с Могидин. Мне так хотелось доставить ее в Башню на суд, что я забыла об остальных, и Джини едва не снесла мне голову при помощи погибельного огня. – Илэйн ойкнула, и Найнив поспешила успокоить ее:
— Ничего страшного, он меня не коснулся.
— Ты хочешь сказать, что захватила Могидин? Одну из Отрекшихся?
— Захватить-то захватила, но она вырвалась, – неохотно отозвалась Найнив. Она очень не любила сознаваться в своей неправоте или промашках, особенно после того, как сама предупреждала и наставляла других. – Илэйн, я помню все, что говорила тебе о необходимости быть осторожной, но когда Могидин оказалась в моих руках, я просто думать не могла ни о чем, кроме того, как доставить ее на суд. – Найнив глубоко вздохнула. Говорила она чуть ли не извиняющимся тоном, чего терпеть не могла. И куда только запропастились эти бестолковые мужчины? – Илэйн, я понимаю, что должна была сосредоточиться на том, что мы задумали, и не отвлекаться ни на что другое. Пожалуйста, не сердись на меня.
— Не буду, – твердо сказала Илэйн, – но только если ты не станешь больше забывать об осторожности.
Эгинин прочистила горло.
— Ах да, – поспешно кивнула Илэйн и с очевидным волнением – у нее даже красные пятна на щеках выступили – спросила:
— Ты нашла ошейник и печать?
— Все у меня с собой, – заявила Найнив, потрогав кошель на поясе.
Шум за дверью усиливался. Крики из глубины дворца тоже становились все громче. Лиандрин, наверное, весь дворец вверх ногами перевернула, стремясь выяснить, что произошло.
— Куда запропастились эти мужчины?
— Мой Легион… – начала было Аматера, но, поймав взгляд Илэйн, тут же умолкла. Видимо, потолковали они более чем серьезно. Вид у Панарха был как у обиженной девчонки, оставленной в наказание без сладкого.
Найнив глянула на Эгинин. Шончанка не сводила глаз с двери. Она хотела отправиться за мной. Почему она не позволяет мне ненавидеть ее? Неужели я
настолько отличаюсь от нее? Неожиданно дверь распахнулась. Из низкого прохода вынырнул Джуилин.
Лицо у него было в крови. В руках он держал тонкие гнутые отмычки, с помощью
которых открыл крепкий железный замок.
— Быстрее! Надо убираться отсюда, пока не поздно.
Ч то значит "пока не поздно"? – подумала Найнив, но, выглянув наружу, поняла тревогу ловца воров. Не менее трех сотен матросов Байла Домона, выстроившись полукругом у двери, сдерживали натиск обезумевшей толпы. Сам Домон, размахивая дубинкой, подбадривал своих людей, перекрывая гомон толпы. Бурлящая людская масса давила на полукольцо матросов вовсе не потому, что бунтовщики сознательно стремились его прорвать. До матросов им, по существу, не было дела. Люди вилами, палками и голыми руками отбивались от размахивавших мечами конных Белоплащников, но в немыслимой давке доставалось всем подряд. Град камней барабанил по шлемам и панцирям Чад Света. Некоторые лошади уже потеряли всадников. И весь этот хаос устроен ради того, чтобы женщины могли выбраться из дворца?
Найнив постаралась убедить себя в том, что все сделано ради благой цели, и вновь дотронулась до кошеля с драгоценными находками. Но там, снаружи, погибали люди.
— Женщины, сдвинетесь вы наконец с места? – крикнул Том. Бровь менестреля была рассечена и кровоточила – не иначе как камень угодил. А бурый плащ и вовсе превратился в лохмотья.
Илэйн подтолкнула Аматеру к выходу и нырнула следом. Найнив и Эгинин двинулись за ней. Как только все четыре женщины оказались снаружи, матросы плотным кольцом сомкнулись вокруг них и принялись прокладывать себе дорогу сквозь толпу, подальше от дворца. В немыслимой давке Найнив только и могла, что перебирать ногами. Эгинин споткнулась и чуть не упала, но Найнив успела поймать ее за руку и увидела на лице шончанки благодарную улыбку.
Н е такие уж мы и разные, подумала Найнив. Не одинаковые, конечно, но и не во всем разные. Ей не пришлось заставлять себя улыбнуться в ответ.
Прилегающие к дворцу кварталы были запружены народом, но по мере удаления от него толпа редела, и наконец отряд Домона вырвался на узкие извилистые улочки, которые были почти пусты. Те, кто не участвовал в заварухе, оказались достаточно благоразумны, чтобы держаться подальше и не высовывать носа на улицу. Матросы несколько расширили кольцо и больше не стискивали женщин со всех сторон, но на всех встречных люди Домона поглядывали с угрозой. Улицы Танчико, даже внешне спокойные, оставались улицами Танчико. Найнив успела уже отвыкнуть от этого. Казалось, она провела во дворце целую вечность и забыла, что за город лежит за его стенами.
Когда позади окончательно стих шум схватки, хромающий Том исхитрился отвесить Аматере галантный поклон:
— Видеть Панарха Танчико – большая честь для меня. Приказывайте – я к вашим услугам.
Аматера взглянула на него с удивлением, затем посмотрела на Илэйн и, слегка поморщившись, сказала:
— Вы обознались, добрый господин. Я всего лишь беглянка из провинции, которой помогли эти добрые женщины.
Том изумленно переглянулся с Домоном и Джуилином и открыл было рот, но Илэйн не дала ему говорить.
— Может, сначала доберемся до гостиницы, Том? Здесь не место для разговоров. Когда они явились во "Двор трех слив", Илэйн, к еще большему удивлению Тома, представила Рендре Панарха как оставшуюся без гроша беженку по имени Тера, которая ищет работу ради пропитания. Хозяйка гостиницы задумалась, пожала плечами, но приняла "Теру" под свою опеку и повела ее на кухню. По пути она уже щебетала о том, какие прелестные у "Теры" волосы и какой она будет милашкой, если наденет подходящее платье. Ничего не понимавшая Найнив едва дождалась, когда за ушедшими женщинами закрылась дверь.
— Тера? Илэйн, ведь Рендра отправит ее прислуживать посетителям!
Илэйн это предположение ничуть не смутило.
— Вполне вероятно. – Девушка со вздохом упала на стул и, сбросив туфли, принялась массировать ноги. – Было не так уж трудно убедить Аматеру в том, что ей лучше на несколько дней исчезнуть. Сейчас толпа кричит "Убили Панарха!", а в следующий миг закричит "Смерть Панарху!" – разница не так уж велика. Думаю, посмотрев на толпу. Аматера убедилась в моей правоте. Кроме того, она не хочет прибегать к помощи Андрика, чтобы возвратить себе трон, а намерена сделать это своими силами и потому будет скрываться, пока не сумеет связаться с Лордом-Капитаном Панаршего Легиона. – Илэйн наклонилась ниже и принялась растирать ступни. – К тому же, Найнив, эта женщина понятия не имеет о жизни простых людей. Мне кажется, что она искренне хочет быть справедливой правительницей, однако ее ничуть не беспокоило, что народ голодает, а во
