Все в том же 1968 году Уорхолу принесла сценарий фильма радикальная феминистка, единственный член ею же самой созданного «Общества уничтожения мужчин» Валери Соланас. Художник посчитал сценарий слишком «грязным» и отказался снимать по нему фильм. Когда девушка несколько раз появлялась на «Фабрике» с требованием вернуть рукопись, Энди всякий раз отмахивался от нее и просил зайти попозже. Однажды терпение неуравновешенной Валери лопнуло. Через пару дней после возвращения Уорхола из Лос-Анджелеса она вновь появилась на «Фабрике», подошла к Уорхолу, достала из бумажного пакета револьвер и сделала три выстрела по художнику, еще одним ранила человека из окружения Энди. После чего Соланас спокойно вызвала лифт и уехала. На улице она обратилась к первому встреченному полицейскому со словами: «Я стреляла в Энди Уорхола». Позже этими словами назовут фильм о ней и этой мрачной истории.
В больнице врачи констатировали клиническую смерть художника. Мало кто думал, что физически слабый Уорхол сможет выжить после трех пулевых ранений, но он выжил. На выздоровление ушел целый год, и всю оставшуюся жизнь художник вынужден был носить корсет из-за того, что врачи неудачно сшили ему мышцы живота. Фотография Ричарда Аведона, на которой запечатлен голый торс Энди Уорхола с изуродованным страшными шрамами животом, обошла журналы всего мира.
После покушения Энди, почти избавившийся было от своих комплексов, вновь стал бояться людей. Он начал постоянно носить бронежилет, ужесточил фэйс-контроль на входе на «Фабрику» и не выходил на улицу после восьми вечера. «После выстрела я как во сне. Ничего не понимаю. Не пойму, жив я или умер», – часто повторял Уорхол. Теперь художник очень неохотно давал интервью, мог на все вопросы отвечать только «да» или «нет»; иногда спрашивал у репортеров, что бы они хотели от него услышать, и давал разрешение опубликовать их ответ в качестве собственного. Уорхол вообще не любил рассказывать о себе, зачастую на подобные вопросы он отвечал: «Если вы хотите все узнать об Энди, смотрите мои фильмы, мои картины. В этом весь я. Больше ничего нет». Уорхол стал избегать появления на публике, нередко он отправлял похожего на него внешне человека читать лекции от своего имени.
Энди Уорхол не скрывал своей нетрадиционной ориентации, но и не кричал о ней на всех перекрестках. У него не было громких и скандальных романов, как у других звезд, он предпочитал быть наблюдателем, а не участником: «Любовные фантазии гораздо лучше любви плотской. Никогда не заниматься этим – очень увлекательное занятие».
Своеобразной была и литературная деятельность Энди Уорхола. В 1968 году вышла его первая книга под названием «А», состоявшая из записей телефонных разговоров на «Фабрике». Следующая книга появилась несколькими годами позже, она называлась «Философия Энди Уорхола. От А до В и наоборот». Главной ее темой были рассуждения о том, что искусство – это процесс зарабатывания денег. С 1969 года под руководством Уорхола издавался знаменитый в Соединенных Штатах журнал «Интервью», в котором звезды брали интервью у других звезд.
С 1970 года начался самый успешный период в творчестве Энди Уорхола – он стал методом шелкографии создавать портреты знаменитостей. Его изображения Мэрилин Монро, Лайзы Миннелли, Джимми Картера, Элвиса Пресли, Элизабет Тэйлор и Мао Цзедуна обошли весь мир. Один критик назвал портрет Мэрилин Монро работы Уорхола Джокондой XX века. Теперь можно было уже говорить не только об американской, но и о мировой известности художника. Излюбленный метод Уорхола – шелкография – тиражная техника, она делала создание картин не долгим кропотливым процессом, как всегда было принято считать, а воистину массовым «производством». Уорхол использовал только яркие, чистые цвета, без всяких полутонов, теней и нюансов, он лишил свои работы реалистичности и жизни, они не дышат, это – просто оттиски, образы, еще более безжизненные, чем на рекламных плакатах, а их создатель удовлетворенно объясняет: «Я люблю все искусственное». Он уничтожил разницу между подлинником и копией, поскольку шелкография предполагала создание практически неограниченного количества оттисков. Художник считал, что именно такое искусство – банальное и растиражированное – нужно современному миру, и, судя по своей сумасшедшей популярности, во многом был прав. К тому же чем дальше, тем больше публику интересовала сама личность Уорхола, а не его произведения, имя Энди стало скорее торговой маркой, нежели именем деятеля искусства.
