class="p1">Мун замялся, поклонился, но потом сказал:
— Мой амин, я так и сказал, но ваша райни настаивала и просила их немедленно принять… Ваша райни не посчиталась с вашей занятостью.
— Неужели? — разозлился я. Моя райни позволяет себе слишком много вольностей.
Мун заговорил вновь, привлекая внимание всех вождей:
— Если дословно, то ваша райни сказала: «Пусть примут немедленно, пока у меня есть настроение говорить с аминами о пробудившемся Семизубце. А если нет, то к чёрту всех! Достали».
От слов Муна о Семизубце у меня пробежал по спине неприятный холодок.
Меч не мог пробудиться для женщины!
Да как она посмела?
— Семизубец? — заинтересованно и удивлённо переспросил Амитабх Кханна Дхавал.
— Легендарный меч завоевателя непокорной Великой Пустыни — Измаила Аль Макта? — воскликнул Винод Хасан Мукул.
— Вождь Измаил Аль Макт покинул этот мир пять веков назад, погибнув от руки родного брата… — со знанием дела произнёс Нэйт Прем Риши.
Мы все знали эту историю, но Нэйт всё равно напомнил:
— Убрав с трона брата Измаила, властолюбивый Кассан не справился с дикой и необузданной Пустыней. Клан очень быстро распался, не в силах справиться с агрессией своей земли: наги и люди разбрелись по всему миру, оставив Кассана практически одного в пустом дворце. А меч Семизубец, который подарила Измаилу сама Пустыня, уснул, до прихода нового хозяина и хранится в каждом клане по сто лет. Уже пятьдесят лет он находится в твоём клане, Сандар. Находился…
Нэйт взглянул на меня со смесью гнева и спросил:
— Неужели это правда и твоя райни пробудила Семизубец?
— Сандар, если это так, ты понимаешь, что это значит? — прошипел разъярённый Санджит Чандр Шьям.
— Я прекрасно осведомлён о последствиях пробуждения Семизубца, — ответил спокойным и ровным тоном, хотя внутри всё кипело от негодования.
Моя райни за короткий срок нахождения на Хараппе принесла немало сюрпризов, которые рушат всю нашу устоявшуюся систему!
— Сомневаюсь, дорогой собрат, что ты до конца осознаёшь всю ситуацию, — улыбнулся снисходительно Амитабх.
— Может, мы не будем сейчас обсуждать то, что ещё неизвестно? — зло проронил Эррон Мор Хас, и величественно махнув моему слуге, приказал: — Немедленно приведи сюда женщину, раб!
— Не забывайся, Эррон, — предупредил морского владыку. — Ты в моём доме. Мун не раб. И не смей отдавать приказы моим слугам.
Эррон кивнул, принимая мои слова, и произнёс:
— Прости мою вольность, амин.
— Прощаю. На первый раз, — отчеканил каждое слово, обращаясь не только к морскому владыке, но и к остальным вождям.
— Ты можешь сколько угодно раз гневаться, Сандар, но факт остаётся фактом — очень странная ситуация, что в твоём клане в момент возможного раскола возникла такая необычная райни с древней кровью. Воительница. Йодха. Да ещё возможно пробудила Семизубец, а значит, она станет ВЛАДЫЧЕЦЕЙ ПУСТЫНИ! Женщина! Но она твоя райни! А значит, её сила — твоя сила! Не находите, собратья мои, что все эти совпадения очень странные! — в голосе Санджита слышалось больше сомнения, чем самоуверенности.
— Суровость этого замечания, Санджит, свидетельствует о том, что ты боишься, — произнёс я спокойно, но моя сила готова была вырваться наружу и заткнуть рот этому вечно недоверчивому нагу!
— Беспочвенные утверждения, Санджит, — сказал Нэйт. — Сандар — честный вождь и мы все об этом знаем. И советую не забывать. Даже при условии его необычной женщины, напомню, что Александра ещё не стала райни Сандара. Она лишь номинально так зовётся. Хотя её запах на тебе, Сандар и я искренне удивлён, что ты не провёл ритуал. Но это твоё дело, не наше.
Кивнул благодарно Нэйту за разъяснения.
— И, кстати, ещё кое-что напомню — Измаил ведь был носителем древней крови, а Александра, как оказалось, тоже. Не потому ли она пробудила меч Измаила? Ведь каждый из нас пробовал взять его и вытащить из сна, и каждый ощутил на себе его недовольство, когда рукоять пронзила лезвиями ладонь. А ведь все мы сильные наги и каждый стал бы достойным земель, что так долго находятся сами по себе. Так что, хватит препирательств. Сандар?
— Мун, приведи Александру. Мерт пусть останется за дверью, — распорядился я.
Мой слуга низко поклонился и спиной попятился к выходу.
Стража открыла ему двери, и слуга выскользнул наружу.
* * *
— Александра-
В зал советов впустили только меня. Сенсей, впрочем, не удивился и послушно остался за запертыми дверьми.
Бесшумно прошла в полнейшей напряжённой тишине и замерла аккурат в полуметре от круглого стола, где восседали бравые воины, они же вожди различных кланов.
Небрежно сбросила на пол груду тяжёлых доспехов и придавила их щитом.
Лишь меч в ножнах так и остался пристёгнутым к моему поясу.
Выдохнула, ощущая, наконец, лёгкость в руках и плечах, и обвела взглядом ну ооочень сердитых мужчин. Хотя нет, вон тот белобрысый мне улыбается. А Сандар, кажется, готов меня прямо тут прикопать и фиалки на моей могилке высадить.
Но вот тот чёрный, который, то ли на гадюку, то ли на чёрную мамбу похож, смотрит на меня с лютой ненавистью. Вот этот точно прямо тут меня бы прирезал и не поморщился. И когда это я умудрилась ему хвост оттоптать?
Странно, а где военачальник? Почему Масуда на совет не пригласили?
Но озвучивать свой вопрос не стала. Потом поинтересуюсь у амина. А может, и нет.
Вожди оглядели меня с ног до головы и красноволосый, слуга которого пытался меня маленько придушить, высказал своё неудовольствие по поводу моего внешнего вида:
— Женщина обязана представать перед мужчинами в достойном виде. Почему же ты явилась на совет неподобающе, оскорбляя, тем самым, наш взор!
Вздёрнула брови и наклонила голову, разглядывая свой тренировочный костюм, кое-где выпачканный в моей крови, но в основном он был в пыли от песка. Просто времени на мытьё и переодевание ушло бы немеренно, а мне срочно нужно было поговорить с властьимущими.
Но вообще, по одежде всё чин по чину — закрыто с ног до головы. Правда, ткань облегает, как вторая кожа, подчёркивая каждый изгиб тела и каждую форму, но тут уже ничего не поделать — я такая, какая есть, и стесняться себя не собираюсь.
Посмотрела на мужчин, ожидающих моего ответа, пожала плечами и заявила:
— Если я кого-то оскорбляю своим внешним видом, то советую на меня просто не смотреть. Насчёт вас, уважаемый — что меня не убивает, разочаровывает меня.
Красноволосый побагровел. Ага, а нечего было отдавать приказ убивать меня, а теперь ещё и замечания делать. Я ведь тоже зубастая. И, между прочим, жизнь спасла — не позволила Сандару красного головы лишить. Видимо, зря. Как говорила
