрирует их для убедительности. — Может быть тогда тебе станет легче, птичка?
— Почему ты мне дал это прозвище? — злюсь. Вспыхиваю как спичка. Меня начинает раздражать это слово.
— Потому что ты отчаянно порхаешь из одной клетки в другую. — Иронично замечает. Его тон уже не такой милый и успокаивающий. Снова появилась это непроницаемая маска. Он будто почувствовал мой гнев и сделал «шаг назад».
Мысли о том, что этот человек самый настоящий манипулятор, который с помощью хороших манер располагает к себе и добивается личных целей, гаснет так же быстро как и загорается. Потому что следующее его действие обдаёт кипятком все внутренности.
— Что ты делаешь, Джаспер?
Смотрю во все глаза как парень поднимается с места. Какой-то ничтожный шаг и мои колени упираются ему в низ живота.
Перекидываю ногу на ногу, подсознательно закрываясь от него.
— Мне захотелось стать ближе. Ничего не могу с собой сделать!
Глава 10
— Что ты делаешь, Джаспер?
Смотрю во все глаза как парень поднимается с места. Какой-то ничтожный шаг и мои колени упираются ему в низ живота.
Перекидываю ногу на ногу подсознательно закрываясь от него.
— Мне захотелось стать ближе. Ничего не могу с собой поделать. — Ведёт большим пальцем по скуле вверх. Пятерней зарывается в волосы.
— Джаспер… — на выдохе. Кладу руку ему на плечо. Да… оно такое же твёрдое как и показалось. — Ты должен отойти…
— А ты попроси! Ещё раз. Настойчивее. — Цепляет широкую лямку и тянет ее вниз. — Ты так красива без этих тряпок. Можно я сниму? — лукаво смотрит в глаза.
Ты уже снял.
Молчу, отказать не в силах. Он гипнотизирует. Ловко берет власть надо мной. Все так резко перевернулось с ног на голову и самое страшное, что я не хочу чтобы он останавливался.
Его рука тянется ко второй и делает с ней тоже самое: медленно стягивает по плечу, не забывая при этом касаться голой кожи. Вызывая толпы мурашек.
Когда я наконец, собираюсь с мыслями, желая высказать слабый протест, Джаспер неожиданно тянет меня к себе и всасывается в приоткрытые губы.
Грубые руки ползут под пышную юбку, задирая ее. Раздвинув мои колени проталкивается между ними.
— Ещё ближе… — говорит невпопад.
Пальцы пробираются к молнии на спине и тянут ее вниз.
