— Благодарю вас, госпожа Элизабетта, — кивнул Астальдо. — И я слышал, что вы приложили руку к моему восстановлению.
— Ой, ерунда, это вообще не пойми как получилось.
— Если вы маг, госпожа Элизабетта, у вас не должно получаться «не пойми как», — назидательно произнёс Астальдо. — Вы вообще собираетесь учиться использованию своего дара?
— Непременно, господин Астальдо, — кивнула она. — Что-то мне уже объяснил господин Вителлио, а что-то — господин Карло. И я обязательно продолжу.
— Это похвально, — кивнул он. — И спасибо вам. Просто спасибо, за всё.
Она улыбнулась — радостно и светло. И стала ещё красивее. Нет, Фалько можно понять.
В этот момент двери распахнулись и вошли те, кого, видимо, недоставало. Морской Сокол собственной персоной и с ним — Габриэле Перуччи, его с самой юности друг-приятель, и… Раньеро. А этого-то зачем притащили? И что, он думает, все эти люди должны слышать и видеть то, о чём сейчас пойдёт речь? Астальдо пристально глянул на приятеля, Фалько подошёл.
— Приветствую и рад видеть тебя здесь. Я подумал, что здесь, на практически ничьей территории, этот разговор провести правильнее и проще.
— Почему же на ничьей? На твоей, — усмехнулся Астальдо.
— Пока ещё нет, — усмехнулся Фалько в ответ. — Я просто занял это здание… скажем, по старой памяти и по праву сильного. Отсюда было достаточно удобно командовать рейдами в городе.
— Понимаю, — кивнул Астальдо. — Мы ещё кого-то ждём?
— Нет, начинаем.
Фалько пригласил всех сесть, сам пододвинул стул для чужеземки, а мальчишки усадили куда-то Аттилию.
— Друзья, — начал Фалько, — мы с госпожой Элизабеттой решили, что история, которая сейчас здесь будет рассказана, должна быть известна вам всем. Точнее, она это предложила, а я согласился. История эта абсолютно невероятна, и если бы я сам в ней не участвовал, то отмахнулся бы от рассказа на первых же словах. Однако, жизнь сложнее всего, что человек может придумать.
Все вы слышали, что Астальдо из Ордена Сияния совершал некое паломничество, цель которого, однако, нигде не называлась. Вы удивитесь или даже посмеётесь, когда услышите, что истинной целью наших поисков были фрагменты Великого Скипетра.
И впрямь, заявление было встречено шумом и недоверчивыми возгласами. Фалько подождал немного, а потом взял большое пустое блюдо, как специально стоящее на столе, и пододвинул его к чужеземке, и сказал:
— Показывайте, госпожа моя.
Чужеземка вздохнула, взялась за шнурок на шее и вытянула наружу тот самый кожаный мешочек, который Фалько дал ей в Палюде. И вытащила на блюдо три маленьких золотых предмета. Астальдо так и впился в них взглядом, она увидела и пододвинула блюдо ближе к нему.
— Я напоминаю всем, что держать в руках этот предмет без боязни утратить его на веки вечные может только Избранная — и это госпожа Элизабетта, — Фалько внимательно осмотрел всех, сидящих за столом — от Магистра Маринаро до брата Джанфранко.
Блюдо сделало полный круг по столу и вернулось к чужеземке. У мальчишек прямо глаза горели — надо же, в чём они, оказывается, участвовали!
А Фалько говорил дальше.
— Для того, чтобы лучше себе представить процесс поисков, я сейчас попрошу Астальдо рассказать о подготовке. О том, откуда берутся Избранные, о том, для чего они нужны и как работает их кровь, о том, как они у нас оказываются, и почему больше ни одного Избранного мы не увидим.
Что ж, пришлось говорить. И Астальдо это было даже приятно — рассказать о результатах своей долгой работы, которая увенчалась успехом. Они сделали это. Он все рассчитал и подготовил, чужеземка собрала части артефакта, а без Фалько они бы просто далеко не уехали. Конечно, рассказывать об идиотском поступке Амброджо не хотелось, все равно что сам такую глупость вытворил, но глупость изначально была в том, что Астальдо на Амброджо рассчитывал.
