Читаем без скачивания Марсианин - Александр Богатырёв

— У нас ещё и устное, так сказать, творчество процветает — фантазируют насчёт всяких там «летающих тарелочек» и «зелёных человечков».

— На американский манер, как понимаю.

— Ну да… А у вас чем, например, вот так маются?

— Ну… много чем. Одни мистификации делают… Правда редко. Другие, что похитрее, пытаются разгадать загадки, например, нашей Первой Марсианской Экспедиции.

— А что, там чего-то сокрыто было много?

— А фиг его знает! Потому и фантазируют напропалую. Американцы, например, на эту тему уже несколько фильмов сняли.

— И какого характера?

— Да так, на мой вкус — сказочка для дебилов. Но той публике нравится. Нашим, кстати, тоже — абы поржать над чем было. Вот они и ржут с амерских кретинизмов.

— Занимаемся ведь всякой фигнёй!

— …В свободное от работы время! — шутливо воздев к небесам палец заметил второй — представляешь, что будет, когда все эти гостайны прекратят своё существование?

— Думаешь нам мозги занять другими загадками нельзя будет? — усмехнулся первый — думаешь, когда коммунизм построим скучно жить будет?

— Эт-то навряд-ли, — согласился второй на чисто риторический вопрос, — без этих наших загадок марсианских эпопей проблем хватает. В истории, например… ну и не в последнюю очередь наши родные загадки Великой Матушки Природы!

— Кста-ати! Хорошая проблема!

— Какая?!

— Когда мы наконец-то, коммунизм построим?

— Ага! Амеры говорят что «никогда».

— Это им так хочется! Мы то ведь знаем, что построим.

— Почти построили.

— Ну уж это ты загну-ул.

— Нет.

— Так вот это мы и обсудим!

Земля-2. Владимир

Тактические расклады в городе были весьма тяжелы. То, что узнал за последнее время Владимир о теневой стороне мира, в котором они оказались только прибавило печали.

В сущности, то, что он видел, было очевидным (для него и его друзей) следствием тех процессов, что были запущены на просторах «триколорной» россиянии её же элитой. Суть этих процессов — в морально-этической плоскости — весьма сильно определяла всё, происходящее в стране и в обществе. А так как Владимир напрямую контактировал с теневой стороной — это весьма сильно его заботило.

У каждого общества есть своя теневая и светлая стороны, находящиеся в постоянной борьбе. То общество, которое научилось достаточно эффективно задавливать свою теневую сторону и поддерживать светлую — развивается и совершенствуется. В этом же обществе, в которое их занёс весьма несчастливый случай, светлая сторона была прибита ПРЕДНАМЕРЕННО. Конечно, в виде «остатков совковой культуры», как мощный пласт чисто народной культуры эта самая светлая сторона, с её идеалами сохранилась. Хоть и в сильно задавленном, презираемом, поносимом средствами массовой информации виде, но сохранилось.

Тем не менее, осмеяние Идеалов, принижение и обессмысливание их, вообще Идеального как сугубо светлой стороны общества шло полным ходом.

Последствия же эти каждодневно наблюдал Владимир, выходя на улицу. Если светлое в обществе — Идеалы — задавливается, разрушается, то получает мощную подпитку и вылезает на первый план сторона тёмная. Как зримое физическое воплощение этой тёмной стороны и общества и культуры выступает здесь преступный мир. Как сразу же убедился Владимир, практически все поры жизни общества, вся «властная вертикаль» которую так истово укреплял местный президент Путин, были насквозь пронизаны чисто мафиозными связями, интересами и структурами. Таким образом, преследуя с виду благую цель, этот недалёкий человек укреплял и возвышал Зло.

Впрочем, возможно, Путин не был этим самым недалёким человеком. Но тогда получалось, что он сам является плоть от плоти тем самым Злом, с которым он по своему статусу просто обязан был бороться.

Все эти обстоятельства весьма хорошо Владимиром осознавались и так как на первом месте стояла задача выживания группы, то приходилось использовать все эти мерзкие для любого нормального человека «связи» и структуры.

Поговорка «с волками жить — по-волчьи выть» в этом обществе, приобретала новый и зловещий смысл. Ведь не секрет, что человек ВОШЕДШИЙ в эти структуры и живущий по их звериным законам рано или поздно заражается тем самым звериным законом и начинает весь мир видеть уже звериными глазами. А тут ещё со стороны власть предержащих, присутствовал процесс целенаправленного обессмысливания, размывания и разрушения Идеального вообще. Была реальная опасность потерять себя. И потерять безвозвратно.