В 80-е годы XX века Уорхол вновь много работает в рекламе. В 1980 году он разработал и осуществил проект собственного кабельного телевизионного канала и стал его директором. В том же году вышла очередная книга художника «Попизм: Уорхол в 60-е». В этот период он заканчивает работать с образами звезд и принимается за живописные шедевры прошлого – выходят его серии «Мона Лиза» и «Тайная вечеря».
Со второй половины 80-х годов XX века у Энди Уорхола заметно ухудшилось здоровье, это обстоятельство усугублялось тем, что художник панически боялся врачей и отказывался лечиться. Зимой 1987 года у него обострилось воспаление желчного пузыря, и Уорхол был вынужден лечь в больницу для проведения несложной операции. Хирургическое вмешательство прошло успешно, но на следующий день медсестра нашла художника в постели мертвым. Он умер во сне от сердечного приступа. Это случилось 22 февраля 1987 года. Уорхол был похоронен в родном Питсбурге. На состоявшейся 1 апреля поминальной службе в соборе Святого Патрика в Нью-Йорке присутствовало около двух тысяч человек.
Когда после смерти художника его друзья и адвокаты вскрыли квартиру Уорхола, куда тот при жизни не допускал никого, то обнаружили там огромное количество самых разнообразных вещей, находившихся в жутком беспорядке. Среди них было множество не распакованных свертков с покупками, многочисленные флаконы духов и индийских благовоний, драгоценности, шедевры мировой живописи в подлинниках вперемешку с откровенным хламом из лавок старьевщиков. Энди Уорхол тратил на покупки миллионы долларов, но никому не показывал своих приобретений. Деньги он также хранил в своей квартире в коробках из-под печенья, не доверяя банкам. Пестрая коллекция Уорхола была продана на знаменитом аукционе «Сотби» более чем за 25 миллионов долларов. Эти деньги, по завещанию Энди, были переданы в созданный им фонд помощи художественным организациям.
Через несколько лет после смерти знаменитого художника в его родном Питсбурге был открыт музей Энди Уорхола, в котором собрано множество его произведений.
До сих пор непонятно, как мог этот тихий и странный человек, всегда скрывавший свой истинный облик под париком и огромными темными очками, стать лицом своего времени и столь удачно совместить искусство и бизнес. Некролог, опубликованный в «Нью-Йорк Таймс», дал, пожалуй, самое точное и емкое определение феномена Энди Уорхола: «Лучшее произведение Уорхола – это сам Уорхол». Действительно, его работы невозможно оценить по достоинству, ничего не зная об их создателе, образ этого странного и застенчивого человека неотделим от его произведений, и наоборот. Еще одно, очень точное определение творчества Энди Уорхола принадлежит рок-музыканту Мику Джаггеру, лидеру группы “Rolling Stones”, в расцвете своей популярности тоже попавшему на полотно знаменитого художника: «Если хочешь узнать, что было самым популярным в тот или иной период, посмотри, что в это время рисовал Уорхол». И это правда. Энди очень тонко чувствовал веяния времени и моментально отражал предпочтения широких масс в своих работах – будь то томатный суп «Кэмпбелл» или Мэрилин Монро, «кока-кола» или Элизабет Тэйлор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
