византийские монеты на Балтике и в Норвегии, и еще шелка и восточные товары, продолжавшие поступать в Центральную Польшу и на север через Русь. Русский контроль над Тмутараканью в это время давал Руси доступ к мусульманскому Кавказу, свободному от тюркского господства, до самого конца правления Ярослава. На это указывают мусульманские серебряные дирхемы начала XI века из этих регионов в скандинавских монетных кладах. Но когда Ярослав в 1056 году умер или даже несколько раньше, несмотря на последнюю шведскую экспедицию в Серкленд в 1040–1042 годах, эта торговля прекратилась. Печенеги и половцы на юге Руси наконец прервали связи Киева и с Черным морем, и с Каспием, и Русь, которая являлась в немалой степени детищем этой торговли, распалась[212]. Только в XII веке на Руси снова появилась торговля с Востоком, да и то в существенно меньшем масштабе, чем раньше.
Постепенное закрытие торговых путей, ведущих на мусульманский Восток, и уменьшение русской торговли с Византией также могли быть ответственны за рост важности торговли Киева с Центральной Европой с использованием путей, установленных еще в X веке. Один из этих путей достигал Польши и затем поворачивал на север, продолжался по Варте и Одеру на Балтику через Гнезно и Волин. Возможно, этот путь объясняет обнаружение археологами некоторых предметов, произведенных на Руси в начале XI века в районе Гнезно, Лунде и Сигтуне, а также находку мусульманских монет того же периода в Норвегии, Дании, Швеции и на Готланде. Этот же торговый путь дал Болеславу богатства, которым лицезрел Оттон III, посетивший Польшу в 998 году.
Торговые пути продолжались до Праги, о чем в 966-973 годах сообщил Ибн Якуб, и в богемских захоронениях XI века обнаружено много предметов киевского происхождения: пуговицы, ювелирные изделия и тому подобное. Что везли обратно в Киевскую Русь, точно не известно, но представляется крайне маловероятным, что в рассматриваемый период это были рабы и меха, которые составляли большую часть более ранней торговли. Возможно, олово Богемии, медь Саксонии, оружие и другие германские товары составляли основу этой торговли. Также это могла быть соль, запрет на экспорт которой вызвал в Киеве кризис. Но к концу XI века, если не раньше, меха, вместо того чтобы ввозиться в Киевскую Русь, экспортировались по этому пути в Южную Германию. Короче говоря, в XI веке торговля с Русью через центральноевропейские торговые пути постепенно увеличилась, а через Балтику – осталась на прежнем уровне или немного уменьшилась.
Политический раздел Руси, как уже отмечалось ранее, отражал экономические торговые интересы земли. Так, во времена юности Владимира Русь была разделена на Киевское княжество Ярослава, Новгородское княжество Владимира, а владения Олега располагались между ними. После того как Владимир устранил конкурентов и взял Киев, Русь оставалась единой до его смерти в 1015 году. И опять она разделилась на три части: Ярослав правил в Новгороде, Святополк в Киеве и Мстислав в Тмутаракани. В 1036 году Ярославу снова удалось объединить Русь. У каждого региона были свои внешнеторговые интересы. Новгород был связан с Балтикой, Киев – с Центральной Европой, а Тмутаракань – с мусульманским и византийским Востоком. После смерти Ярослава в 1056 году им снова пришлось отстаивать свои права, поскольку экономика Руси пришла в упадок, и каждый регион ощутил привлекательность иностранного экономического региона, с которым он был связан торговыми отношениями. Существование этих отдельных экономических территорий до 1043 года является доказательством важности внешней торговли для Киевского государства. Но настало время набегов печенегов и половцев, изменивших торговые пути, и начала формироваться другая, более местная аграрная экономика.
Между Германией, Скандинавией и Русью располагается обширное пространство Балтики и Центральной Европы, по которому пролегали торговые пути, соединявшие эти регионы. Здесь на протяжении первых четырех или пяти десятилетий рассматриваемого периода есть свидетельства процветания, как и в других местах Северной Европы. Балтийские международные торговые пути, к примеру, могли обходить Швецию, но они добирались до Финляндии и Восточной Балтики, по-видимому, через Готланд. Множество монетных кладов германских серебряных монет в Финляндии показывает приблизительно то же распределение монет между монетными дворами, как на Готланде. И они также смешаны с англосаксонскими пенни Этельреда, Кнуда, его сыновей и преемников. В Курляндии обнаружено больше тысячи германских и англосаксонских монет, чеканенных в рассматриваемый период, в монетных кладах такого же типа. На раскопках в Эстонии находят мечи из Рейнской области. Это доказывает, что торговля продолжалась. Обширные территории Балтики и Центральной Европы, подверженные попеременно шведскому, датскому и русскому влиянию, а Самландия испытала также польское влияние, до 1030 года продолжали поставлять мед, рабов, воск и лошадей западным торговцам и Руси, а также служить передаточным звеном через Финский залив, Двину и Неман между Русью и Западом.
Есть некоторые свидетельства того, что балтийские народы в этот период начали развивать морские традиции и морское господство, что помогло им торговать с Готландом и другими балтийскими портами. Оба вендских нападения на Данию – 1043 года, отраженное Магнусом Норвежским, и 1050 года, которому успешно противостоял Свен Эстридсен, – велись с участием контингентов народов Восточной Балтики. По-видимому, к 1043 году морской пиратский опыт балтийских славян, эстов и финнов, который произвел столь сильное впечатление на Адама Бременского, проявился в северных водах.
Что касается Центральной Европы, Польша, по крайней мере до 1027 года, также показывала рост, продолжавшийся со времен Мешко. При Болеславе Храбром, например, шесть «гродов» достигли городского статуса. Из них самыми важными были Волин, Щецин, Гнезно и Краков. И Мешко, и Болеслав Храбрый в этот период чеканили монеты, как и их соседи в Скандинавии, Киевской Руси, Германии и Богемии. Вдоль торговых путей, соединивших польские земли с Русью, Балтикой, Богемией и Германией, шла активная торговля. Установив на своей земле христианство, построив политический союз с соседями, поляки стали входить в экономическую жизнь и культуру Северной Европы.
После 1027 года, однако, период единства и относительного процветания завершился. Краху морской империи Кнуда предшествовал раскол прежних центральноевропейских славянских союзников. После двенадцати лет конфликтов, в 1039 году, Казимир Восстановитель реорганизовал Польское государство, однако отсутствие экономического единства стало очевидным, когда Померания, примыкавшая к Балтийскому морю, стала отходить от сердца Польши вокруг Варты. Вендские князья обрели независимость и сформировали собственный славянский мир балтийских пиратов, который существовал до начала германской экспансии в этот регион в XII веке.
Расположенная южнее Богемия, как и Польша, наслаждалась продолжающимся экономическим ростом. Как мы уже отмечали, она была занята активной торговлей с Германией на западе и Русью на востоке. Ее правители тоже в этот период чеканили серебряные монеты, присоединяясь к
