сдержать дрожь в голосе. Для икта говорить о холоде означало, что происходит что-то неслыханное.
Квелл пожал плечами.
— Без звезда-пыли, которую Зин принес с Черной Скалы, погибло бы гораздо больше людей. Мы решили ненадолго уйти на юг. — Что-то в том, как он это сказал, заставило Яз заподозрить, что его мнение сыграло центральную роль в принятии решения. — Клан разбил лагерь в пределах видимости горы. Я проснулся ночью и… ну, я не могу этого объяснить. Я шел по трещине во льду при звезда-свете. И она привела меня к пещере у подножия горы. Она ждала меня там — Агатта, лед-ведьма.
— Лед-ведьма? — Яз моргнула.
— Она была на льду, в этих лохмотьях. — Квеллу не нужно было больше ничего говорить. Он замолчал, начал было говорить, остановился, как будто боялся показаться глупым, затем начал снова. — Я подумал, что, на самом деле, ее зовут иначе.
— Да? — озадаченно спросила Яз.
Квелл сжал челюсти.
— Я думаю, меня позвала и привела сюда Мокка. — Он скрестил руки на груди, словно ожидая насмешек.
— Зин и Мокка просто… — Яз покачала головой. Просто что? Просто сказки? Она так многому научилась с тех пор, как уехала. Зин и Мокка были сказками, но они были не просто сказками. Они были Пропавшими, они были Предком Мали, они были теми, кто был нужен Яз, если она когда-нибудь увидит, как открывается ковчег: чистокровными Пропавшими, которые могли с легкостью справиться с четырьмя корабль-сердцами. Она улыбнулась: — Может быть, это была Мокка.
Она потянулась к руке Квелла, и он вложил свою руку в ее. Тогда она увидела это, план, который может победить Сеуса. Она считала, что после ее неудачи время на его стороне. Он был бессмертен. Он мог подождать. В конце концов ковчег попадет к нему, а затем луна, а затем Коридор. Человек проводит всю жизнь, пересекая Путь, переходя со стороны, которая лежат до жизни, на сторону, которая лежит после. Но бессмертный следовал по Пути, двигаясь от альфы к омеге.
Сестры сказали, что врата — это подарок времени, но Икта не нуждались в вратах для этого. Не как народ. Это было в священных писаниях, которым учили монахини из Сладкого Милосердия. Человек пересекает Путь — народ идет по Пути.
Икта переместятся на юг, пока Абет будет остывать, поколения — приходить и уходить, и со временем родится еще одна девочка или мальчик, которые смогут слышать пение звезд, темноглазый ребенок, более близкий к Пропавшим, чем сама Яз. И этот ребенок откроет ковчег. На самом деле, теперь, когда они знали, что искать, клан мог бы даже организовать пары, чтобы усилить необходимые родословные. Квелл выдерживает ауру звезд лучше, чем кто-либо, кого она знала, кроме Мали.
— Я знаю, кто такая Зоул. — Яз заговорила, прежде чем смогла остановить себя. — Я знаю, почему она знает мое имя. — Теперь Яз поняла, что она была предком девочки. Возможно, собственный ребенок Яз мог бы быть бабушкой и дедушкой девочки, которую видела Мали, находясь в хватке время-звезды.
— И кто она? — Мали подошла ближе, игнорируя Квелла, пристально глядя на Яз.
Яз покачала головой:
— Настоящий вопрос: зачем Агатта привела нас сюда? К этим вратам? Почему сто лет? Это не может быть случайностью. Это должно быть то, что нужно. Столетие.
— Теперь ты говоришь как они, — сказала Мали. — Кто такая Зоул?
Но Яз не могла отпустить цепочку своих мыслей, боясь ее потерять:
— Мы знаем, что годы делают с правдой: она превращается в сказки. Мы не можем их проинструктировать.
— Не можем проинструктировать кого? — раздраженно спросила Мали.
— Наших правнуков и тех, кто придет после них. Жизнь на льду коротка — бывают кризисы, потрясения, голод. Годы сотрут правду. Для них мы — Предок. И ты не можешь ничего им сказать, Мали. Ты будешь жить в те времена. На льду пятьдесят лет — это древность, но ты… В любом случае, твоя собственная Сестра Сова это сказала. Когда Сова была ребенком, Сестра Облако видела будущее в своем бассейне — возможно, вратах. Она видела Эрриса: созданного человека. Она сказала, что ты не можешь использовать это знание. Если ты попытаешься, то все изменишь. — Яз оглянулась на врата. — Так что нам просто нужно подождать. Но потом, когда придет время, нам нужно будет действовать. — Она похлопала по покрытому рунами металлу. — Именно поэтому мы здесь, у этих ворот. Этот подарок. Мы должны пройти через них! Пошли! — И, протянув руку, она вытащила звезду золота и теней из ниши и швырнула ее, как стрелу, в портал перед собой. Затем последовала за ней внутрь.
53
ЗОЛОТАЯ ЗВЕЗДА ОСВЕТИЛА знакомую пещеру. Кольцо, через которое они вышли, больше не было покрыто древним текучим камнем, и только самые большие из сталагмитов и сталактитов остались на полу и потолке. На густой, но, к счастью, прочной грязи, осевшей на полу пещеры, были разбросаны свидетельства большого наводнения.
— Откуда взялась вся эта вода? — Мали удивленно огляделась вокруг.
— Это и есть зеленые земли? — Квелл, казалось, не был впечатлен.
— Мы должны пойти в монастырь, — сказала Мали.
Яз нахмурилась:
— Я думаю, мы должны использовать эти врата, чтобы добраться до тех, что у ковчега. Мы не знаем, как обстоят дела в Сладком Милосердии. Они отдали меня под суд. Дважды. И я знаю об этой вашей инквизиции.
— Я хочу выйти наружу! — Квелл медленно повернулся, ища выход. — Мы действительно в зеленых землях?
Яз понимала его сомнения. Было трудно поверить в то, что они преодолели много тысяч миль за один шаг.
— Там опасно. Нам нужно беспокоиться не только о Церкви.
— Опасно просто выйти рядом с ковчегом, — сказала Мали. — Это место находится прямо под дворцом императора. Сеус контролировал его сто лет назад, но теперь оно может быть полно гвардейцев императора. Такое место просто не оставят без охраны. Особенно, если ты права насчет того, что какой-нибудь твой потомок с бо́льшим количеством крови Пропавших открыл дверь.
— Так, может быть, нам стоит сделать то, что сказал Квелл — выйти наружу. Спустимся по Пути Безмятежности, отправимся в город и посмотрим, что мы можем узнать?
— Не так быстро. — Мали подняла руку, говоря с важностью, не соответствующей ее годам. — Ты все время говоришь о необходимости действовать. Но что мы должны здесь сделать? Если они открыли ковчег, значит, проблема решена, и мы им не нужны.
— Я думаю, что мы им нужны, — сказал Яз. — Почему Агатта привела нас сюда, в противном случае?
Мали красноречиво пожала плечами:
— Потому что она