Дальше Фалько рассказывал о самом путешествии. О дороге в Палюду говорить было особо нечего, а вот о посещении часовни госпожи Лукреции — да. Тут и чужеземка свои три слова вставила — о том, как было страшно и красиво внутри, как не действовала никакая магия, и как ей в руку опустился артефакт. Уж что, а рассказывать она мастерица.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
О дороге в Кайну рассказывал Фалько — кто нападал, сколько их было, как засыпало дорогу обвалом и как они все оказались на сторожевом посту Раньеро. И пригласил Раньеро продолжать.
Раньеро выглядел весьма изумлённым — он-то и не подозревал, что в его, как он говорит, городе хранилась часть Великого Скипетра!
— Вот эта, — улыбнулась чужеземка и показала кончиком пальца на миниатюрный предмет.
Рассказ Раньеро был главным образом о том, как их нашли, препроводили в город и его дом, и каков был эффект от обнаружения артефакта утром Перелома года. Подхватила чужеземка — рассказала, как они осматривали статую в беседке Катарины Дориа.
И далее уже Фалько рассказывал про путь из Кайны, ночной бой и всё, что случилось после. До момента их возвращения в Фаро. А потом снова посмотрел на Астальдо.
Астальдо честно сообщил о возвращении, о разговоре с Магистром, о том, как отправились утром в подземелья. Подхватила Элизабетта — рассказала о том, как они попали в подземное святилище и что там увидели. Очень поэтично рассказала. И осталось только упомянуть, как своды пещеры рухнули и погребли бы его. Если бы не Фалько и не чужеземка.
А дальше снова говорил Фалько, и уже о последующих событиях. О том, как они пошли спасать Аттилию и пропустили похищение чужеземки. О лаборатории Пьетро Фаро и его смерти. И о том, что было после.
— И теперь, мне кажется, настал час увидеть этот загадочный предмет собранным, — Фалько посмотрел на чужеземку.
Та неуверенно улыбнулась, а потом весьма ловко присоединила к одной части вторую, а затем и третью. Все изумились, а она снова улыбнулась.
— Я же музейщик… была, вечно работала со всякой суперценной фигнёй, — изрекла она нечто в своём неповторимом стиле и ойкнула, потому что артефакт начал прямо у неё в руках увеличиваться в размерах.
В точности, как это было описано в Большой Книге.
Он рос, рос… и стал размером ей от кончиков пальцев до локтя. Навершие украшал большой огранённый рубин, ствол был усыпан сапфирами и изумрудами, а в основании переплетались между собой золотые щупальца.
— Предмет из жёлтого металла, предположительно — золота, но без ювелирной экспертизы утверждать невозможно. В верхней части укреплён камень красного цвета, круглой формы, имеет грани. Диаметр — около двух сантиметров. Далее предмет представляет собой стилизованную ветку дерева, украшенную огранёнными камнями синего и зелёного цвета. В нижней части ветка разделяется на четыре щупальца, которые переплетаются между собой. Общая длина предмета — около полуметра, — негромко говорила чужеземка, как заклинание какое читала.
А все, сидящие за столом, затихли и только что не с открытыми ртами рассматривали получившееся сокровище.
— Ваша милость, и как вы им распорядитесь? — спросил Карло Рецци. — Легенда гласит, что Избранный должен вручить Скипетр достойному.
— Да я так-то уже распорядилась, — сообщила чужеземка, — только он сказал, что всё равно нужно вот это вот.
— Но мы-то об этом ничего не знаем, прекрасная госпожа Элизабетта, — усмехнулся Раньеро.
— Я должна сказать или сделать что-то особенное? — она оглядела всех, сидящих за столом.
— Вы должны внятно и бесспорно выразить свою волю, — кивнул ей Карло.
Чужеземка вздохнула.
— О неведомый предмет, прямо скажем — неведомая волшебная фигня! Ради тебя меня лишили привычного дома и устроенной жизни, и семьи лишили тоже. И я, честно говоря, не верила в твоё существование. Но ты был упорен, наверное — очень хотел уже наконец очутиться в мире людей. И ты не жадный — потому что дал мне здесь близких и как бы не новый дом. Я не держу на тебя зла и передаю тебя в руки того, кто сможет с тобой управляться, а это сидящий здесь Фалько Морской Сокол, он же Танкредо Велассио, он же Марканджело Фаро. Пусть он тебя заберёт и дальше распоряжается твоей судьбой по своему усмотрению, он сможет, я в него верю, — и передала сокровище сидящему рядом Фалько.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
