— Что просто? — нетерпеливо переспросил Ринар.
— На сообщения перестали отвечать, и я подумала… Я хочу понять, что случилось! — Нэй вдруг вскочила с места и заходила по комнате; примятое крыло её изредка подёргивалось. — Да что ты можешь знать об этом?! Про то, как жить в осином гнезде, боясь выдать себя даже во сне. Не знать, как там твоя семья и друзья… Не знать, действительно ли ты приносишь пользу или про тебя просто все забыли! Да я думать ни о чём больше не могла, когда добралась до портала. Понимаешь?
Ринар только скривился на подобную отповедь:
— Куда уж мне…
— И теперь, когда я наконец нашла способ… Ты! Ты всё испортила, — не обратив никакого внимания на него, продолжала Нэй. — Организация точно должна была меня найти. Быть такого не может, что они так просто проигнорируют это!
— Что ж, вперёд, — Ринар пожал плечами.
— Что?
— Вперёд, говорю. Ты свободна, — губы растянулись в кривой усмешке. — Прости уж, что спасли твою неблагодарную задницу. Под завалами Организация уж точно бы нашла твоё тело… и определила в лабораторию, на опыты.
— Не говори так, будто всё знаешь, — с вызовом вскинулась Нэй.
— Я? — Ринар поджал губы. — Я прекрасно знаю этих людей. Доводилось работать, знаешь ли. И если никакого чудесного озарения на них не снизошло… Кроме, конечно, сумасбродного договора с Льётхеймом. То никто тебя и слушать не стал бы, — он откинулся на спинку, пытаясь подавить вспыхнувшее раздражение. — Никому не нужны бесполезные шестерёнки, которые самовольно покинули своё место.
Нэй вспыхнула:
— Я не… не… Да как ты?!
— Ты ведь сама сказала, что приказов больше не было. Значит, ты самовольно покинула Дом Ветров и вернулась в Рагнгерд, — кивнул Ринар своим мыслям. — Потом намеренно попалась на глаза стражам, чтобы выйти на Организацию. Наверняка, выболтала кучу секретных сведений, пока пыталась до них достучаться…
Подметив, как Нэй смущённо уставилась в пол, он не сдержал улыбки. Всё было слишком предсказуемо.
— Вот видишь. Ты сама это понимаешь, — Ринар повернул голову в сторону Риты: та быстро шинковала какие-то овощи на деревянной доске и чуть слышно напевала. — И раз уж не Лиада тебя послала, то меня больше ничего не интересует. А нет! Всего одно, — он бросил быстрый взгляд на фею, — как ты попала в Дом Ветров, Нэй?
Казалось, даже Рита притихла и не так усердно гремела всем, что под руку попадалось. Воцарившееся молчание можно было ножом резать.
— Это… не моё тело, — наконец, едва слышно выдала Нэй, опуская голову так низко, как только могла. — И я… не настоящая.
Ринар открыл было рот, чтобы уточнить странную фразу, но звуки застыли в горле. Он вдруг всё понял.
— Душа моя… Что ты такое говоришь? — прошептал Леон, который выглядел совершенно сбитым с толку, словно мироустройство рушилось у него на глазах.
— Проект копии запустили? — вырвалось у Ринара помимо его воли. — Вот же психи.
Нэй вздрогнула и подняла на него ошарашенный взгляд. Демон едва сдержал смех. Да, про засекреченные проекты Организации знать вообще-то не полагалось даже нейтральным народам. Однако сеть осведомителей Стража Льётхейма работала на ура, преподнося, порой, крайне приятные сюрпризы.
— Так значит, ты всё-таки копия… Занятно.
Леон переводил непонимающий взгляд с одного на другую, но вслух задавать какие-либо вопросы не решался.
— И ты не знаешь, что с твоим оригиналом?
Нэй помотала головой.
— Первый год куклы возвращались обратно. Говорили, что всё в порядке, — она шмыгнула носом. — А потом… перестали.
