— Аманда, я тебя люблю. Ты — гений.
— Отнюдь, — ответила Аманда со всем достоинством, ко торое могла позволить себе босоногая женщина в тонкой зелёной пижаме. — Всего лишь твоя старшая сестра. Теперь мы можем сесть в машину? Потому что асфальт очень горячий даже в тени.
— Будь уверена, — ответила Лизи, нажав на кнопку брелока, висевшего на одном кольце с запасным ключом. — Мы должны выметаться отсюда, только, чёрт, мне ужасно не хочется… — Она замолчала, коротко рассмеялась, покачала головой.
— Что? — спросила Аманда тоном, каким обычно задаётся другой вопрос: «Ну что ещё?».
— Ничего. Просто… я вдруг вспомнила, что сказал мне отец вскоре после того, как я получила водительское удостоверение. Я привезла целую компанию с Белого берега и… ты помнишь Белый берег, не так ли? — Они уже сидели в кабине и Лизи выезжала из тени. Пока в этой части мира царили тишина и покой, и ей хотелось, чтобы до их отъезда ничего здесь не менялось.
Аманда фыркнула и пристегнула ремень безопасности — очень осторожно, чтобы не задеть порезы на руках.
— Белый берег! Ха! Старый гравийный карьер, на дне которого бил родник! — Презрение на лице тут же сменилось вожделением. — Ничего похожего на песок бухты Южного ветра.
— Ты так называешь это место? — с неподдельным любопытством спросила Лизи. Она остановилась у выезда с автостоянки, дожидаясь разрыва в транспортном потоке, чтобы повернуть налево по Майно-авеню и поехать обратно к Касл-Року. Машин на дороге хватало, и Лизи с трудом подавила желание повернуть направо, только для того чтобы уехать с автостоянки.
— Разумеется. — По голосу Аманды чувствовалось недовольство забывчивостью Лизи. — За припасами «Холлихокс» всегда заходил в бухту Южного ветра. Там же девушки-пираты встречались со своими бойфрендами. Или ты не помнишь?
— Вроде бы да, — ответила Лизи, гадая, услышит ли она вой сирен, которые включат, узнав об исчезновении Аманды. Решила, что нет. Нельзя же пугать других пациентов. Заметила маленький разрыв и бросила в него «BMW», заработав гудок нетерпеливого водителя, которому пришлось сбавить скорость, чтобы избежать столкновения.
Аманда, не оборачиваясь, показала водителю (несомненно, мужчине, возможно, в бейсболке и с щетиной на щеках) двойную «птичку», вскинула оба кулака с оттопыренными средними пальцами на уровень плеч.
— Ловко у тебя получается, — заметила Лизи. — Когда-нибудь тебя за это изнасилуют и убьют.
Аманда скосила в её сторону озорной глаз.
— Кто бы говорил, — и добавила практически без паузы: — Так что сказал Дэнди, когда ты вернулась домой с Белого берега? Готова спорить, что-нибудь глупое.
— Он увидел, как я вылезаю из старого «понтиака» без кроссовок или сандалий, и сказал, что в штате Мэн водить автомобиль босиком запрещено законом, — и Лизи бросила короткий, виноватый взгляд на босую ногу, придавливающую педаль газа.
Аманда издала какой-то странный, хрюкающий звук. Лизи подумала, что сестра плачет или пытается заплакать. Потом поняла, что Аманда смеётся. Заулыбалась и сама, отчасти потому, что увидела впереди указатель поворота на шоссе 202, которое позволяло объехать город и избежать пробок.
— Каким же он был дураком. — Слова с трудом прорывались сквозь смех. — Дэнди Дейв Дебушер! С сахаром вместо мозгов! Знаешь, что он мне однажды сказал?
— Нет, что?
— Плюнь, если хочешь узнать.
Лизи нажала клавишу, опускающую стекло, плюнула вытерла ещё чуть припухшую нижнюю губу ладонью.
— Что, Анда?
— Сказал, что я забеременею, если буду целоваться с парнем с открытым ртом.
— Чушь, не мог он такого сказать!
— Это правда, и знаешь, что я тебе скажу?
— Что?
— У меня сложилось ощущение, что он в это верил! И они обе расхохотались.
Глава 13. ЛИЗИ И АМАНДА. (Между нами сёстраи)
1
Заполучив в помощницы Аманду, Лизи уже и не понимала, как именно воспользоваться её услугами. Раньше, по пути в «Гринлаун» и в самом «Гринлауне», она точно знала, что именно и в какой последовательности нужно делать, а вот теперь, когда они мчались к Касл-Рок и грозовым облакам, которые собирались над Нью-Хэмпширом, прежняя ясность пропала. Не сомневалась Лизи лишь в одном: она только что похитила свою вроде бы пребывающую в коме сестру из одного из лучших дурдомов (прости, Господи) центрального Мэна.
Аманде, впрочем, делать там было нечего. Лизи видела: оснований бояться, что сестра вновь впадёт в прежнее состояние, нет. Наоборот, она давно уже не видела Аманду Дебушер в такой отличной форме. Выслушав рассказ Лизи о случившемся между ней и Джимом «Заком» Дули, Анди изрекла:
— Значит, поначалу он появился у тебя из-за рукописей Скотта, но теперь его больше интересуешь ты, потому что он — безумец, которому нравится мучить женщин. Как тому психу из Уичито — Рейдеру.[107]
Лизи кивнула. Дули не изнасиловал её, но помучил, это точно. Что удивляло, так это лёгкость, с которой Аманда оценила ситуацию, в которую попала Лизи, даже сравнила Дули с Рейдером… которого Лизи и не вспомнила. Конечно, Анда воспринимала случившееся с позиции стороннего наблюдателя, но голова у неё работала как часы.
Впереди показался указатель с надписью: «КАСЛ-РОК 15 МИЛЬ». Едва они миновали его, как солнце уплыло за облака. И когда сидящая рядом с ней Аманда заговорила вновь, голос её звучал куда спокойнее:
— Ты хочешь сделать это с ним до того, как он сделает то же самое с тобой, не так ли? Убить его и избавиться от тела в другом мире? — Впереди прогремел гром.
«Всё останется между нами, сёстрами? — подумала Лизи. — Это наше дело, и ничьё больше?»
— Почему, Лизи? Почему такой вариант, а не более очевидный, которым ты могла бы воспользоваться?
— Он причинил мне боль. Он меня затрахал. — Она не узнавала себя, но раз уж всё это должно было остаться между ними, а Лизи полагала, что так оно и будет, говорила со всей искренностью. — И вот что я тебе скажу, дорогуша: следующий раз, когда он попытается меня трахнуть, станет для него последним разом. И больше уже никому не придётся иметь с ним дело.
Аманда смотрела прямо перед собой, на убегающую под капот дорогу, сложив руки под маленькой грудью. Наконец она нарушила паузу, обращаясь скорее к себе, чем к Лизи:
— Ты всегда была стальным стержнем в его позвоночнике. Лизи глянула на неё не просто удивлённая — потрясённая.
— В чьём?
— Скотта. И он это знал. — Она подняла руку, посмотрела на красный шрам. Потом на Лизи. — Убьём его. — В голосе звучало леденящее кровь безразличие. — Не вижу в этом проблемы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
