спросил Макдональд.
— Я им и занимаюсь. Бросьте, сержант. Думаете, меня волнует наш итальянский приятель? Можете обвинить его в игре в блошки на главной улице, мне глубоко наплевать. Я просто подбросил его вам, намекнув при этом, что вы сами ведете грязную игру, чтобы посмотреть, как вы отреагируете. Отмести последние сомнения. Вы реагировали отменно.
— Я, может быть, не большого ума, мистер Петерсен,— сказал он с достоинством.— Но и не полный идиот. Я думал, что вы один из них или такой же, как они.— Он выждал паузу.— Это не так. Вы правительственный агент.
— Я гражданский служащий.— Повернувшись в сторону «Файеркреста», пришвартованного ярдах в двадцати, я сказал: — Вам лучше побеседовать с моим начальником.
— Я не подчиняюсь гражданским лицам.
— Ваше дело,— произнес я безразличным тоном и отвернулся в сторону.— Подумали бы о сыновьях, сержант Макдональд. Двух близнецах шестнадцати лет, которые погибли в Кайрнгормсе не так давно, как мне сказали.
— При чем здесь мои сыновья? — он говорил еле слышно.
— Не хотелось бы мне, чтобы они узнали, как их отец пальцем о палец не ударил, чтобы вернуть их к жизни.
Он замер в темноте, не шелохнувшись, не произнося ни слова. Когда я взял его под руку и повел в сторону «Файеркреста», он и не думал оказывать сопротивление.
Дядюшка Артур принял свой самый устрашающий вид, а надо сказать, что это зрелище не для слабонервных. Он не сделал попытки подняться, когда я ввел Макдональда в салон, и не предложил ему сесть. Леденящий душу взгляд василиска, усиленный и сфокусированный блестящим моноклем, буравил несчастного сержанта словно лазерный луч. -
— Поскользнулись на ровном месте, сержант? — дядюшка Артур обошелся без преамбулы. Он говорил своим бесцветным, невыразительным голосом, от которого шевелились волосы на затылке.— То, что вы находитесь здесь, подтверждает это. Мистер Калверт сошел на берег с преступником, прихватив для вас солидную приманку. И вы схватились за нее обеими руками. Неумно поступаете, сержант. Не надо было пытаться сразу же связаться со своими друзьями.
— Они не мои друзья, сэр,— кисло заметил Макдональд.
— Я собираюсь рассказать вам то, что вам можно знать о нашей с Калвертом (Петерсен — это псевдоним) миссии.— Дядюшка Артур пропустил его слова мимо ушей.— Если вы когда-нибудь расскажете кому угодно хотя бы часть того, что сейчас услышите, то лишитесь должности, пенсии и надежды устроиться на какую-либо работу в Британии впредь, не говоря о нескольких годах тюрьмы за разглашение государственной тайны. Я лично прослежу за формулировкой обвинения.— Он помолчал и не обошелся без очевидных излишеств: — Я понятно говорю?
— Все понятно,— мрачно ответил Макдональд.
Дядюшка Артур сказал ему то, что тот должен был знать, по его мнению, то есть совсем немного, и закончил фразой:
— Я уверен, что теперь мы можем надеяться на вашу безоговорочную поддержку, сержант.
— Как это Калверт догадался, что я с ними заодно?— тоскливо спросил он.
— Боже ты мой! — воскликнул я.— Вы знали, что эти люди не были таможенниками. Вы знали, что у них не было с собой копировального устройства. Вы знали, что они прибыли только для того, чтобы разбить наш передатчик и выяснить, нет ли у нас другого. Вы знали, что на этом катере до большой земли им не добраться — погода была неподходящей. Катер был с «Шангри-ла», поэтому вы и не зажигали огней. После вашего отхода ни один катер не покинул гавань. Мы бы его услышали. Единственные признаки жизни в гавани, которые мы обнаружили после вашего отхода, это когда в рулевой рубке «Шангри-ла» зажгли свет. Чтобы разбить свой собственный передатчик. Вернее, один из них. А откуда вам стало известно, что телефонная линия была повреждена в проливе? Вы знали о повреждении, но почему именно в проливе? Потому что вы знали, где ее повредили. Затем, вчера вечером, когда я спросил вас, можно ли надеяться на то, что связь восстановится, вы сказали: нет. Странно. Вы должны были бы просить таможенников, возвращающихся на Большую землю, сразу же связаться с телефонной службой. И, наконец, ваши сыновья, сержант. Мальчики, которые считаются погибшими. Вы забыли закрыть их счета в банке. Потому что вы знаете: они живы.
— О счетах я забыл,— медленно произнес Макдональд.— Да и все остальное упустил потому, что я к таким вещам не привык.— Он посмотрел на дядюшку Артура.— Я понимаю, что для меня это конец пути. Но они сказали, что убьют моих сыновей, сэр.
— Если вы гарантируете нам полное содействие,— отчетливо сказал дядюшка Артур,— я лично прослежу за тем, чтобы место сержанта полиции Торбея осталось за вами до самой пенсии. Кто «они»?
— Я встречался только с человеком по имени капитан Имри и двумя таможенниками — Дюрраном и Томасом. Настоящая фамилия Дюррана — Куинн. Остальных имен не знаю. Обычно мы встречались у меня дома, поздно вечером. На «Шангри-ла» был всего два раза, чтобы увидеться с Имри.
— А сэр Энтони Скурас?
— Не знаю.— Макдональд беспомощно пожал плечами.— Он хороший человек, сэр. Правда. Или мне так казалось. Может быть, он в этом тоже замешан. С любым может случиться. Но это было бы очень странно, сэр.
— Согласен. А какова была ваша роль?
— В этих местах в последнее время происходили странные вещи. Корабли исчезали. Люди исчезали. У рыбаков в гавани рвали сети и у яхт таинственно повреждались двигатели, тоже в гавани. Все это происходило тогда, когда капитан Имри не хотел, чтобы та или другая лодка оказывалась в неурочном месте в неурочное время.
— А вы должны были прилежно вести расследование, которое не давало результатов,— кивнул дядюшка Артур.— Вы для них бесценный подарок, сержант. Человек с вашей репутацией и вашим характером выше всяких подозрений. Скажите, сержант, что им надо?
— Клянусь Богом, сэр, не знаю.
— И не догадываетесь?
— Нет, сэр.
— Я в этом не сомневался. Так действуют настоящие профессионалы. И вы не представляете себе, где могут быть ваши мальчики?
— Нет, сэр.
— Откуда вам известно, что они живы?
— Три недели назад меня привезли на «Шангри- ла». Там же оказались мои сыновья. Они были живы-здоровы.
— И вы настолько наивны, чтобы полагать, что когда все это кончится, ваши сыновья останутся в живых и будут вам возвращены? Несмотря на то, что ваши мальчики наверняка запомнят своих похитителей и смогут
