— С удовольствием, — ответила она. — Боюсь только, они не произведут на вас особого впечатления.
— Ну что вы, напротив, — улыбнулся он.
Он направился через всю лужайку к жене, но прежде чем дойти до нее, он несколько раз останавливался поболтать со знакомыми.
Разговаривая с местным священником, он услышал позади голос:
— Не желаете еще хереса, сэр? — Перед ним стояла Элизабет Кэмпбелл.
На ней было простое льняное платье, в руках она держала поднос с рюмками. В ее взгляде не было ни тени узнавания.
— Спасибо, — сказал он и взял новый бокал. — Большое спасибо.
Она отошла к другим гостям, и Годфри невинно спросил:
— Кто эта девушка, святой отец?
— Вон та? Это садовница Пауэллов. По словам миссис Пауэлл, просто сокровище. К тому же она леди, понимаете?
— Так я и думал. Если она хоть что-то смыслит в садоводстве, им действительно повезло. Моего садовника призвали в армию, с тех пор я не могу найти ему замену. Приходится почти все делать самому.
— Я думаю, она мастер своего дела, — ответил священник. — Удивительно, чем только леди в наши дни не занимаются!
— Да уж, удивительно.
Он видел, как мисс Кэмпбелл обносила гостей напитками. Чуть позже она совершенно непринужденно предложила ему сэндвич, и он заметил, что женщины поглядывают на нее с любопытством.
Жена Годфри сказала:
— Нам тоже нужно нанять женщину для работы в саду. Пауэллы поступили очень разумно. Я имею в виду Земледельческую армию[141]. — Миссис Годфри имела склонность выражаться туманно.
Чуть позже Майлз Годфри вновь столкнулся с Элизабет Кэмпбелл.
Гости начали расходиться, и миссис Пауэлл решила выполнить свое обещание — показать ему сад.
Когда они дошли почти до конца огорода, он увидел садовницу, которая поливала грядки.
— Ну-ка, что это у вас здесь растет?
— Боюсь, что не знаю, — ответила миссис Пауэлл. — Овощи меня не особо интересуют. Конечно, это неправильно, но тут я во всем полагаюсь на мужа и мисс Кэмпбелл. Мисс Кэмпбелл, а что у нас здесь растет?
Девушка подняла голову.
— Зеленый горошек, — ответила она, на что Годфри добродушно заметил:
— Поздновато, не так ли? Ну, надеюсь, вам с поздним горохом повезет больше, чем мне: мой всегда покрывается мучнистой росой.
— Ему нужно постоянное внимание и много воды, — ответила девушка, — но, в общем, я с ним неплохо справляюсь.
— Это мисс Кэмпбелл, она заботится о нашем саде, — сказала миссис Пауэлл, решив, что нужно представить их друг другу.
— Она также позаботилась обо мне и спасла от жажды, — заметил с улыбкой Годфри, и девушка улыбнулась ему в ответ. — Какого сорта ваш горошек? — спросил он. В нем проснулся садовник.
— Буковое чудо, — ответила она.
— Буковое чудо? Первый раз слышу. Надо попробовать. Сейчас уже поздно сеять, мисс Кэмпбелл?
— Нет, до конца месяца можно спокойно сеять.
— А где купить семена? Они здесь продаются? — Майлз Годфри на миг забыл, что он полицейский и должен внимательно следить за опасной преступницей. Сейчас ему хотелось только одного: посадить у себя в саду этот новый поздний сорт горошка.
— Нет, сэр, я выписывала их из Эдинбурга для мистера Пауэлла. Этот сорт очень известен в Шотландии.
— Может быть, у нас получится дать майору Годфри немного семян?
— Сколько угодно, мадам.
— Нет-нет, я вовсе не хочу вот так вас грабить.
— Грабить? Да что вы, майор! Мы будем очень рады. Мисс Кэмпбелл, принесите, пожалуйста, немного семян.
Девушка пошла к сараю, миссис Пауэлл и Годфри неторопливо последовали за ней.
— У вас прекрасная садовница, миссис Пауэлл, — сказал Годфри.
— О да. Она очень усердная, не боится никакой работы. В то же время меня это немного смущает.
— Смущает? Что вы имеете в виду?
— Понимаете, это настоящая леди, однако она настаивает на том, чтобы с ней обращались как с простой служанкой: она говорит мне «мадам», а моему мужу «сэр». Звучит глупо, особенно в такое время.
— Да, согласен, но если бы она общалась с вами на равных, было бы совсем неловко. Она живет с вами?
— Нет, она живет в деревне.
— Как вы ее нашли?
— Через Земледельческую армию или что-то в этом роде. Это муж предложил там поискать. Она работала на ферме в Йоркшире, но там ей было тяжеловато. А вот и мисс Кэмпбелл.
