таких жалких недолюдей, — с кривой улыбкой проговорила женщина. — Да, «красотка»? Эх, такие чистые глазки потрачены на какую-то коричневую уродину…
Индира пыталась что-то сказать, но злодейка сжимала её горло с особой силой, не давая возможности произнести и слово. Я сжал руки от злости, едва сдерживая в себе желания просто взять и взорвать её голову. Всегда успею это сделать, но мне нужна информация, что она здесь забыла и как вообще выбралась из тюрьмы:
— Очень сильно советую ничего не делать, если не желаешь, чтобы твои мозги превратились в мессиво. Для меня это будет проще, чем двинуть пальцем, — холодным тоном проговорил я, смотря на женщину и порой бросая взгляд на включённый телевизор возле неё.
Патриот выступал по телевизору с, как ни странно, Викторией Ньюман и самим президентом. Они были на каком-то телешоу, где обсуждали последний закон об ужесточении контроля за сверхлюдьми, а также грядущие выборы в конгресс. Сидели за столом и спокойно обсуждали что-то. Вот только мне сейчас как-то было не до этого…
— Даже представить себе не можешь, какая он всё-таки жалкая маленькая сучка в личной жизни, эх, — покачав головой, проговорила женщина, смотря на Патриота. — Кажется таким сильным и нерушимым, думающем только о «своих» людях, но я то вижу его. И как бы он не походил на воплощение наших идей, но внутри он просто никому не нужный ребёнок, так и жаждущий одобрения хоть от кого-то. Такая утрата… согласись? Ну ничего, скоро хотя бы начнётся веселье.
— Ты это всё поняла при личной встрече с ним? Разве не нужно быть более благодарным своему спасителю? — с усмешкой спросил я, попытавшись вызнать информацию.
Попытка такая себе, но ничего большего в такой напряжённый момент в голову не приходило. Однако, как ни странно, безумная маньячка ухватилась за возможность выговориться:
— Да-да, Патриот меня спас, поубивал несколько десятков правительственных крыс и, вообще, он против всего хорошего и за всё плохое, — закатив глаза и скривившись, проговорила женщина. — Эта чёрная сучка так просила и передать тебе. Она вообще согласилась отпустить меня и рассказать о способе схватить тебя, только если я наябедничаю насчёт нашего блодинчика. Я бы соврала, конечно, чисто ей на зло, но уверена, что она прямо сейчас следит за нами через скрытые камеры. А эта сумасшедшая может хорошо мне подгадить, если захочет.
— Чего?.. — непонимающе уставился я на неё. Из-за странного открытия, моя злость сменилась недоумением, и маньячка полностью пользовалась этим.
— Ага, эта сучка Сейдж только кажется обычной дурой. На самом деле она куда более чокнутая, чем я или вообще, кто-либо, с кем я имела раньше дела. И поверь, когда это говорю я, то это многое значит! Ей не нужна власть, слава или влияние — она просто хочет сжечь мир до тла и смотреть, как он будет гореть. И плевать идиотке, сколько людей и суперов погибнет в ядерном огне грядущей бойни. Таким как она всегда плевать…
С каждым её словом, я всё ближе подходил к ней, тщательно следя за действиями сумасшедшей. Конечно, я запоминал каждое её слово и проверял его на искренность… Вот только безумная злодейка было далека от эталона здравомыслия. А разобраться в словах нездорового умом очень трудно.
— Знаешь, я ведь читаю тебя как открытую книгу, — наклонив голову, резко произнесла женщина. — Стараешься быть кем-то, кем не являешься, а потому не способен по-настоящему изменить игру. Делаешь вид, что такой великий и сильный, а на деле? Слабый и духом, и телом. А потому сейчас я сломаю шею этой куропатке и возьмусь за тебя. Обещаю, ты умрёшь мучительно и будешь ещё молить меня о быстрой смерти. Будешь целовать мои ноги ради моей милости. Всё потому, что ты жалок и не сможешь убить меня даже под угрозой потерять всё.
Между пальцев женщины заискрились молнии, а её глаза изменили цвет — белок стал чёрным, а зрачок начал сиять молнией. Выдохнув, я сурово посмотрел на неё и ответил со всем гневом в голосе, едва сдерживая свои силы.
— Вот в этом ты ошибаешься. Я стараюсь никого не убивать, но это не значит, что я не могу это сделать. Просто у меня раньше не было нужной мотивации.
Улыбающаяся злодейка не успела понять, что происходит. И так как не было взрывов головы или кровяных копий, Индира, скорее всего, тоже ничего не поняла. Просто в один момент руки злодейки расслабились, а из её глаз пропала осознанность.
Пусть я был в состоянии управлять всего одной каплей крови этой женщины, до предела накачанной Ви, но мне хватило и этого. Ведь даже небольшое повреждение фронтальной коры головного мозга делает человека овощем. Будь ты супером или нет, но разрушенные нейронные связи не восстановить одной регенерацией.
Один укол маленькой кровавой иглы и больше нет злодейки — лишь пустая оболочка.
Я сразу же бросился к Индире и помог ей выбраться. Женщина всё ещё дрожала от страха и держалась за горло, на котором теперь были синяки, но, к счастью, никаких необратимых последствий. Я сразу же начал успокаивать её, однако та с широкими глазами смотрела на экран телевизора.
Сейчас президент вёл активную дискуссию с Патриотом, пока улыбающая Ньюман сидела рядом, и смотрела на Патриота, глядевшего прямо в камеру. И было в его взгляде нечто не особо геройское. Какая-то невысказанная угроза или предупреждение…
— … И потому я считаю, что закон о контроле суперов так необходим. Мы не можем позволить, чтобы каждый индивид мог прийти в Конгресс или Белый дом, и устроить там бойню. Или захочет убить любого из нас? Кто сможет остановить сверхчеловека, если тот захочет уничтожить нашу страну. И потому…
Он был вынужден замолчать, когда словно бы из ниоткуда, преодолевая всю охрану выбежал человек с безумным взглядом в глазах и рубашкой, под которой проглядывалось что-то неестественное. И перед своей погибелью он успел прокричать лишь одну фразу.
— Смерть всем отродьям Воут!..
Шесть выстрелов достигли его раньше, чем он успел что-либо сделать. Однако всего через секунду всё озарилось во вспышке пламени, и прямой эфир прекратился. Мы с Индирой мгновенно переглянулись, и без слов было ясно, что мы думаем.
Апоптоз 7.3
— Ебать мой… — неверяще