Проект копий здорово подтолкнул Ринара в его собственных исследованиях, но даже для него тот оказался слишком жесток. Сознание дублировалось ритуалами и помещалось во временное тело. Маленькое, незаметное, способное подобраться к цели и перекинуть копию в неё. А дальше происходил захват души, борьба двух разумов: кто побеждал в ней, тот и получал тело. Вместе со всеми воспоминаниями соперника. Правда, на том этапе, когда Ринар узнал о проекте, в последнем и состояла вся загвоздка. Очень уж опасно было награждать потенциального врага знаниями шпиона.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Для самого же Ринара проблема была в ином. Ему казалось невозможным подарить беззаботную жизнь не себе, а всего лишь какой-то копии. Разум настойчиво отвергал саму мысль об этом. Ведь продолжать существовать будет уже не он. Истинный Риннаэрхель развеется в междумирье ровно в тот момент, когда собственноручно убьёт Короля.
— Довольно смело было согласиться на подобное, — он пробарабанил пальцами по подлокотнику и добавил в полголоса: — Я не решился.
— И слава Богам! — рассмеялась Рита, которая, как и ожидалось, слышала каждое слово, несмотря на устроенное представление с готовкой. — Тебя-то и одного для всех миров многовато бывает. А тут… копии.
Ринар беззлобно цыкнул, но, стоило ей подойти, улыбнулся и мягко коснулся руки.
— Да ладно, ты ведь скучала по мне!
Рита уколола его взглядом, но тут же отвернулась, пытаясь скрыть смущение.
— Есть идите, — отрезала она. — Раз уж решили все свои… разногласия. Только руки сперва вымыть!
Компания, собравшаяся за одним столом спустя несколько минут, выглядела бы диковато даже за пределами человеческого мира: чистокровный альв, фея со смятыми крыльями и полуникса в деловом костюме. Ринара, правда, такие условности мало интересовали. Первым расправившись со своей порцией пшеничной лапши и овощей, он, подперев рукой голову, самым натуральным образом засыпал. В достаточной мере оттаявшая к этому моменту Рита кидала на него смеющиеся взгляды и фыркала, когда он слишком медленно начинал моргать.
— Если ты заснёшь, не поведав мне о своей героически подстроенной смерти, я укушу тебя, — предупредила она. — Снова.
— Куда хочешь, милая, — тут же отозвался Ринар. — Только не буди.
От серьёзного ответа его спас Леон, рассыпавшийся который раз в благодарностях Рите. Кажется, за те неполные пару часов, что они были знакомы, никса перестала казаться ему излишне подозрительной. Альв даже после всех мытарств в первую очередь продолжал верить в добро, что для Ринара было почти дикостью. Нэй же, напротив, сидела притихшая. Вяло ковырялась в лапше, то и дело бросая настороженные взгляды на друзей. Видно, откровения дались ей вовсе не так легко.
Рита глубоко вздохнула. Ринар с завидной регулярностью уплывал в полудрёму, а потому внятного рассказа от него добиваться сейчас не имело смысла. И как бы ни хотелось ей наконец вытрясти из него всю правду, сердце отчего-то сжималось сочувствием. Благо, как она успела отметить, срочная медицинская помощь никому из троицы не требовалась. Хотя, возможно, стоило всё-таки позвонить с утра знакомому доктору.
Умел же Ринар набирать себе команду! Рита покосилась на беседующих альва и фею. Интерес к тому, что же связывало этих троих, ещё больше подогревал желание растормошить главного виновника всего творящегося безумия. Как бы тот ни отпирался, Рита поняла, что компанию придётся принимать у себя дома, только услышав столь редкое обращение «друзья» от Ринара. Неосознанное. Вырвавшееся случайно.
Она чуть улыбнулась краешками губ. Разум всё ещё не верил в происходящее. Это так похоже было на сны, которые терзали её почти постоянно в первые годы после горькой новости. Те, в которых она истерически пыталась спасти угасшую уже жизнь. В них Рита уговаривала, молила и даже угрозами старалась заставить Ринара остаться с ней, не вступать в роковую для него битву. Не защищать Короля, а спасаться самому.
Но всё было тщетно.
На утро она вновь просыпалась в отвратительно реальном мире, и осознание правды накатывало многометровой волной, погребая её в толще отчаяния. Раз за разом. День за днём.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Поэтому сегодняшней ночью Рита дала себе обещание не спать. Ведь если не смыкать глаза, то и сладкий сон останется с ней подольше. Сон, в котором Ринар всё-таки задремал прямо на столе, приоткрыв рот. Сон, в котором он больше не уйдёт.
