Читаем без скачивания Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП) - авторов Коллектив

— Скажи нам! — крикнул кто — то еще. Вскоре половина Испивающих Души выкрикивала эти слова, требуя ответа, а другая половина скандировала имя своего возвратившегося героя.

Деният не отвечал. Возможно, даже если бы он ответил, его попросту не услышали бы. Имперские Кулаки открыли несколько противовзрывных дверей, перекрывающих вход в помещение, где когда — то хранили летучие химикаты, необходимые для некоторых пыточных устройств. Усиленные керамитом стены были достаточно прочными, чтобы удержать безоружного дредноута. Имперские Кулаки закрыли за дредноутом двери и то, что звало себя Дениятом, погрузилось в тишину и темноту.

Прошло еще много времени, прежде чем в Залах Искупления стихли голоса, выкрикивающие его имя.

Более трехсот Астартес собрались на обзорной площадке «Величие Дорна». Такого скопления космодесантников никогда не встречалось даже на большинствое полей боя, но эти Астартес не собирались сражаться. Они пришли, чтобы увидеть, как вершится правосудие.

Площадка была одним из многих причудливых мест «Фаланги». Оно было построено в качестве тронного зала для предыдущих Магистров Ордена. Прозрачный купол открывал впечатляющий вид на космос, что могло слегка испугать тех, кто прибыл о чем — то попросить лордов Имперских Кулаков. Владимир, не нуждающийся в таком откровенном запугивании, на много лет закрыл площадку.

Это место было одним из немногих, достаточно просторных для того, чтобы вместить всех желающих присутствовать на суде над Испивающими Души. Экипаж соорудил галереи сидений вдоль стен и скамью подсудимых в центре — бронированную клетку с оковами достаточно прочными, чтобы удержать обвиняемых Астартес. Трон Лорда Правосудия находился на галерее Имперских Кулаков на той же высоте, что и скамья подсудимых.

Зал суда был залит светом из прозрачного купола. Сокрытая область представляла собой большую бурлящую туманность, обволакивающую звезды светящимися облаками и заполняющую большое пространство потоками наполовину сформировавшегося звездного вещества. Фиолетовая горячая Кравамеш устремляла в зал суда свои жестокие лучи.

Первой явилась свита лорда-инквизитора Колго. Сестры Битвы, десяток Сороритас во главе с сестрой Эскарион. Они опустились на колени и вознесли молитву, чтобы освятить место, а Эскарион воззвала к Императору, прося его обратить на «Фалангу» свой взор, дабы увидеть вершащийся Его именем суд.

Заняла свои места сотня космодесантников Четвертой роты Имперских Кулаков, выполняющая обязанности почетного караула Магистра Ордена. Затем прибыли Воющие Грифоны. Борганор осмотрел обзорную площадку и нахмурился, словно даже такая ничтожная ее связь с Испивающими Души давала капитану повод для ненависти.

Затем явились другие капитаны. Командующий Гефсемар из Сангвинарных Ангелов пришел в сопровождении дюжины Сангвинарных гвардейцев. Их прыжковые ранцы, снабженные стабилизаторами, напоминали белые ангельские крылья, а на шлемах блестели золотые маски, похожие на посмертную маску их примарха, Сангвиния. На поясе доспеха самого Гефсимара висели несколько масок, каждая со своим выражением лица. Та, которую он закрепил на шлеме, кривилась в горькой печали, а под одним из глаз сверкали сделанные из изумрудов слезинки. Осадный капитан Давикс из Серебряных Черепов носил усиленный доспех опустошителей, сконструированный таким образом, чтобы иметь возможность носить тяжелое вооружение, а среди свиты находился Чемпион роты, вооруженный обсидиановым мечом и щитом. Благодаря зеркальной поверхности щитом можно было в бою отражать лазерные заряды.

Железных Рыцарей представлял капитан-штурмовик Н'Кало, чья броня была украшена множеством наград, начиная от лаврового венца и множества висящих на парчовой ленте почетных знаков, заканчивая регалиями терминатора на наплечнике. Капитан привел три отделения Железных Рыцарей, блистающих гребнями шлемов и личными гербами на нагрудниках. Пришедшее одновременно с ними отделение Обреченных Орлов возглавлял библиарий Варника. Там, куда ступал псайкер, пузырился и деформировался камень — психическая сила библиария, даже сдерживаемая высоким воротником брони образца «Эгида» была столь велика, что реальный мир выдерживал ее с трудом.

