Монотонная работа с письмами позволила остыть, привести мысли и чувства в порядок, потому можно было и поделиться предположениями с элементалем.
Я вздохнула и обернулась к Барбатосу, который мигом насторожился, заметив перемены.
— Через два дня мы отправимся в обитель… Зефир. Ты пойдешь с нами, — оповестила его и ткнула пальцем ему в лоб. — Вчера, когда я встретилась с Чжун Ли, то зашел разговор о планах и мотивах богини, почему она пожертвовала собой, позволила Декарабиану убить ее, и… мы пришли к выводу, точнее, после моего пересказа слов Андриуса догадался сам Чжун Ли, так как знает больше меня, что… она все подстроила. Все, что происходит сейчас, даже мое появление, прямо связано с ее гибелью и ее планом по свержению Селестии. Но вот почему она это сделала — ответ ждет в обители. И мы намереваемся узнать прямо — зачем она хотела повергнуть Небесный Порядок.
Барбатос изумленно распахнул глаза, зависнув на месте. И спустя мгновение, переварив, активно закивал, соглашаясь, явно на все.
— А еще… — я поджала губы и нахмурилась, вспоминая то, что говорил Чжун Ли о принципах Анемо Архонта. — Ты… не хочешь идти на смену тел из-за того, что это привяжет меня к этому миру?..
Элементаль растерянно заморгал, а потом осторожно кивнул.
— Вот как, — я опустила взгляд и отвернулась в задумчивости. — В таком случае искать возможность можно слишком долго, и тем самым мое здесь нахождение будет растягиваться. Это почти то же самое, что привязь, но…
Нет.
В данном случае Барбатос больше страдает, так как ему ведь болтаться в теле мелкого элементаля. Значит, придется брать все в свои руки и как-то искать способ, ведь, отдав Сердце Бога ему, ничего не изменится.
Барбатос ткнулся лицом мне в щеку, а после осел на плечо, зарываясь лбом в шею и волосы.
Ощутил вину? Волнение?..
— Джинн проснулась и готова к столу, — прислушавшись к ветрам, мягко потрепала макушку элементаля и направилась к выходу из комнаты.
В конце концов, мир огромен. Может… в Академии Сумеру будет информация? Или другие, не слишком заинтересованные моей личностью боги пойдут навстречу без таких невыгодных контрактов? Конечно, не хотелось бы бросаться в неизвестность, но… если выхода нет, то можно попробовать найти другой?
Вот закончу тут дела и займусь этим.
После завтрака, на котором я пересказала оригинал истории с Грибом и Архонтом Роя заинтересованным слушателям, мы отправились вместе с Джинн в штаб Ордо Фавониус. По ее словам, вчера после обеда пришел положительный ответ от Дилюка, а вот Лоуренсы до сих пор отмалчивались. И если они не прислали весточки, то придется идти к ним на разговор, так как даже отрицательный ответ можно было отправить, если не горели желанием участвовать, а не высокомерно игнорировать.
Но на пороге мы столкнулись с Альбедо, и я кое-что вспомнила, поймав чужой взгляд.
— У тебя не найдется минутки поговорить? — вежливо обратилась к алхимику, который заинтересовано вскинул брови и кивнул.
При разрушении крепости его лаборатория пострадала одной из самых первых, но множество документов ему удалось сохранить, так как держал те в специальных сейфах. А вот разные реагенты и материалы сгорели или испортились, что нанесло ощутимый ущерб его работе. Но мужчина не отчаивался и вполне спокойно принял этот факт, дожидаясь окончания ремонтных работ, чтобы все восстановить. Сам же пока чаще проводил время на Хребте.
Мы отошли от штаба в сторону сквера, скрываясь под тенью деревьев, чтобы шум ремонта не мешал разговору.
— Спасибо, что уделил время, — поблагодарила его и кивнула, раздумывая, как бы попросить о небольшой помощи, ибо переложить это задание на него будет сподручней, так как он заметит и поймет лучше и больше. — К сожалению, сейчас у меня навалилось много работы, и я совсем не успеваю проверить и поэкспериментировать с тем комплектом артефактов, который создала ранее. И…
— Согласен.
Я даже договорить не успела и, закрыв рот, удивленно моргнула, смотря на Альбедо.
