– Карина, слава Барраху, ты здесь! – воскликнула Зарина.– И не ругайся, мне некогда было переодеться, мы прямо из Имперской Канцелярии улетели…
Карина вздрогнула. Еще сегодня утром ведьма ничего не знала о своем небесном женихе. Но его земные последователи уже дышали Карине в затылок.
– Насколько я знаю, люди из Имперской Канцелярии сами не выходят. И уж тем более не вылетают на метлах, – переводя взгляд с одного на другого, сказала старшая крыла «Змей».
Лица Синергистов приобрели подозрительно невинное выражение.
– Ну, ты понимаешь, там как получилось, – начала рассказывать Зарина.
Гёса пошел в контину. Надо было забирать вещи и лететь. «Намаз надо бы еще сотворить», подумал экен. Но, скорее всего, сегодня ему не удалось бы помолиться, и это расстраивало Гёсу. Экен взял плащ и куртку ведьмы. Выйдя из храма, он озабоченно посмотрел на небо. Солнце уже цепляло краем макушки леса.
– Самое интересное, что этот борец за чистоту расы вовсе и не человек, а оборотень, – услышал Гёса и обрадовался. Зарина уже успела поведать почти все об их приключениях. – Татцель, судя по всему, еще очень молодой.
– Как все-таки мудры эльфы, – сказала Карина задумчиво. – Шенвэль догадался, что Крон – татцель, только из моего рассказа о нем. А мы всю войну прошли бок о бок с имперским магом, и даже никакой мысли не закралось, пока ты его настоящее лицо не увидела…
– Я там встретила Владислава, – сказала Зарина и отвела глаза. – Я не могла спасти его, Карина, прости нас.
Карина ощутила укол в сердце. Владислав, конечно, был слишком уж оборотист – достаточно было вспомнить рубиновые серьги из сокровищницы дракона, но в остальном выбранный от противного барон оказался одним из самых милых и порядочных людей, которых встречала в своей жизни ведьма. Карина с горечью подумала, что Владислав сделал для нее очень много хорошего, а она принесла ему смерть.
– На войне как войне, – сказала ведьма горько.
– Барон не доносил на вас с Шенвэлем, – продолжала Зарина. – Они его пытали, чтобы выяснить, где ты. Владислав просил передать тебе, что Искандер все знает, и чтобы вы бежали в Фейре как можно скорее.
– Я думаю, это дельный совет, – кивнула Карина. – Спасибо вам, ребята, вы мне очень помогли. Искандер сейчас будет немножко занят, но он все равно вернется к поискам меня. Все-таки зря вы разгрохали Кулу. Такой красивый город был!
– Мы же не знали, что так получится, – сказал Гёса. – Мы хотели только из Имперской Канцелярии вырваться.
Карина вздохнула.
– Как дети малые, честное слово. Ладно. Вы, должно быть, хотите есть и пить. Еды здесь нет, а в ельнике есть ручеек. Попейте и улетайте скорей, здесь очень опасно.
– А ты? – спросила Зарина.
Карина улыбнулась.
– За меня не бойся, – сказала она. – Мне надо поговорить с Ящером, но лучше сделать это без свидетелей.
– А ты не знаешь, случайно, что за богиня живет в этом храме? – спросила Зарина. – Такая, серебряная, с тремя масками…
– Это Могота, наша богиня Судьбы, – сказала Карина. – Она жена Ящера, вот их вместе и поставили.
Зарина всхлипнула.
– Что теперь будет с нашим крылом? – сказала экенка. – Ты в Фейре, Светлана замуж, я домой, да неизвестно, выживут ли девочки….
– Не дрейфь, подруга, – улыбнулась Карина. – Мы еще полетаем.
– Если будешь в Фейре, заезжай к нам, в М’Калию. Мы в Усть – Картане пока остановимся, – сказал Гёса.
– Хорошо, если оказия подвернется, я к вам обязательно загляну, – сказала Карина.
– Слушай, это священный лес, да? – спросил экен. – Тут Барраху молиться нельзя?
– Я думаю, что можно, – сказала Карина. – Только в капище нельзя возносить молитвы другим богам.
Ведьма обняла ведьму и Гёсу, расцеловала их. Экены пошли к выходу из капища, а Карина вернулась за идола, к своей метле. Пора было готовиться к ритуалу, а все необходимое для него – жертвенная птица и дрова для священного костра – находилось в корзине у ведьмы.
Стенки рва были обмазаны глиной, а плоское дно обуглено. В те времена, когда капище действовало, его отделяла от мира стена огня. Когда Гёса ступил на толстую каменную балку, перекинутую через ров, Зарина сказала:
– Ой, я в храме платок забыла. Ты иди, помолись пока, а я мигом.
– Давай быстрее, – сказал экен.
Зарина вернулась в капище. Экенка слышала, как Карина возится за идолом. Экенка прошмыгнула в храм. Зарина обнаружила платок в щели между нарами и стеной, когда уже решила, что улетит без него. Намотав платок на талию, ведьма направилась к выходу. Напротив статуи богини экенка остановилась. Зарина чувствовала, что Гёса сейчас молится, и ведьме впервые в жизни захотелось присоединиться к нему. Только обращаться она собиралась совсем к другому богу. Зарина опустилась на колени перед идолом.
– Не сердись на Гёсу за его необузданность, Могота, – тихо прошептала экенка. – Ты ведь и сама любила и знаешь мужчин. Прости нас, если мы своей любовью осквернили твой храм. Этого мы не хотели. Помоги Карине, освободи ее от приворота, который навел сидх. Очень прошу тебя, Могота! Карина мандреченка, ты ее богиня, ты должна помочь.
Зарина вспомнила, что мандреченским богам необходимо что-нибудь пожертвовать, чтобы они услышали просящего. По привычке ведьма коснулась левого плеча. Но куртку с драгоценными амулетами Гёса унес с собой. Экенка начала шарить по карманам юбки, но везде было пусто. Зарина в отчаянии стиснула концы отложного воротника. Круглая головка брошки приятно холодила ладонь. Ведьма отколола украшение, последний раз взглянула на брошь. Для Зарины эта простенькая брошь была дороже самого роскошного из ее талисманов. Ведьма заколебалась, представив, что скажет Гёса, но потом решительным жестом вложила украшение в кубок богини.
– Это все, что у меня есть, – дрожащими губами прошептала Зарина.
Ведьма поцеловала пальцы серебряных ног идола и поднялась с колен. Зарина торопливо выбежала из контины, вышла из капища и перебралась через ров. Экенка оказалась в мохнатом ельнике. Где-то рядом чуть слышно журчала вода. Ведьма заметила на ветке дерева неподалеку небольшую кружку, сплетенную из бересты. Гёсы нигде не было видно. Зарина вызвала метлу и уже расстегнула жилетку, но снять не успела. Она услышала шаги экена. Зарина быстро разложила воротник на обе стороны, надеясь, что теперь Гёса не заметит отсутствия броши. Экен обнял ее.
– Я сейчас переоденусь, и полетим дальше, – сказала ведьма. – Принеси мне пока попить.
Рука Гёсы поднялась к груди Зарины. Ведьма закусила губу. Экен взялся за расправленный на стороны воротник, приподнял ткань. Несколько секунд Гёса смотрел на пустое место, оставшееся от его подарка, а потом отошел от экенки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
