— Хм-м, — Чжун Ли наполнил фужеры вином, и приятный сладковатый запах того легкой волной разлился по комнате. — Янь Цзы всегда организовывала большие пиршества, собирая вокруг людей. И хоть по итогу непосредственно она не участвовала в празднествах и любила наблюдать за весельем со стороны, но она обязательно вмешивала всех вокруг себя в это дело и обижалась, если кто-то пытался сбежать от ее внимания.
— А, ну-у, — я опустила сконфуженный взгляд в фужер. — Я думала пригласить тебя, если не будешь занят и против.
Мужчина легко рассмеялся, а его глаза радостно блестели.
— Если хозяйка позволит взять небольшой отпуск, то я буду рад принять участие в твоем фестивале.
Расслабленный и спокойный Чжун Ли выглядел таким… светлым. Он смотрел с участием и пониманием, улыбался с теплом и открыто радовался. Хоть его эмоции были скупыми, но зато очень искренними. И это казалось немного непривычно и чуждо, но… приятно.
Я снова опустила взгляд в бокал, разглядывая отражение в вине, и сделала небольшой глоток, смакуя яркий фруктовый вкус.
— И… еще о фестивале, — я нахмурилась и вздохнула, как перед прыжком в воду, отчего из-за моей реакции мужчина слегка свел брови, ощущая мое волнение. — Барбатос… отказался говорить с тобой на этот счет, но я ему ничего не обещала, — и мотнула головой, поднимая взгляд на собеседника. — Все та же проблема со сменой тел. Я ему дала срок до фестиваля, если он хочет принять участие на том, тем самым мотивируя, но… может, ты можешь помочь с этим? Или подсказать направление, где искать выход?..
Чжун Ли задумчиво прижал пальцы к губам.
— Скорее всего, проблема в его принципах, так как решение есть, одно, но… есть, — он посмотрел мне в глаза, отчего я невольно напряглась, предчувствуя что-то плохое. Для меня. — Тогда ты лишишься свободы выбора. И останешься здесь. В Тейвате.
Я поджала губы и стиснула ножку фужера.
И Барбатос, олицетворяя свободу, не может пойти против своей природы, лишая меня моего желания покоя. Поэтому и медлит? Пытается найти иной выход, но того нет?
— А… ты?.. — я взволновано смотрела на мужчину, вскинув брови.
— А я предложу Контракт, — его взгляд был твердым. — И его суть, что ты останешься с нами. Я… — он прикрыл глаза и мотнул головой, — не отпущу тебя… снова.
Я с трудом опустила взгляд на стол.
Поэтому Барбатос и отказался от разговора с Чжун Ли? Логично. Могла бы и сама сразу догадаться. Он в любом случае выставил бы выгодный для него Контракт, так как, в отличие от некоторых, придерживается других взглядов на жизнь.
Только вот все равно выбор оставался. Безрадостный и сомнительный, но имелся.
Или ждать и искать другие варианты, либо же все-таки соглашаться на Контракт.
Но… было ли у нас на это время?..
— Сложно, — со стоном пожаловалась я, прижала ладонь ко лбу и залпом осушила бокал, шумно поставив тот на стол.
Чжун Ли печально улыбнулся, наблюдая за мной.
В спину ударил поток ветра, принося влажность и запах йода.
Темнело.
Глава 36
Что ж… Чжун Ли заинтриговал.
Нет-нет, не Контрактом, где проблемы с телом решались бы, а я оставалась в Тейвате.
А… тем, что после позднего обеда, счет за который отправлен в Банк Северного Королевства, он повел меня по улицам, деревянным мостам и переходам, пронизывавшим Ли Юэ будто артерии, по закатному городу, пропитанному запахами еды, соли, остывшей земли и тонкими нотками цветов с террасы. С легкой улыбкой на лице мужчина сообщил, что хотел показать еще кое-что.
И, пожалуй, эта фраза выветрила из головы все давившие мысли, пробуждая любопытство, особенно, когда все это произнесено столь загадочным тоном.
Видимо, таким образом Чжун Ли хотел отвлечь меня от тяготившего состояния, но…
— Ты решил устроить мне культурный вечер? — я, вскинув брови в легком изумлении, обернулась к мужчине, который снова мне улыбнулся и молча предложил присесть за пустовавший круглый столик недалеко от сцены.
