уважение — главные факторы в системе любых боевых искусств.
— Сегодня твои мысли были заняты вчерашним происшествием с наложницей амина? — спросил вдруг тренер.
Я вздохнула и кивнула.
— Да, это так… Я испытываю противоречивые чувства и эмоции. Ненавижу, когда в душе происходит раздрай…
— Расскажи, что ты чувствуешь, — произнёс сенсей, и это был не вопрос, это была просьба.
Я замолчала на некоторое время, обдумывая, как объяснить свои ощущения и заговорила, когда мы прошли длинные коридоры и начали спускаться под тренировочную арену.
Не знала, что здесь есть подвальные помещения.
Хотя, чего удивляться? Во дворце же есть пыточные в подвале, так почему и тут не быть оружейной?
— Мне неспокойно. Неспокойно, потому что испытываю вину за случившееся. Умом понимаю, что не виновата, но душа мечется, а в сердце будто залили свинец. Я могла скрутить Эрху и тогда бы она не бросила в меня заклинание, которое в итоге поразило ни в чём неповинную девушку. И сама Эрха не оказалась бы сейчас ослеплённой и отданной замуж чуть ли не в качестве рабыни… Помимо вины, я испытываю ярость по отношению к амину. Очень злюсь на него, потому что это он развёл во дворце змеиный клубок! Зачем эти дурацкие правила про райни и возможность кому-то из девушек стать этой самой райни? Я приветствую возможность, которую амин даёт девушкам — учиться, работать во дворце, получать жалование, а потом и вовсе можно уйти и жить в своё удовольствие уважаемой нарой! Ведь я поняла, что большая часть девушек, даже в глаза не видела вождя, не то чтобы в его постели оказаться. Ну так организуйте тогда пансион для девушек на территории дворца, но без этого гарема и тупых условий и…
— Ты рассуждаешь с высоты своего опыта и мировоззрения, — прервал мою пламенную речь сенсей. — Гаремные традиции нашего мира уходят глубоко в прошлое. И то, амин Сандар многое упростил и упразднил, сделав, как ты сказала, для многих возможность учиться и жить в достатке без обременения оказаться в его постели. Но какая нагиня или человечк откажется от возможности вкусить поцелуй амина и ощутить на себе его сильные руки?
— Эээ… Стоп! — тут же оборвала Мерта. — Давайте-ка без вот этих ваших: «вкусить поцелуй амина, ощутить на себе его сильные руки…» — передразнила тренера. — И вообще, разговора не выходит…
Сенсей тихо рассмеялся.
— Ты злишься на амина, моя боевая девочка, потому что ты влюбилась в него. Ты злишься на себя и ощущаешь вину, потому что ревнуешь — твоё сердце неспокойно и на нём лежит тяжесть, потому что ты понимаешь, что во дворце живут другие наложницы и каждая мечтает стать его женщиной. Ты — равная ему, оттого и плохо тебе. С появлением в Бахадуре, ты сразу взяла на себя ответственность за свою жизнь — противостояла амину и нашим традициям. И как мой опыт подсказывает, такие личности всегда переживают и чувствуют ответственность за тех, кто слабее их самих. Ты увидела дворцовую жизнь во всей красе, даже больше скажу — её малую часть. То, что произошло — это будничная ситуация, Алекс. Женщины многих вещей не замечают, да и мужчины их не демонстрируют. В пыточных всегда кто-то есть. Раз в месяц обязательно кого-то казнят — предатели, нарушители закона, убийцы, шпионы — были, есть и будут. Ежедневно кто-то умирает от яда или подлого удара в спину… Такова жизнь амина, Алекс. Чем ты выше — тем больше ответственности и тем больше тебе приходится принимать суровых решений. Не таких решений, как мы порой принимаем, чтобы было хорошо для кого-то, амин принимает порой жёсткие решения, чтобы было хорошо для всего клана и иногда приходится жертвовать кем-то, чем-то…
Суровая правда жизни. Это не сказка…
— Мой тебе совет, дитя — или продолжи путь воина, но без амина, Александра. Забудь его и закрой своё сердце — ты пройдёшь испытания, я знаю, и тогда для тебя будет открыт весь наш мир. Ты можешь отправиться служить к границам или выполнять сложные задания военачальника, да и многое другое, только пожелай. Амин не сможет тебя оставить подле себя. А вот продолжить путь воина, но лишь наполовину — амин никогда не позволит, Александра. Ты должна решить для себя, что тебе важно — стать его сердечной подругой и прикрывать его спину, а ты сможешь, или же…
Повторять уже сказанное он не стал.
Потом вздохнул и завершил мысль:
— Я понимаю, не такого совета ты ждала, Алекс, но задай себе вопрос — чего ты сама хочешь? Не твои привычки, не наши традиции, а ты — твоя душа и сердце чего желают? Как только ты дашь сама себе ответ — твоя душа успокоится, а сердце станет лёгким. Всё просто, но при этом очень сложно.
* * *
— Александра-
Оружейный зал оказался очень крупным в плане, увенчан куполом наподобие пантеона, хотя это был цокольный этаж.
При входе установлено несколько дверей с короткими коридорами. Главная дверь, ведущая уже в сам зал, была закрыта дополнительной решёткой с гербом клана Рави.
И не было здесь никакой охраны.
Почему?
Этот вопрос и задала Мерту.
Он улыбнулся и снисходительно произнёс:
— Глупцом будет тот, кто решит силой войти в оружейную вождя. Здесь всё пронизано охранной и боевой магией, Алекс. Стоит пытаться начать взламывать оружейную — физической силой или магией — сработают все системы, и наступит страшная смерть тому глупцу.
— Оу, — протянула я. — И что, действительно никто даже не пытался?
— Оружейную ограбить? — хмыкнул Мерт. — Нет. Вот сокровищницу амина пытались. Было это ещё при отце нашего амина. На празднование по случаю окончания рассветных игр, проникли вместе с делегацией дружественных кланов воры и попытались вскрыть сокровищницу.
Я рассматривала потрясающую оружейную, которая больше напоминала музей с выставочными экспонатами. Только экспонатами было оружие — копья, булавы, мечи, арбалеты, стрелы, цепи, некоторые из представленных экземпляров я видела впервые. А ещё были доспехи, щиты, маски, кольчуги, боевое одеяние для коней, слонов, даже для драконов.
— И что? Ограбили? — спросила сенсея, разглядывая клинки.
Он рассмеялся.
— Воров скрутила охранная система — они увязли в ней и не смогли двигаться, пока вождь не снял заклинание. Но потом всё равно усилили охранное заклинание. Так что, это бессмысленно, Алекс и все наги об этом знают.
— Понятно… — пробормотала я. — Слушайте, но тут не так уж и много оружия, а воинов в клане не сосчитать. Или они разобрали всё самое лучшее, а это остатки?..
Мерт хмыкнул.
— Не так обстоит дело, Алекс.
— И как
