- А кто заберет Макнейра? Отправьте его в Мунго, что ли.
- А что с Макнейром? - поинтересовался Снейп.
- Лорд на минуту зазвал его в кабинет, и тут же ушел, а когда я вошла, Уолден катался по полу, не в силах даже кричать, и держась за…
Она покраснела и замялась.
- В общем, ему не за что больше держаться. - дипломатично закончил Кребб.
- Прощальный подарок? - прошептал Снейп в волосы Малфоя, и тот фыркнул.
- Креб, Гойл, заберёте его. Прощайте, господа, с праздником.
Коротко поклонившись, Мальсибер вышел, и за ним потянулись остальные.
- Белла, открой аппарацию, я не доволоку его до камина. - попросил Снейп. - Руквуд, на минуту.
Достав из кармана флакон с серебристыми нитями воспоминаний, Снейп протянул его Руквуду.
- Спасибо, Август!
Кивнув, тот попрощался и вышел.
- Северус, ты вовремя. Снова. - выдохнул Люциус, расслабляясь в надежных руках. - Но как?
- Знаешь, мне очень повезло, что устраивая очередной стриптиз, ты не стаскиваешь с себя украшения.
- Кольцо! - догадался Люциус. - И с Макнейром тоже? Ну конечно!.. Северус, нам нужно поговорить.
- Северус, можно! - издалека сказала Белла.
- Спасибо, леди Лейстрейнж.
- Белла, не делай глупостей! Пожалуйста!
- Люци, идите домой! Мне еще гостей провожать. Прощайте.
Белла вышла.
- Северус…
- Дома, Люци, дома. Скажешь мне все, что думаешь и проклянешь, как хочешь. Только не здесь. Я не могу больше видеть тебя на этом проклятом полу.
Снейп приподнял Люциуса, плотнее завернул в мантию, взял на руки, укладывая его голову себе на плечо, и тяжело поднялся на ноги.
- Север, - тихо позвал Малфой, - у тебя на мантии кровь…
Руки, державшие его, сжались крепче, зубы знакомо оскалились, Снейп с вызовом посмотрел Люциусу в глаза и, не сказав ни слова, аппарировал.
44 глава
Они оказались в спальне лорда. Снейп осторожно посадил Люциуса на кровать и вдруг, придержав его за затылок, бесцеремонно сунул палец в рот, доставая ампулу с зельем, словно отбирая у младенца несъедобную вещь, и это стало последней каплей. Люциус почувствовал, как им овладевает холодная ярость, которой он не испытывал даже общаясь с Лордом. Видит Мерлин, он терпел достаточно: издевательства Риддла, боль, холод, презрительные взгляды соратников не задели его так, как удар в спину от человека, которому доверял… Не надо кривить душей, ваша светлость - любили. И любите. Тем больнее.
Люциус выпрямил разом занывшую спину, усилием воли стирая с лица эмоции, и, отвернувшись от протянутого ему флакона, холодно спросил:
- Что это?
- Укрепляющее. - удивленно ответил Снейп. - Тебе надо выпить.
- Благодарю, я сегодня достаточно выпил. Поговорим.
Повинуясь приказу, Снейп придвинул стул и сел напротив, ожидая, а Люциус внезапно вспомнил мальчика, так же сидевшего и волновавшегося, позовут ли его в постель. Отогнав ненужные воспоминания, Люциус заговорил.
- Северус, я благодарен и признаю долг жизни. Определись пожалуйста, в какой форме ты его желаешь получать.
- Как ты себя чувствуешь, Люци? - Снейп смотрел так встревоженно, что Люциуса понесло.
- Как я себя чувствую? - зашипел он, кутаясь в измятую мантию. - Именно так, как и должен: униженным, поднятым с пола и завернутым в грязную тряпку!
Он все еще пытался держать себя в руках и не орать в лицо собеседника, ставшее вдруг до отвращения понимающим.
