не помнит, все какого-то Чубайса вворачивал, вместо Чубайсова. Наверняка же изучил его биографию от роддома до выпуска из ЛИЭИ. Все знает, и про фарцовку и про кружок этот их «экономический», но ведет разговор так, чтобы заставить собеседника оправдываться.
— Здравствуйте, молодой человек! — улыбнулся первый секретарь, когда рыжий без всякого страха и смущения полез в салон. — Извините, что прервал вашу пробежку, но ведь я могу отвезти вас туда, куда вы так торопитесь.
— Здравствуйте… Да, к Всесоюзному институту системного анализа, пожалуйста, — деловито проговорил тот, словно садился в такси.
Романова, конечно, такой тон покоробил, но виду он не подал.
— Сережа, — обратился он к водителю, — подбрось нас к ВНИИСИ.
Григорий Васильевич подчеркнул слово «нас», подумав, что неплохо бы посетить сие научное учреждение, раз уж такие странные дела начинаются. Шофер кивнул, захлопнул дверцу и «Волга» покатила по умытым утренним дождем, а за ними — и поливалками, улицам Москвы.
— Надеюсь, вы узнали меня, Анатолий Аркадьевич, — продолжил источать елей первый секретарь Ленинградского обкома.
— Конечно, Григорий Васильевич, — откликнулся рыжий.
И хоть бы капля почтения в голосе! Борзый юнец. Далеко пойдет. Особенно — при содействии Андропова. Ну так и ему, Романову, отставать не следует.
— А вам не кажется, молодой человек, странным, что два ленинградца встречаются для важного разговора в Москве?
— А что тут странного? — хмыкнул Чубайсов. — В Москву, Белокаменную, русские люди завсегда за правдой хаживали.
— У нас, на Неве, значит, правды не сыщешь? — покачал головой Григорий Васильевич. — А ведь наш город, между прочим, колыбель Революции.
— Извините, Григорий Васильевич, но что-то мы все вокруг да около ходим.
Романов крякнул от досады. Да, с таким не соскучишься и в аппаратные игры не поиграешь. Представить страшно, что произойдет, когда подобные активисты-энтузиасты придут старым партийным кадрам на смену. Ну до этого пока далеко, а жить нужно сейчас. И по возможности — хорошо, деятельно жить, а не с тремя инфарктами. Впереди столько дел. И потому именно к таким, молодым да ранним, следует присмотреться.
— Вы правы, Анатолий Аркадьевич. Время дорого. Начнем с того, что ваше выступление на сегодняшнем заседании комсомольской конференции согласовано. Так что с удовольствием вас послушаю.
— Вот за это спасибо, Григорий Васильевич! — обрадовался рыжий.
— Не торопитесь. Это еще не все. Думаю, на ближайшем заседании обкома выдвинуть вашу кандидатуру на пост первого секретаря городского комитета ВЛКСМ. Боюсь, что ПТУ — это уже не ваш уровень.
— Так уж сразу и горкома? — недоверчиво переспросил Чубайсов.
— А что вас смущает? Молодым у нас везде дорога… Будем работать бок о бок.
— Что ж, я согласен, — кивнул рыжий.
Вот же нахал! — удивился первый секретарь Ленинградского обкома. Другой бы на его месте руки мне целовал, а он «согласен». Как будто это так просто. Ну тому, кто бы руки целовал, он, Романов, и не предложил бы занять должность, добраться до которой можно, только пройдя несколько обязательных ступеней — секретарь ячейки, секретарь комитета на месте учебы или работы, дальше — райком и только потом уже городской комитет коммунистического союза молодежи.
— Хотя — нет, — проговорил Чубайсов.
— Что — нет? — изумился Романов.
— Не хочу, чтобы мне завидовали и ненавидели те, через головы которых я перепрыгну. Тот же Трошкин… Он ведь на это место метит.
Хозяин Ленинграда опешил. Такого, признаться, он не ожидал. Да и Андропов вчера сказал: «Подними его настолько, насколько можешь, да и держи при себе…»
— Что же вы предлагаете?
— Я предлагаю создать при ПТУ, техникумах и технических ВУЗах ресурсно-производственные центры.
— Это что еще такое?
— Извините, Григорий Васильевич, можно остановить машину на минуту?
— Сережа, притормози!
Шофер притер «Волга» к обочине. Чубайсов выскочил из салона и кинулся следом за невысоким, склонным к полноте и залысинам парнем. Догнал было его, но вдруг остановился, махнул рукой и вернулся к машине.
* * *
Я узнал его по фотографиям. Первой моей реакцией было догнать и дать по рылу. Не по-каратистски, а по-дворовому. Врезать по сопатке, с оттяжечкой. Пусть умоется юшечкой, гнида. И ведь он почувствовал. Обернулся испуганно. Но я уже передумал. Начинать такие дела и марать руки о всякую мразь. Насколько я помню, мой предшественник и этот жирняй познакомятся только лет через пять, объединив ленинградский и московский «экономические кружки». Вернее — познакомились бы.
Вернувшись в «Волгу», я кивнул водиле, дескать, можно ехать, как будто это была моя персональная машина. Романов с интересом на меня посмотрел.
— Ваш знакомый? — спросил он.
— Обознался.
— Тогда давайте вернемся к вашему предложению.
— Собственно, подробности будут в моем докладе, но если кратко… Я предлагаю вот что… Одна из проблем нашей молодежи — это не хватка денег. Стипендии, прямо скажем, не большие. Ну что такое тридцать три рубля для пэтэушника, который, вроде, уже самостоятельный, а все еще у папы с мамой на шее сидит. И это еще, если есть на чьей шее сидеть. А как быть детям из неполных семей? А — детдомовским?.. Одеться хочется по-современному, девушку в кафе сводить… А еще неплохо бы иметь магнитофон, мотоцикл… Короче, удовлетворять нехитрые молодежные потребности.
— Я когда в судостроительном учился о штанах лишних мечтал, не то что — о мотоцикле, — вставил первый секретарь.
— Ну и что в этом хорошего, Григорий Васильевич?.. Ну ладно вы… Вы человек сознательный… А другие ведь и по кривой дорожке могут пойти!
— Например, заняться спекуляцией иностранных шмоток, — попытался он меня подколоть.
Не на того напал.
— Да, — сказал я, твердо глядя ему в глаза. — Правда, этим балуются в основном сынки и доченьки из благополучных семей. Студенты престижных ВУЗов. А «бурсаки» мелочь по карманам тырят, и сроки получают… Вы по себе знаете, насколько разлагающе действует нищета. Тем более, когда у других импортные штаны, магнитофоны, не заработанные «тачки», автомобили — то есть. Все это вызывает зависть и желание, если не отнять, то хотя бы попортить счастливчику жизнь.
— В этом вы меня убедили, что дальше.
— В профтехучилищах, техникумах и техвузах учат работать и головой и руками. Гоняют на производственную практику. Так почему бы не дать ребятам заработать? Посмотрите, чего не хватает в магазинах?.. Всякой хозяйственной ерунды. Промышленность выпускает, но мало. А ребята, при должной
