— Ты идеальная, Джен, — слышу я его слова сквозь окутавший меня дурман похоти.
— Мммм…
Он такой невозмутимый, а со мной творится что-то невообразимое. Откровенное и волшебное. Теперь я понимаю о чём говорила Роуз. Я хочу с Ним абсолютно всё…
– ***ть, у меня крышу рвёт от тебя, девочка, — прерывая сладкую пытку, произносит он, тяжело дыша.
Эти его грубые слова только сильнее распаляют. Он встаёт и наваливается на меня всем телом. Его губы обрушиваются на меня с таким жаром, что в пору сгореть.
Блаженно мычу ему в рот, касаюсь пальцами его пресса и, набравшись смелости, спускаюсь ниже. Мне жутко любопытно, и стеснение как-то незаметно уходит на второй план.
Стягиваю в сторону резинку боксеров, и обхватываю дрожащими пальчиками горячую, твёрдую, гладкую плоть, которая пульсирует в моей ладони.
Смотрю при этом на Рида. И то, что я вижу мне безумно нравится.
Он опирается ладонями о стенку и с шумом выдыхает, когда я начинаю инстинктивно поглаживать нашего Брукса-младшего.
— Да, малыш… так, — стискивает зубы и глухо рычит, когда я, поддавшись секундному порыву, усиливаю нажим и увеличиваю скорость. — О**еть…. ещё.
Ловлю себя на мысли, что меня возбуждают все эти вещи. И даже то, как он ругается. Это вообще нормально?
— Я правильно всё делаю? — уточняю на всякий случай.
Рид нервно хохочет.
— Он мне нравится… — говорю зачем-то, рассматривая кое-кого. Очень даже симпатичного на вид.
Ой дуууура. Дженнифер Смит, ты рехнулась совсем?
— А уж ты… как ему… — севшим голосом произносит он.
Я не могу сдержать глупую улыбку. Точно дура.
— Хочу в тебя…
Он останавливает меня и разворачивает лицом к стене. Давит на спину, наклоняя. Сжимает ягодицы и резко входит. Заполняя меня собой.
— Да-а-а…
Это я вообще?
— Моя девочка, — толкается, растягивая меня. — Сука, ты такая сексуальная, — говорит запальчиво и проводит ладонью вдоль лопаток. Наматывает на руку волосы. — Знала бы ты сколько раз я представлял себе всё это…
От его слов в животе порхают пресловутые бабочки. Неадекватные и дурные. Тело напрягается в предвкушении, и я, дрожа, впадаю в состояние эйфории. Экстаза. Мышцы напрягаются. Разряд наслаждения.
Святые небеса!
Мне так хорошо, что я едва могу стоять на ногах. Рид тоже тонет в ощущениях, не стесняясь при этом в выражениях, и в какой-то момент мы как два умалишённых долго смотрим друг на друга, не в силах отвести взгляд…
— Я люблю тебя, — неосознанно слетает с моих губ.
И нет ничего искреннее и честнее, чем это моё признание…
Глава 49 Рид
Уже почти обед, но я готовлю завтрак. Есть ощущение, что Джен вообще тут ничего не ела в течение нескольких дней. Холодильник практически пуст, и я раздумываю на тему того, что не мешало бы наведаться в ближайший супермаркет.
Собственно, омлет, гренки и овощной салат — это всё, что я могу придумать на данный момент, ибо набор продуктов реально угнетает.
Не знаю почему, но в какую-то секунду понимаю, что на маленькой кухне уже не один. Поворачиваю голову, чтобы убедиться: она проснулась. Стоит, облокотившись о дверной проём и наблюдает за мной, хитро сощурив глаза. Смущённо улыбается и убирает назад непослушные кудри, которые как всегда живут своей жизнью.
Беззастенчиво разглядываю длинные, загорелые ножки.
Чёрт. Омлет шкварчит. Кажется, подгорает. Испустив пару нецензурных словечек, отставляю хвалёную сковороду Эмили в сторону. Краем глаза замечаю, что Дженнифер отталкивается от стены и направляется ко мне. Подходит. Босая, совсем обалдела! Обнимает со спины, прижимая подбородок к моему плечу.
Я поворачиваюсь и перехватываю её руку.
— Привет, — взволнованно произносит она.
— Что ещё за привет? — наигранно сурово хмурю брови. — Ну-ка иди сюда.
Наклоняюсь, подхватываю девчонку и поднимаю. Она визжит и смеётся.
— Рииид…
Сажаю её на столешницу и подмигиваю.