— Я тоже заинтересован в результате, — усмехнулся алхимик и слегка прищурился. — Да и как можно отказаться от… вашего предложения?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Это еще к чему намеки? Я бы вполне поняла, если бы он отказался и сослался на нехватку времени. Все-таки не обязан ставить эксперименты по моему желанию и отвлекаться от основной работы.
— Хорошо, — я призвала всю пятерку предметов, передавая Альбедо. — Тогда буду ждать отчетов, а о плате договоримся.
В конце концов, любой труд оплачиваем.
Алхимик согласно кивнул и слабо улыбнулся:
— Возьмусь сейчас же. Как раз один, кхм, подопытный без дела слоняется. Будет ей развлечение.
Я вскинула бровь.
Ей?
Это он о Кли?
Оу, ну да. Будет куда энергию направить чересчур активному ребенку.
Пожелала алхимику удачи и направилась назад к крепости, застав в кабинете магистра Лизу, которая с хитрой улыбкой разлила по кружкам кофе. Джинн хваталась за голову, смотря на бумаги, на фоне доносился звук ремонта, а библиотекарь от чего-то хихикала.
Заметив, что я вернулась, магистр мигом вскинулась, намереваясь отвлечься.
Я окинула композицию подозрительным взглядом.
Что у них тут произошло?
А, Джинн снова поставили в неловкое положение тем, что за ее графиком и распорядком присматривает целое божество. Я лишь улыбнулась на такие подначки и качнула головой. Лиза, конечно, задевала совесть подруги этими разговорами, только вот девушка ничего не могла поделать с собой, так как была крайне увлекающейся натурой и совершенно не умела отказывать, как и следить за окружением, будучи погребенной в дела. Ее взращенная гиперответственность скорее худо, чем благо. И Джинн действительно нужен был кто-то, кто мог бы все эти недостатки контролировать, мягко направляя в нужные стороны.
— Ответа от Лоуренсов все так и не пришло, — вздохнула магистр и повела рукой.
— Лишь отчеты от ночных смен, — хмыкнула я с пониманием. — Ну, ничего. Прогуляюсь до семейства. Поговорим…
Их поместье располагалось в средней части города у стены, довольно обособленно от остальных домов и огорожено высоким кованным забором. Как я помнила, некоторые Лоуренсы все еще мечтали выгнать Ордо Фавониус из крепости, которую считали своей собственностью, отобранной у них во время восстания.
А я вот, слушая их позицию еще в игре, все гадала, как этот клан пустили назад в город, когда они продолжали даже спустя тысячелетие жить с такими мыслями?..
Такие, как Лоуренсы, обязательно предадут и продадут ради своих целей, и им будут не важны последствия. Только корона. Они уже вкусили власть однажды, не зная меры и ответственности, и не остановятся. Их стоило не выгонять в пустоши, а разогнать и ассимилировать еще тогда, если не могли найти достойного главу, и не оставлять такой источник проблем под боком.
И даже сейчас, когда в Мондштадт пришли враги, Лоуренсы продолжали вертеть носом, сидеть в стороне и корчить лица.
Конечно, в семье были исключения — та же Эола. И другие изгнанники в течение истории, мнение которых не сходилось с мнением семьи и которые принимали сторону Мондштадта и Ордо Фавониус, но…
Я все еще не понимала, почему за столько лет клан не обзавелся адекватным главой, который бы нормально воспитал будущее поколение, а не потакал злобным мыслям и амбициям по захвату власти?..
Жаль, что Эола отказалась от клана, так ее можно было бы продвинуть на место главы.
А еще по игре я помнила, как Лоуренсы сговорились с Фатуи, которые гарантировали поддержать переворот, если клан откроет им двери.
М-да… надо быть внимательней к клану.
Конечно, с Фатуи сейчас действовало какое-никакое соглашение, но… как говорил один эксцентричный параноик — постоянная бдительность!
Как раз в этот момент прошла мимо гостиницы «Гёте», где у входа переговаривалась пара послов, которые, заметив меня, замолчали и с плохо скрываемым любопытством смотрели вслед. Надо будет потом и к ним заглянуть и предложить поучаствовать в фестивале. Даже если огненная вода запрещена к ввозу в Мондштадт, всегда оставалась кулинария.