Девушка вышла из сарая, держа в руках большой пакет. Годфри принялся возражать.
— Нет-нет, мне действительно нужно совсем немного, — сказал он, — всего на одну грядку. Вот, — он достал из кармана конверт, — положите, пожалуйста, сюда несколько семян, мисс Кэмпбелл. Спасибо, этого достаточно!
— Мне повезло, — сказал Годфри жене, когда они наконец воссоединились. — Я видел прелестный сад и прелестную садовницу, и мне дали семена горошка, который еще не поздно посеять, чтобы он поспел к осени.
Майлз Годфри вновь вспомнил о том, что он полицейский, лишь когда пошел переодеваться к ужину. Вынув из кармана драгоценный конверт, он увидел на нем три превосходных отпечатка, которые оставила садовница испачканными в земле пальчиками. Забавно: такие вещи случаются, когда они не нужны.
На следующее утро, листая за завтраком «Таймс», Годфри обратил внимание на следующий заголовок: «Дерзкое ограбление! Похищены драгоценности!» По мере чтения статьи Майлз Годфри проникался к ней все большим интересом. Во всем угадывался почерк Энид Кэмерон. Ограбили загородный дом в Глостершире. Как сообщала заметка, шкатулка с жемчугом и другими украшениями на сумму свыше двадцати тысяч фунтов была украдена из спальни супруги богатого биржевого маклера накануне вечером. Хозяйка драгоценностей утверждает, что около восьми часов, перед ужином, украшения еще были на месте. После ужина она осталась послушать новости по радио, а когда в половине девятого поднялась в спальню, шкатулка исчезла. Предполагалось, что кража была совершена во время выпуска новостей; грабитель по водосточной трубе проник в смежную со спальней ванную. Годфри, нахмурившись, принялся считать.
От Мерсден-Магны до Глостершира добрых полторы сотни миль, возможно — больше. Даже на самой быстрой машине дорога займет четыре часа, а с Энид Кэмерон он говорил около половины восьмого или чуть позже. Это снимало с нее всякие подозрения. Майлз Годфри мог сам обеспечить ей железное алиби. Морщины на его лбу разгладились: Майлз был рад, очень рад.
Впрочем, вскоре Годфри понял, что Энид Кэмерон оказалась в довольно затруднительном положении. Полицейские Глостершира и Скотленд-Ярда, если они не дураки, наверняка уже ищут ее. В Южном Ридинге они быстро выйдут на ее след, который приведет их прямиком в Мерсден-Магну. Бедняжка! Даже с таким железным алиби она потеряет работу. Годфри пытался найти самый разумный выход. Он должен что-то предпринять. Годфри решил поговорить с Артифексом, однако тот опередил его и позвонил в Шир-холл сразу после обеда.
— Вот видите, я был прав, сэр, — сказал Артифекс. — Энид Кэмерон снова дала о себе знать. Думаю, вы уже прочли газеты.
— Вы про случай в Глостершире?
— Именно.
— Так вы думаете, это ее работа?
— Конечно. Это ее почерк. Больше никто так не работает. Я же говорил, что она непременно появится в каком-нибудь безопасном месте, куда переехали все драгоценности.
— Вы занимаетесь этим расследованием, инспектор?
— Да, сэр. Примерно час назад мне позвонили из полиции графства. Сегодня вечером я выезжаю, но сначала я хотел поговорить с вами.
— О чем же? — Годфри изобразил удивление. — Думаете, я могу вам чем-нибудь помочь?
— Знаете, — начал шутливо Артифекс, — мне кажется, вы тогда не случайно зашли ко мне поговорить. Может быть, я ошибаюсь…
— Может, и не ошибаетесь, — ответил Годфри. — Скажите, инспектор, в газетах время ограбления указано точно?
— Абсолютно точно. Местная полиция уверена в этом. Как раз в духе Энид Кэмерон: ограбить во время выпуска новостей. Она знала, что и хозяева и слуги будут слушать радио. Двадцати минут ей хватило.
— Думаете, вы сможете ее поймать?
— Ее поймать нетрудно, однако гораздо больше меня интересуют ее сообщники. Драгоценности сейчас сбыть непросто. За границу их не отправишь, не то что раньше.
— Да, это точно… А чем я могу вам помочь?
— Вы что-нибудь о ней знаете?
— Да, — медленно произнес Годфри, — и боюсь, вам это не понравится.
— Что вы имеете в виду?
— Я абсолютно уверен в том, что она не совершала это ограбление.
— Что значит «не совершала»? — раздраженно произнес Артифекс. — Почему вы так в этом уверены, сэр?
— Потому что, инспектор, я сам могу обеспечить ей алиби.
