Мирия, просовываясь между Раем и Кодишем и глядя на мёртвую поляну. Грапиша, словно позабыла что-то важное, прикрыла глаза.
— Всё в порядке. Я скрыла их, чтобы демоны не повредили.
И она медленно вытянула руку чуть в сторону. Повела по кругу раскрытой ладонью, как будто подгребая к себе песок, возле груди сжала кисть в кулак и стала тянуть вверх. С усилием и очень медленно, рука напряглась. Можно было представить, что Грапиша вытягивает из земли застрявший шест.
Очертания мешков медленно проступали по краям поляны, возобновилась и подстилка с едой — точно такая же, как до нападения. Грапиша раскрыла глаза.
— Мы можем продолжить завтрак. Не спешите, сегодня мы останемся здесь.
— Но почему? — вопросил Груак. — Здесь небезопасно, как мы смогли только что убедиться.
— Напротив. Можете мне верить, здесь безопасно, — она улыбнулась, непринуждённо, как будто битва с демонами была для неё как ежедневная разминка. Все, конечно, знали о её могуществе, но одно дело — слышать, и совсем другое — наблюдать воочию. Сейчас на девушку попросту глазели.
Грапиша попросила не беспокоить её. Эника отослала поиграть с Телуной и Мирией в вождя степных, доблестного мальчика и его маленькую сестру-пленницу, а сама устроилась возле одного из деревьев, укутавшись в чей-то плащ, который лежал на одном из мешков. Возможно, плащ Зола.
Завтрак продолжился, но люди больше внимания уделяли обсуждению, чем еде. Кир-Кид и Мари-Есс расспрашивали у Груака, всегда ли Грапиша была такой божественной и неужели такое возможно. Да и все остальные уже начали сомневаться, не из богов ли девушка родом. Рай сидел и смотрел в одну точку. В его голове прорисовывалась простейшая, но такая невероятная схема: в левом углу Грапиша, потом знак "равно", а справа — шестеро чёрных демонов с большими глазами. Дальше знак "равно" нужно стереть, и нарисовать "больше", ведь девушка не погибла, так что ещё неизвестно, где предел.
Начать, что ли, её бояться?
— Рай! — тихо позвал голос из-за дерева. Мужчина специально не лез к девушке с расспросами, хоть ему очень хотелось узнать, что это были за демоны, какое она использовала заклинание, встречалась ли с такими раньше, и много всего прочего. Но он также понимал, что значит хотеть быть в одиночестве. Во время его обучения в Школе Мастеров Рай считался Подмастерьем неплохим, даже очень хорошим. Множество его ровесников были гораздо слабее, и когда парень творил всякие простенькие штучки, то начинали ему рукоплескать и уважать, будто он выиграл войну с неприятелем. Рай вовсе не был против оказаться в центре внимания, но его раздражало, если это происходило из-за пустяков. А Грапише, может быть, уже надоело, что её боготворят из-за уничтожения каких-то демонов. Подумаешь — распылила очередную мелочь!..
Судя по тому, что девушка сама его позвала, она была готова к разговору, а значит, и отвечать на вопросы. Мастер тотчас же поднялся.
— Что? — он миновал парочку кустов и остановился возле дерева, к которому привалилась Грапиша. Она часто отдыхала именно так — спиной к стволу, или к камню, или к чему-нибудь ещё. Говорила, что испытывает умиротворение, сидя в такой позе.
— Нужно, чтобы ты поставил защитный контур. Объединись с теми Мастерами и сделайте это. Демоны не должны лезть долгое время, они узнают о битве и испугаются, но мелкие могут быть. Всё равно неприятно.
— Так что, сейчас вокруг людей нет контура? — удивился Рай.
— Нет, — Грапиша едва заметно помотала головой. — Не хочешь ставить — просто будьте наготове. Знаю, защита — заклинание громоздкое. Сделаешь?
— Разумеется, — Рай опустился рядом с девушкой на траву, посмотрел на безэмоциональное лицо, полуприкрытые глаза. Грапиша перевела их на него, не поворачивая головы. — Но почему ты не поставила?
Она медленно моргнула, потом опять подняла веки.
— Плохо. Их долго не будет, но второе нападение будет хуже, — девушка словно не расслышала вопрос Мастера. — Они не успокоятся, пока не уничтожат нас. Сначала были беспорядочные нападения низших, но теперь о нашем отряде знают многие. В том числе и эти, разумные. Они готовились к атаке, проверяли меня. И теперь знают, на что я способна.
— Хоть один из них ушёл?
— Нет. Но я уверена, об атаке знали другие. И они всё поймут. Рай, прости, что тебя в это втравила. И они все… я не смогу их спасти.
— Не сможешь? Грапиша, там, — Рай махнул рукой, — все наперебой тебя боготворят. После битвы ты выглядела так же, как и до неё, ни у кого не возникло даже мысли, что ты устала. Они уверены, что ты можешь легко свернуть горы, да и я не сомневаюсь в этом.
— И тебе не интересно, почему я до сих пор не открыла этот выход, если я могу всё?
— Выход — другое. А демоны ведь…
— Рай, — Грапиша печально покачала головой. — Я не бетавр. Я впервые в жизни так опустошена. Я уничтожила всю поляну, вещи пришлось создавать заново, а это гораздо тяжелее, чем просто скрыть их и потом проявить, что я сделать просто не догадалась… не успела… неужели не видишь — мне тяжело даже говорить с тобой…
— И ни о какой битве не может идти и речи, — понял Мастер. Грапиша едва уловимо мигнула, словно веки весили столько же, сколько эти опоясывающие Долину горы. — Но им я об этом не скажу.
— Об этом и речь… просто скажи, что я медитирую… любуюсь лесом, слушаю тьму… что-нибудь такое. Больше всего хочется лечь и заснуть, надолго, и чтобы кто-нибудь другой взял всё в свои руки…
— Я возьму, не сомневайся, — Рай уверенно кивнул. — Кстати, ты… впрочем, неважно, потом поговорим. Отдыхай. Тебе помочь дойти до постели? Там поспишь.
— Нет. Я не хочу двигаться. Лучше посижу здесь, — Грапиша благодарно посмотрела на Рая.
Мастер кивнул и поднялся. Хотел уйти, но задержался ненадолго.
— Я-то о людях позабочусь, но если на тебя нападут прямо сейчас?
— Ну и пусть, — девушка поёжилась. — Смотря кто. Если ещё один такой — тогда неважно, он всё равно всех убьёт.
— Я пришлю к тебе Телуну, — решил мужчина. — С её кинжалом и антимагией. Она, похоже, единственная из нас, кто выживет после рокового нападения.
— Не стоит. Пусть лучше она защищает вас, — попросила Грапиша. Мастер ничего не ответил и ушёл. Возможно, всё-таки решил действовать по-своему. Но девушке было всё равно — ей казалось, что из неё выкачали все силы, даже поворачивать голову было тяжело.
И появился он. Огромные чёрные глаза она увидела первыми, из-за блеска. Тело сливалось с темнотой — сейчас девушка видела так же, как и любой человек, потому