Скорее всего, он и его забронировал, так как на площадке под открытым небом не оставалось свободных мест — многие устроились даже на лестницах и перилах в ожидании выступления.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы оказались в знаменитой чайной «Хэюй», где к игре готовилась оперная труппа.
Освещение шло лишь от круглой сцены, украшенной бледно-желтыми фонариками в виде лотосов, рассыпанных по краю, и небольшими лампами по краям чайной. За подмостками распахнута широкая ширма, раскрашенная линиями гор и облаков, среди которых парили журавли. Я с любопытством вертела головой, разглядывая окружение и шептавшихся людей, упустив момент, когда нам принесли поднос со свежим чаем.
В отличие от меня, немного скованной от новых впечатлений, Чжун Ли легкими движениями разлил напиток и спокойно ждал начало представления.
Заиграла музыка, приковывая внимание к сцене, где выступили актеры, рассказывая историю…
Сказание о Якса, древних защитниках Ли Юэ, и пятерке сильнейших из них.
Приятная игра, голоса и сражения исполнителей захватывали на протяжении всего часа, что длилась опера. Я была поражена с непривычки пением, но в процессе влилась, следя за повествованием интерпретации легенды.
О том, как беды захватили древний Ли Юэ, как Властелин Камня призвал на защиту людей Якса, и те сражались с демонами — негативными остатками поверженных в войне Архонтов. О том, как пятерка сильнейших пострадали от кармы, и среди них в живых остался лишь один Якса — Алатус, известный ныне как Сяо, Охотник на демонов.
И…
— Кто эта девушка? — уже мысленно просчитывая варианты, спросила у Чжун Ли, не отрывая взгляда от сцены.
Его короткий смешок потонул в пении, но я все слышала.
— Восходящая звезда оперы Ли Юэ — Юнь Цзинь, — ответил мужчина. — Ей пророчат место руководителя труппы в ближайшем будущем. Но… время покажет, как девушка справится.
— У нее чудесный голос, — отметила я, наблюдая за театральным сражением на сцене. — И она прекрасно им играет…
— Хм-м, я знал, что ты оценишь, — Чжун Ли поднял на меня взгляд и коротко улыбнулся.
Но все мое внимание, в отличие от мужчины, принадлежало сцене, и девушке на ней.
Если я хотела звать участников из Ли Юэ, то почему бы не выслать приглашение этой труппе, и девушке в частности? Не только же обращать внимание на кулинаров?..
И у Ли Юэ вроде были еще музыканты… Хм-м… та же Синь Янь.
Но… Юнь Цзинь смогла произвести на меня впечатление.
Пожалела я лишь об одном, что после выступления не могла сразу перейти от слов к делу, так как актеры после тяжелой работы скрылись, и нарушать их заслуженный отдых было бы тем еще кощунством. Поэтому придется отсылать с утра письмо.
— И… как тебе опера?
Мы покинули шумную чайную, отправляясь на прогулку по набережной, которая поздним вечером была так же полна народу, как и днем, сверкая фонарями. Торговцы зазывали туристов купить сувениры. Из закусочных тянуло приятными ароматами. Но мы двигались от толпы, в отдаленные уголки, где можно было уединиться и без шума пообщаться.
— Мое восхищение певицей ты уже и так понял, — я улыбнулась, обернувшись к мужчине, на губах которого тоже скользила легкая улыбка. — А что до содержания… хм-м… Якса?
Хоть я и знала их историю из игры, но не задать вопрос было бы странно.
— Воины из Адептов, с которыми Властелин Камня заключил Контракт на защиту Ли Юэ от эманаций погибших и запечатанных Архонтов, сила которых, просачиваясь сквозь камень, начала терзать земли бедствиями. Жертвы Мархосиаса надолго не хватило, чтобы очистить земли от угрозы, и… пришлось решать проблемы подобным образом, — Чжун Ли качнул головой и ступил на деревянный настил широкой пристани, где любили отдыхать как туристы, так и местные жители.
Людей здесь было значительно меньше чем на светлой набережной, лишь пара миллелитов на постах и несколько поздних гуляк, что стояли у перил и общались, разглядывая темную гладь залива, чистое звездное небо, либо высокие башни-близнецы.
