забрать посох», — обратился я к Гинду и Ноцию. — «Все теперь зависит от вас. Я помогу чем смогу».
Пора было расчехлять свой арсенал особых приемов и даров Забытого. Я использовал на Гинде:
Отчаянное мужество
Раз в сутки потратьте заряд доблести и выберете персонажа со способностью к подавлению магии, чтобы увеличить его коэффициент подавление в 1,5 раза, а радиус действия подавления до сферы в пятьдесят метров. Время действия десять минут. Максимальное количество хранимых зарядов увеличивается на 2.
Его текущий коэффициент подавления после всех подвигов великих и малых был уже равен 6. Я же усилил его до 9. Величина очень мощная. При этом ещё и радиус действия стал заметно шире.
«Вперед!» — это было обращение к Гинду, Ноцию, прибывшим на помощь магам и мне самому.
Мы снова давили на вражеские ряды. Пара сплетенных потрошителей воспламенились изнутри, распадаясь на части. Это начали действовать наши маги. Зомби под мощным подавлением Гинда двигались еле-еле. Наш отчаянный натиск опрокинул первые ряды врага, а многих впечатал в барьер. Пора.
«А теперь погаси барьер!» — обратился я к Гинду.
«Понял!»
Подавление венатора, усиленное даром Забытого, обратилось против заклинания покойного чародея. Магия ослабла в девять раз. Багровое мерцание мигнуло и почти померкло.
«Вперёд! Вперед!»
Я уже знал как все будет развиваться дальше. Враг направил в освободившееся пространство доступные силы. Сотни зомби и сектантов ринулись туда. Но к посоху уже устремился Ноций. Он активировал свое врожденное сопротивление стихиям и обычный жар теперь не причинял ему вреда. За ним шел Гинд, но венатор не мог далеко заходить в воронку, образовавшуюся после падения посоха. Слишком там был разогрет воздух.
«Давай! Забирай его!» — призвал я сына, которому навстречу ринулись сектанты и зомби, в отчаянной попытке помешать ему.
У некоторых безумцев прямо за секунды кожа покрывалась волдырями, но они рвались вперед, не жалея своих грязных тел.
«Пригнись и накройся щитом!» — скомандовал я Ноцию, а затем обратился к легионерам. — «Дротики!»
Те легионеры, у кого ещё осталось метательное оружие, бросили его в наступавшего на Ноция противника. Залп, еще залп. Тяжелые дротики повергали сектантов, кожа которых пузырилась от нестерпимого жара. Враги тоже использовали метательное оружие против Ноция, но большой щит и древняя броня хорошо держали удар.
«Давай!» — скомандовал я, когда обстрел с обеих сторон утих.
Ноций рванул к посоху. Гинд же старался подойти к нему как можно ближе, чтобы помочь подавлением. Мне даже пришлось приказать ему оставаться на месте. Если Венатор потеряет сознание от духоты, то наши усилия будут напрасны. Нужна мера всему. Даже подвигу.
Ноций бросил свое копье в наступавших врагов. Пробил насквозь одного из них и свободную руку протянул к посоху, но тот… не дался. Пусть магия Элемера была заметно ослаблена, но искры её ещё тлели в древнем артефакте. Руку Ноция обожгло магическим огнем и отбросило прочь. Однако у нас в запасе были ещё два козыря. К примеру, моё удаленное подавление. Однако сначала надо попытаться использовать что-то попроще.
«Дар Забытого», — напомнил я сыну.
Тот использовал активный эффект «Древнего покровительства». Дополнительной способности, которой я наделил его с помощью меча. При включении активного эффекта на 4,2 минуты Ноций получал защиту от магии, аналогичную коэффициенту подавления 1,5. Кажется, совсем слабый коэффициент, но этого хватило, чтобы вместе с Гиндом додавить заклинание Элемера.
С посоха сыпались и гасли красные искры. Барьер окончательно схлопнулся. Ноций схватил посох и тут же со всей силы огрел им подступающих врагов. Древний артефакт выдержал. Кости мертвецов и сектантов — нет.
Орудуя цельнометаллическим посохом чародея как булавой, Ноций отступал назад, не обращая внимания на камни, стрелы и копья.
Секунда, две… моё сердце замерло и почти провалилось в пропасть. Одна из стрел попала Ноцию в лицо. Так когда-то погиб Екил. Могучий воин, сраженный одним удачным выстрелом. Но мой сын все же был полубогом. Стрела не сумела глубоко войти в кость. Парень почти не обратил внимания на эту рану, пробиваясь к нам.
Вскоре Ноций вырвался из кратера, размахивая посохом. Гинд тоже отошел назад, чтобы не так страдать от жара.
«Отлично! Отдай его колдунье», — я указал Ноцию на Арамию.
Тот передал артефакт девушке и, словно пустяковую занозу, вырвал из лица вражескую стрелу. Отбросил ее в сторону, снимая с пояса меч. Лицо полубога было покрыто потом и гарью. Даже Ноцию тяжело давался этот безумный бой. Однако его раны быстро затягивались. Ноций имел сразу несколько разных бонусов к самоисцелению.
«Отходим!» — приказал я.
Мы шагали назад спиной, ожидая вражеского натиска. Усиленное подавление у Гинда ещё работало, не давая врагу как следует использовать потенциал своих мертвых воинов. Однако нас преследовали. Как раз подошли несколько свежих ватаг сектантов. Летели камни и легкие дротики северян.
Шаг, шаг, шаг.
Мы пытались отойти, сохранив порядок. Боролись с жарой и пределами своих возможностей. Последние для многих уже были слишком близко. Несколько легионеров потеряли сознание от жары. Товарищам из задних рядов приходилось, бросив щиты, подхватывать их, чтобы не отдать на растерзание чудовищам Порчи.
Я использовал один из навыков меча:
Пламя героизма
Используйте накопленные заряды воодушевления, чтобы пропустить их силу через клинок и разослать вокруг себя в виде волны сверхъестественной энергии, укрепляя силы и дух своих союзников. Похожим навыком обладают боевые шаманы некоторых племен, но меч позволяет использовать его любому достойному служителю Забытого.
Объем расхода: 664–1992
Эффекты:
— потратьте от 1 до 3 накопленных зарядов воодушевления, чтобы направить силу на окружающих союзников.
— за каждый заряд союзники в радиусе 38,7 метров получат 39–148 энергии и 124–235 морали за 2,1 минуты.
— неоднократное применение данного эффекта на людях может наделить их особенностями «Кровожадность», «Хладнокровие» и увеличить максимальное значение морали.
— эффект действует на союзных монстров на 20% слабее, на гибридов на 9%. Демоны, умертвия и прочие существа, связанные с Великим Пламенем не получают никакого бонуса.
Таким образом я придал едва державшимся на ногах людям хоть какие-то крупицы сил. Но этого было недостаточно.
У меня оставалось дава заряда доблести из четырёх возможных.
Шаг, ещё два, ещё пять.
Живые сектанты бросились на нас с болезненной яростью бешеных псов. Вспышка огня поглотила несколько из них. Затем ещё и ещё. Пламя
