получила подтверждение, когда над водой разнеслось знакомое слово.
– Мёнк’реш…
И хотя произнесено оно было немного по-другому и с непривычным ударением, Эсме сразу распознала в нем сходство с чанаринским словом «манкраи», обозначающим крылатых демонов из древних саг ее народа.
Она уже наклонилась вперед, чтобы сказать это Никс, но прежде чем успела произнести хоть слово, как один из всадников высоко приподнялся в стременах и крикнул им, указывая себе за спину:
– Крём ниши абен пяёс’кин! Нейе, ашё нейе!
Никс встрепенулась.
– По-моему, он хочет, чтобы мы последовали за ним!
– Именно это он и говорит, – подтвердила Эсме. – Я не могу разобрать каждое слово, но это явно какая-то разновидность чанаринского языка.
Никс оглянулась на нее:
– Твои соплеменники?
– Нет, они не из моего народа. Я не знаю, кто они такие. Но этот всадник предупреждает нас, что надо поскорей уходить отсюда. Что оставаться здесь слишком опасно.
Грейлин тоже это услышал, уже выбираясь на берег.
– Лучше сделать так, как он говорит.
Хотя не то чтобы у них был какой-то другой выбор.
Все дружно двинулись к берегу – кто вплавь, кто шлепая по воде, – направляясь к пострадавшей шлюпке. Странная посудина уже привлекла к себе внимание пришельцев. Один из всадников копьем приподнял оторванный угол ткани летучего пузыря.
Когда они выбрались на берег, Викас тоже заметила это и жестом подозвала Грейлина, после чего помахала ладонью в воздухе и помотала головой: «Эта шлюпка уже не поднимется в воздух».
Он кивнул.
Когда все наконец выбрались на пляж, всадники на своих ощетинившихся иголками скакунах отступили, явно опасаясь гигантских летучих мышей.
Соскользнув с Баашалийи, Эсме всеми силами постаралась успокоить их – подняла ладонь и махнула другой рукой в сторону рааш’ке.
– Мош акии найх! – Она приложила руку сначала к сердцу, а затем к боку миррской летучей мыши. – Найх, реш ка… Найх, мёнк’реш!
Чанаринка использовала их слово, обозначающее манкраев, и заверила их, что летучие мыши не представляют опасности, однако не могла сказать, как много они из этого поняли, тем более что из-под плотно намотанной на головы ткани на нее смотрели лишь темные глаза.
И все же ни один из всадников не приблизился к ним. Даже их скакуны нервно переминались с ноги на ногу, выпуская и опять втягивая когти – как будто чувствовали беспокойство своих всадников. Их закругленные уши настороженно стояли торчком. Вблизи эти существа выглядели намного крупнее любого буйвола, хотя явно не относились к травоядным – их короткие морды скрывали острые клыки. Однако самой странной особенностью этих зверей были довольно длинные иглы, плотно прижатые к их бокам, словно перья. Каждая такая игла была прозрачной, и внутри у нее что-то плескалось – судя по всему, содержащийся там запас воды.
Тот же всадник, что окликнул их, вновь заговорил, махнув рукой в сторону леса:
– Крём ве ний! Абен паёс’кин! Нейе, ашё нейе!
Эсме объяснила его слова:
– Он уговаривает нас пойти с ними. Повторяет, что оставаться здесь небезопасно.
– Что будем делать? – тихо спросил Даал, который уже заметил, что всадники вооружены клинками и пиками, сделанными из заостренных костей.
Грейлин посмотрел на восток.
– Нам нужно предупредить «Огненного дракона». – Он махнул в сторону летучих мышей. – Как только ваши звери немного подсохнут, все вы полетите обратно на корабль.
– Ну а ты? – спросила Никс.
– А я пойду с этими непонятными людьми, вместе с Викас и Кальдером. Если этим пустынным жителям хоть что-нибудь известно о том, что находится под этой горой, нам нужно узнать от них как можно больше.
Эсме подошла ближе.
– Я пойду с вами. Вам понадобится кто-то, кто поможет понять их язык.
Грейлин согласно кивнул.
Даал пересмотрел этот план, повернувшись к Тамрин:
– Возвращайся на корабль. Мы с Никс тоже последуем за этими людьми – будем наблюдать за ними с воздуха.
Грейлин был уже вроде готов возразить, но Никс остановила его:
– Если вы нарветесь на какие-нибудь неприятности, мы никогда об этом не узнаем.
Словно чтобы подчеркнуть эту мысль, она перевела взгляд на залитый кровью песок, на котором погиб Перде. От этого здоровенного детины не осталось и следа. Даже перед тем, как в панике разбежаться, хищники подобрали всё до последнего кусочка.
Никс горестно потерла лоб, но взгляд ее оставался решительным.
Грейлин вздохнул, явно понимая, что такая мера предосторожности вполне оправданна.
– Только держитесь подальше, – предупредил он Никс и Даала. – Эти люди с подозрением относятся к летучим мышам.
Когда все собрались двинуться каждый своей дорогой, Крикит выпутался из шкуры Баашалийи, спрыгнул на песок и подбежал к Эсме, что-то взволнованно щебеча. Стебельки его глаз встревоженно подрагивали.
– Да, ты идешь со мной.
По крайней мере, в этой совершенно дикой ситуации, в окружении всех этих чужаков и их странных зверей хоть что-то оставалось для нее родным и знакомым.
Тамрин у нее за спиной уже взлетела на Хеффе, огромные крылья которой подняли с пляжа тучи песка. Всадники отступили, в основном охваченные страхом, хотя некоторые благоговейно перешептывались. Эсме сразу прониклась уважением к такой душевной устойчивости, наверняка необходимой в столь негостеприимных краях.
Она посмотрела в сторону леса.
«Но вот как управимся здесь мы сами?»
* * *
Эсме ехала на одном из самых крупных зверей, вцепившись в кожаные петли по бокам от седла и радуясь тому, что сзади ее поддерживает высокая спинка, в то время как женщина с тонкой талией впереди нее вполне непринужденно сидела в седле, слегка подскакивая в такт движениям могучих лап. Эсме уже выяснила, что таких животных называют урсинами, а этого, в частности, зовут Руро.
Своего собственного имени эта женщина пока не назвала. Судя по всему, по какой-то причине их скакуна требовалось почтить в первую очередь.
Эсме также узнала, что те хищники с острыми клювами называются стрюксо – что можно было примерно перевести с чанаринского как «оперенные кинжалы». Это название показалось ей очень подходящим.
Хотя Эсме по-прежнему настороженно присматривалась к лесу, в компании этих незнакомцев она чувствовала себя в достаточной безопасности. Кроме того, по бокам от нее ехали Грейлин и Викас, разделяя урсинов с другими всадниками, а чуть в стороне поспешали Кальдер с Крикитом, стараясь не отставать от этих чудовищ. Урсины, отягощенные своими толстыми игольчатыми шкурами, на первый взгляд показались ей довольно неуклюжими, но как только они тронулись в путь, эти звери с необычайной легкостью и быстротой помчались по какой-то неразличимой для Эсме лесной тропе.
Пока их группа продолжала нестись дальше, она оглядывала кристаллический лес по сторонам. В тени своего густого полога он казался еще более удивительным. Окружающие ее стволы мягко светились,