Эту ситуацию Владимир переживал весьма болезненно и то, что он знал мир гораздо более совершенный, мало что для него меняло. Разве что эта духовная связь со своим миром, служила хоть каким-никаким но предохранителем от оскотинивания, защитой от оскотинивающего давления со стороны среды с которой он контактировал.

А для того, чтобы сделать Дело, приходилось «нырять» в «тень» и очень глубоко. Проникая в «тень» приходилось же и подстраиваться, чтобы те, кто с тобой имеют дело, ни дай боже не заподозрили, что имеют дело с человеком совершенно не их круга, морали, культуры и интеллекта.

Каждый, даже мимолётный контакт с этой средой ощутимо пачкал душу. Паспорта сделать для группы — уже пришлось выходить как раз на тех самых «братков». А через «братков» на насквозь продажную бюрократическую систему местного государства.

Чиновничество здесь было настолько продажно и мерзко, что уже через пять минут общения с ними хотелось тщательно помыть руки. «Братки» по сравнению со многими «экземплярами», что ему встречались в чиновничестве, смотрелись чуть ли не образцом добродетели и человеческого достоинства.

И действительно: у «братков» был «воровской закон» который они как-то, но соблюдали. Для этой же прямоходящей мрази за закон, совесть и мораль были деньги и только деньги. Заплати им соответствующую сумму, и они хоть мать родную в рабство продадут.

Владимир поначалу, был весьма рад, что наконец-то «разобрался» со всеми этими мерзавцами, сделал паспорта (кажется достаточно чистые и надёжные) и теперь не нужно ему с ними общаться. Но оказалось, что он попал «из огня да в полымя».

Конфликт между группировками, порождённый убийством на даче местного авторитета, зревший всё это время, вырвался таки наружу и Владимир неожиданно оказался чуть ли не в самом центре этих разборок.

То, что он привык за время сидения на Марсе к самостоятельности, к автономному существованию, чуть не сыграло с ним злую шутку. Да, он вывернулся из весьма скверного положения, но вместе с тем, чуть не подставил и сестру и всю группу.

Избежать серьёзных последствий этой ошибки удалось лишь лихорадочной деятельностью.

Да, избежал. Да вывернулся из этого же. Но…

Это лишь отодвинуло проблему на будущее. Он уже «зарисовался» в соответствующих кругах и от него уже так просто не отстанут. Также не отстанут и от его окружения.

Это означало, что надо было весьма спешно искать возможности удрать из этого мира ДО того, как вся эта бандитская, и не только, рать, осознает, что её кто-то очень ловко «развёл».

И тем более ДО того как они поймут и КТО их «развёл».

Бои местного значения

Скоро представилась не просто возможность, а необходимость открыто и прямо выступить против того самого Зла, что пронизывала всё здешнее общество.

Хоть и было общество города похоже на огромно застывшее болото, но сама ситуация в городе тем не менее очень сильно осложнилась. Владимиру и так было забот весьма много с разборками местных мафиози, а тут ещё и АКМовцы со своими проблемами.

АКМовцы пришли как обычно вдвоём — Георгий и Степан.

— У нас тут проблема — жуть! — тут же без предисловий начал Степан, — помащь требуется.

Владимир и Михаил переглянулись но ничего не сказали ожидая продолжения. Продолжил однако, Георгий.

— Ситуация такая: у одного мужика из местных, на пацана «наехали» какие-то «чёрные». За пацана вступились те, кто знал его. Причём вступились взрослые.

— Каков характер «наезда»? Что хотели и кто виноват в том, что «наехали»?

— Мы опросили людей, оказалось, что виноваты кавказцы. Просто пацана задрали, и прицепились за просто так. Чтобы кому-то морду набить. По пьяни цеплялись.

— Точно по пьяни и запростотак? А то вдруг окажется, что сам пострадавший виноват был.

— Не! Проверено.

— Кем?

— Сам проверял. Да ты Владимир не переживай. Я тут всех знаю. И ту семью тоже знаю. Нормальные они. А вот блатные с Кавказа — эти новые и хотят здесь свои порядки навести. Вот и цепляются ко всем.

— А ну-ка, поподробнее пожалста. Как наводят эти «свои порядки» и для чего.