Хлопок аппарации прервал его. Появившийся эльф держал в руках одежду, поверх которой лежала трость с палочкой Малфоя.
- Леди Лейстрейнж передала вещи. - пропищал домовик.
Люциус протянул руку за тростью.
- Тряпье сжечь. Ванну. Ужин. - отрывисто приказал он.
Домовик исчез.
- Сейчас ты снова скажешь, что спасал мне жизнь, и, что самое отвратительное, будешь совершенно прав, но, Мерлин, Снейп, зачем же так?! Я могу понять твое желание утереть любимым соратникам нос, который они задирали, глядя на тебя, но неужели ты не мог найти другой способ потешить свое самолюбие, не валяя меня в грязи? Видит Мерлин, я уже достаточно противен даже самому себе. Это для тебя они - никто, и, если повезет, вы никогда больше не встретитесь, но мне-то что делать? Это мой круг, Северус, мне придется видеться с этими людьми, сидеть с ними на званых обедах, говорить, заключать сделки. Как только Гойл раскроет свой рот - мне никто больше не подаст руки. Лорда они могли понять, но тебя - никогда. Я не посмею появиться на улице, Снейп. Ты мог бы с тем же успехом просто надеть на меня ошейник. - Люциус задохнулся, но остановиться не смог. - Да и, драклы со мной! Но Драко… Ни один из этих выскочек не отдаст за него свою дочь, и все будут вспоминать, что он сын того самого Малфоя, который валялся на полу, предлагая себя всем желающим, и, когда их не нашлось, был из жалости подобран полукровкой.
Люциус не позволил себе согнуться и спрятать горящее лицо: он Малфой и отныне никто не посмеет сказать, что он отводит глаза из-за стыда! Хватит! Спина горела огнем, и, чтобы не застонать, Люциус улыбнулся. Снейп, молча слушавший его, глядя в пол, соскользнул со стула и, оказавшись у ног Малфоя, провел ладонями вниз, взял в руки его замерзшие ступни и уткнулся в них лицом, согревая своим дыханием.
- Север… Что ты делаешь?
- Я боялся не успеть. - глухо заговорил Снейп. - Я не знал, что делать и боялся, что ты скажешь что-нибудь, после чего тебя точно убьют. Я ничего не мог придумать и был в панике… Это можно как-нибудь исправить?
- Пожалуй, если завести бурный роман с заместителем министра… И с его женой. Да, это могло бы спасти мою репутацию.
Слова, сказанные ровным, усталым тоном, кажется, прозвучали слишком серьезно. Снейп вздрогнул и, подняв голову, медленно проговорил:
- Люци, а если я пообещаю, что ни один из них ничего не вспомнит, ты сможешь придумать мне другое наказание?
- Ты хочешь стереть им память? Всем?
- Нас было всего семеро, Люци, остальные ничего не знают… И не узнают. Руквуд и Белла не в счет, Кребб и Гойл - просто, Рабастан - немного сложнее, Макнейр… Я уверен во всех, кроме Мальсибера. Я не рискну лезть ему в голову: старая гвардия не пренебрегает защитой. Но с ним я смогу договориться.
- Предложишь выкуп? Это кабала, Снейп.
- Мальсибер - умный человек. Ему гораздо выгодней дать мне клятву, чем жить в ожидании внезапной смерти.
- Смерти? - Люциус отвечал все короче и равнодушнее, и Снейп явно беспокоился.
- Ты не замечал? Некоторые плохо переносят яды..
- А Долохов?
- Долохов… - вздохнул Снейп. - Это проблема. С Долоховым придется пить…
В его голосе было столько тоскливого смирения, что Люциус не смог сдержать улыбки, и Снейп с надеждой посмотрел на него.
- Люци…
- Что?
- Позволь мне помочь. Ты едва сидишь. Пожалуйста. Даю тебе слово: завтра ты сможешь продолжить с того же места, где остановился. Я никуда не денусь. Не мучай себя.
