он очищался от всей шелухи, чем больше обретал самого себя, эти чувства не тускнели, а наоборот, как драгоценные камни все ярче сияли в его душе, раня душу и сердце своими острыми гранями. Они не были наносными, поверхностными, нити, связавшие их, прошившие их души все так же были крепки, и все так же не отпускали его.
Дим постоянно представлял ее рядом с собой. Как было бы, если она была с ним. Как они жили в своем доме, каждый день рядом, каждую ночь вместе. Как она восприняла бы эту жизнь? Смогла бы быть счастлива в этом закрытом мирке? Может, выращивала бы свои лилии, о чем она всегда мечтала, а может, возилась с малышами, а может занималась целительством и обучала других.
А может, ей здесь стало бы тесно, и она захотела бы другой жизни? Он бы и это смог ей дать. Все чего бы она захотела. Если бы только она верила в него. Если бы только не вычеркнула из своей жизни. Если бы только не отказалась.
Если бы… если бы… если бы…
Как он хотел, чтобы она была с ним!
Димостэнис почувствовал, как его переполняет энергия. Тяжелая, злая, он не мог с ней совладать. Она скрутила и полностью подчинила себе. Такое уже бывало раньше. Когда еще совсем свежи были раны, когда он только учился себя контролировать.
Вокруг него уже начал заворачиваться серебристый смерч. Нельзя дать ему волю. Иначе быть большой беде. Он собрал самого себя, свою волю, силу в кулак. В один большой ком. Смерч взметнулся вверх, освещая верхушки деревьев, уходя далеко в небо.
Дим почувствовал себя обессиленным и совсем пустым, зато стало легче. Он опустился на траву, чувствуя спокойную надежную энергетику земли. Лег, приходя в себя.
Он не сможет выкинуть воспоминания о ней из своей головы, избавиться от нее. Значит, все же надо просто смириться.
Глава 22
В этот раз ехали в крупный город. Поездка должна стать завершающей перед поводнем. Дальше, если что и надо будет, то по мелочам, и можно будет уже поехать одному и приобрести необходимое в приграничных поселках.
Дим доверил Бренне контролировать весь процесс. За те вылазки, которые они совершили вместе с ней за последнее время, она очень преуспела в купеческом деле и обзавелась деловой хваткой и нужными навыками. В этот раз она сама отбирала людей, раздавала задачи, составляла список первоочередных товаров, которые им будут нужны, чтобы пережить миноры дождей.
Бренна много рассказывала о своей жизни. Почему она ушла и как жила, об арах, проведенных в бегах и что домой она возвратится, если только ее будут тянуть на аркане. Судя по тому, что она говорила, обучение новому ремеслу, новый опыт и знания будут для нее в самый раз, чтобы начать новую жизнь.
Она поведала ему о Кристиаре, о том, что тот был одаренный, хоть и рожденный от запрещенного союза, об их знакомстве и планах на будущее, и даже о том, что они собирались покинуть селение и затеряться где-нибудь на просторах их большого государства. За минор до того, как им уйти, он пошел сопровождать очередной обоз и больше не вернулся. Тогда нашли полу сожженные тела нескольких участников похода совсем недалеко от поселка. Среди них был и Кристиар.
С тех пор Бренна осталась в деревне, так как не смогла выбросить полюбившегося ей мужчину из головы и сердца.
— Я уже привыкла. И к размеренности жизни и к лишениям. Все уже давно стало моим, как будто так всегда и было. Я только не могу привыкнуть, что нет купален с горячей водой.
— Особенности дара? — легко понял ее Дим.
Бренна кивнула. Она изменилась за прошедшие миноры, стала более уверенной в себе и раскованной. После нескольких поездок Дим предложил сменить девушке ее неудобное и уже не такое солидное как ранее платье на более подходящую одежду, которая была актуальна в это время ара и удобна для их поездок.
— Ты издеваешься?! — орала Бренна, когда в первый раз надела эти вещи. — Как я выйду в этом на улицу? Да я выгляжу как… как…, - она запнулась, подбирая слова, более подобающие для приличной девушки.
Дим еще раз оглядел ее с ног до головы.
— Как состоятельная жительница княжества. Или жительница империи, живущая у границы и знакомая с местной манерой одеваться. Впрочем, — он посмотрел на тяжелые косы льняного цвета, осанку, горделиво вздернутый подбородок. — Сейчас ты больше похожа на саму себя — на благородную сэю, но никак не на селянку, пусть даже зажиточную.
— О! — язвительно откомментировала девушка, так как все еще была зла на него, но уже были слышны довольные нотки в голосе. — Комплимент! От тебя! Что я слышу?
— Так как мы с тобой по-прежнему не на свидании, то слышишь ты констатацию факта, мешающую нашему делу.
Пришлось заставить ее распустить волосы, а еще надеть на шею и на руки дешевые, довольно вычурные украшения, чтобы уменьшить ее привлекательность и все остальное, чем так щедро одарила ее природа.
Однако даже в таком виде она вызывала некий ступор у большинства дельцов, с которыми они общались. Когда же она это поняла и начала умело пользоваться, их выгода стала расти прямо пропорционально увеличению ее умения.
Оставив своих сопровождающих на постоялом дворе на самой окраине города, Дим с Бренной весь день ходили по лавкам и купеческим домам.
— Устала, — девушка вымученно улыбнулась, — даже есть не хочу. Лечь и спать до самого утра.
— Ты заслужила отдых и покой. Пойдем.
Бренна послушно шла за ним по улицам города. Свернув в несколько проулков и пройдя несколько кварталов, они вышли к большому постоялому двору.
Дом был большой — в три этажа, с красивой вывеской и необычной росписью, садом, где росли розы, орхидеи, тюльпаны. Роскошные экипажи, стоящие у ворот, осанистые кавалеры и дамы в дорогих нарядах, важные прислужники деловито шныряющие туда-сюда. Все это говорило о статусе и высоком уровне этого заведения, а также не менее высоких ценах за услуги, которые гостевой дом предоставлял своим постояльцам.
Дим, оставив девушку на скамейке среди цветов, зашел внутрь.
— У нас еще встреча? — спросила Бренна. — Ты мне не сказал.
— Нет, — он легко улыбнулся. — Зато здесь есть купальня с горячей водой, нагретой, как ты скажешь, расшитое постельное белье и цветочная вода на выбор.
Девушка нахмурилась.
— Я подумал, что раз уж мы застряли здесь на ночь, то почему бы…
Пощечина с вложенной в этот удар силой стихии была