Наконец, вошел сопровождаемый капитаном Лисандром Магистр Ордена. Владимир занял место на троне — как Лорд Правосудия этого суда, он обладал высшей властью, лишь по его разрешению могли начинать говорить защитники, свидетели и просители. Лисандр не пошел на галерею, поскольку сегодня выполнял обязанности Длани Суда, помощника судьи, претворяющего в жизнь решения Магистра Ордена, касающиеся присутствующих. Лисандр, ходящий вокруг скамьи подсудимых, выглядел весьма уверенным в себе, а его пугающая репутация строгого командира и воина являлась отличным средством устрашения. Горячий нрав какого — нибудь космодесантника мог заставить его покинуть галерею и попытаться сорвать слушание, даже с помощью насилия — Лисандр был одним из немногих людей, способных заставить такого Астартес подумать дважды.

В зале определенно царила напряженная атмосфера. Когда прибыл и присоединился к Сестрам Битвы сам лорд-инквизитор Колго, на него начали бросать косые взгляды, а бормотание в зале усилилось. Все космодесантники были солдатами Императора, но многие Ордена не поддерживали регулярных контактов с другими, и за тысячу лет могли вступить в серьезные конфликты. Имперским Кулакам удалось как сохранить символику родительского легиона, так и добиться на службе Империуму наибольших среди остальных Орденов почестей. Многие другие Ордена завидовали Имперским Кулакам, и нельзя сказать, что следа этой зависти не было в зале суда.

К счастью, ничто не может сгладить такие неровности в отношениях лучше, чем общий враг.

Несколько членов экипажа во главе с апотекарием Асклепином ввели Сарпедона, чьи мутировавшие ноги были скованы. Асклепин зачитал отчет об изучении мутаций Сарпедона — действительно, результаты исследований можно было представить суду в качестве доказательств.

Сарпедона загнали на скамью подсудимых и привязали его оковы к специальным креплениям внутри клетки. Магистр Испивающих Души все еще выглядел достаточно внушительно, чтобы при его появлении в зале воцарилась тишина. В оковах, без доспеха, который, безусловно являлся визитной карточкой любого космодесантника, даже если забыть о мутациях, Сарпедон все равно вызывал своего рода уважение из — за шрамов, осанки ветерана и укоренившегося на лице вызывающего выражения. Закрепленный на черепе психоподавитель заставлял его выглядеть еще более опасным. Одна из основных обязанностей Лисандра состояла в том, чтобы пристально наблюдать за Сарпедоном и обездвижить или даже казнить его при первом признаке использования психических сил.

Сарпедон прошелся взглядом по лицам собравшихся космодесантников. Он увидел Боргенора, Лисандра и Владимира, которых знал не понаслышке. С Колго он никогда не встречался, но символика Инквизиции говорила сама за себя. Несколько раз дороги и клинки Испивающих Души пересекались с инквизиторскими. Святой Ордос послал сюда представителя, чтобы урвать свой кусок мяса.

И тут Сарпедон встретился взглядами с Рейнезом.

Брат Рейнез из Багровых Кулаков пришел один, безо всякой свиты. Его помятую темно-синюю броню покрывали пятна ржавчины, а красный символ Ордена Багровых Кулаков был намалеван довольно грубо. В просторном холщовом капюшоне виднелось грязное, измазанное пеплом лицо. С каждого элемента доспеха свисали полосы пергамента, исписанные молитвами.

Повисла тишина. Все взгляды были устремлены на Сарпедона, поэтому появления Рейнеза никто не заметил.

— Ты, — хрипло прорычал Рейнез, указывая на Магистра Испивающих, — ты забрал мое знамя.

Рейнез командовал Второй ротой Багровых Кулаков во время сражений с ксеносами-эльдар на Энтимионе IV. Испивающие Души в бою захватили знамя роты. Рейнез более не был капитаном. Он облачился в одежды кающегося, и отправился искать искупления вне Ордена.

— Суд, — произнес Владимир, — подтверждает присутствие Багровых Кулаков. Пусть писцы внесут это в архивы, чтобы…

— Ты, — повторил Рейнез, указывая на Сарпедона, — Ты забрал мое знамя. Объединился с ксеносами. Усеял улицы Гравенхольда телами моих павших братьев.

— Я сражался с ксеносами, — серьезно ответил Сарпедон, — наш с тобой конфликт вызван твоей ненавистью, а не желанием моих братьев перебить твоих.

— Ты лжешь! — взревел Рейнез, — жизнь главаря ксеносов я забрал собственными руками! Но этого было недостаточно. Ничего этого не было достаточно. Знамя Второй забрали еретики. Я странствовал по галактике в поисках врага, который смог бы меня убить, чтобы я, наконец, погиб за свой позор на Энтимионе IV. И не нашел. Я оставил позади Орден и искал смерти за грехи, но галактика мне ее не даровала. Но однажды я услышал, что Испивающих Души захватили и готовятся судить на «Фаланге». И я понял, что не должен умирать, если есть возможность отомстить.