— Что это там? — она с видом инспектора косится на плиту и принюхивается.
— Завтрак для тебя, — касаюсь пальцами её скулы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Только для меня? — удивляется, ухмыльнувшись.
— Ага, — киваю, соглашаясь. — Мой-то завтрак сидит прямо напротив, передо мной.
Тычет в плечо своим маленьким кулачком. Но я помню, как эта девчонка умеет задать жару. Не каждый парень с ней в состоянии справиться. И это несмотря на то, что она мелкая и худенькая. Лерою спасибо. Я её ещё научу паре армейских приёмов. Так, на всякий случай. Вот тогда буду спокоен. Хотя, наверное, и тогда не буду.
— О чём призадумался, Брукс? — склоняет голову влево и прищуривается.
— Завтрак свой хочу, — веду пальцами по гладкой коже и ныряю под футболку.
— Ты хулиганишь с утра пораньше, — качает головой она, а сама при этом охотно подставляет шею, когда я притягиваю её к себе. — Всё итак болит.
Сутки. Мы не вылезали с ней из постели сутки.
— Пройдёт. Двадцать четыре на семь, Смит, будь готова, если что, — предупреждаю её я. Очерчиваю пальцами контур розовых губ, она приоткрывает рот, и я моментально чувствую, как начинает болезненно ныть в паху.
Нетерпеливо сжимаю в ладони упругую девичью грудь и одновременно с этим, наклоняюсь и прикусываю местечко, где бьётся её подскочивший пульс. Она шумно выдыхает, цепляясь пальчиками за мой затылок. Я нагло распускаю руки, пока она млеет от моих поцелуев.
— Рииид…
Меня от одного её голоса уносит. Не знаю, как объяснить, но с этой девчонкой всё совершенно по-другому. Не так, как с теми, кто был развлечением на ночь. Не так, как с Викторией и теми, кто был в параллель. Стыдно признавать это, но в отношениях с Адамс я позволял себе то, чего не должен был. И не раз.
Переключаюсь на губы Джен. Пухлые, влажные и такие манящие. Эта девчонка, как мой любимый яблочный пирог. Ел бы и ел бесконечно… А зная, что он достался лишь мне одному и подавно.
Дженнифер Смит — моя. И теперь ей точно никуда от меня не деться.
— М — м — м, — сладко стонет, когда я начинаю бессовестно ласкать её пальцами.
Мы только начали, а она уже такая о***нно мокрая. Готовая для меня. Заводится с пол оборота, и это напрочь сносит мне крышу.
— Малыш, — сам прикрываю глаза, потому что ещё немного и я тупо возьму её. Грубо и без прелюдий.
Пока, наверное, так нельзя. Не хочу пугать её и выглядеть животным. Успеется ведь ещё. Подозреваю, что эта ведьма быстро поймёт, что к чему… Она же пока понятия не имеет о том, как действует на меня наша близость.
Клянусь, той ночью чуть не подох от счастья, когда понял, что она никого не подпускала к себе все эти годы. Даже своего названного петушка, то есть женишка. Если бы я знал, что между ними ничего нет, давно бы забрал её себе. Не предоставив возможности «выбирать» исход. Потому что итак всё понятно. Она ждала меня. Меня, чёрт возьми! Рехнуться можно только от одной этой мысли.
Никогда не думал, что поцелуи могут приносить столько удовольствия. Мы целуемся как ненормальные, и она плавится как свечка в моих руках, отзываясь на каждое прикосновение. Наконец-то…
Сука, я счастлив, как никогда. Счастлив в это утро проснуться с ней рядом, приготовить ей завтрак и к чертям улететь в небеса, только потому что она больше не борется со мной и своими чувствами. Это главное, а с остальным разберёмся.
Придвигаю её ближе к себе. Не могу уже. Хочу в неё…
Ох, мать твою, как же хорошо. Мы оба на секунду даже дышать перестаём, настолько момент фееричный. ***ть, просто ***дец. Я готов к финалу, едва оказавшись внутри неё. Как сопливый пацан, ей богу! Но всё-таки это ни с чем не сравнится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мокрая, горячая и такая тугая… Моя. Только моя.
Ни хера не соображаю. Целую её, путешествую руками по соблазнительному телу, несу какую-то пошлятину и кайфую от собственных ощущений. Как в долбанном раю… Кайфую ещё и от того, что и ей хорошо тоже. Мучительно сладко стонет мне в ухо, непроизвольно царапает спину, вся дрожит. И эта её дрожь волной передаётся мне.
