Миссис Кэмден, сиделка, которую они наняли, что-то вязала, попивая чай и слушая радио.
— Живее! — скомандовал Джино. — Она уже готова!
Миссис Кэмден была не в состоянии двигаться так быстро, как этого хотелось бы Джино. Она аккуратно положила свое вязанье на стол, поправила белоснежные седые локоны — волосок должен быть к волоску — и только после этого медленно, с достоинством, поднялась.
От волнения Джино подпрыгивал на месте. Прокричав что-то шоферу и телохранителю, он кинулся наверх — за чемоданом для Марии. Вещи в него были уложены еще неделей раньше.
Ему с трудом верилось, что уже действительно пора. Стать отцом в сорок четыре года! Он уже было потерял всякую надежду.
— Как ты себя чувствуешь, девочка? Все в порядке? Ты можешь сама идти?
— Ну конечно. — Смеясь, Мария неторопливо приближалась к машине, поддерживаемая с одной стороны миссис Кэмден, а с другой — Джино. — В клинику ты уже ведь позвонил, да?
Он хлопнул себя по лбу.
— Дьявол! Забыл. Подождите!
Со всех ног Джино бросился в дом, сердце его готово было выпрыгнуть из груди. Не попадая пальцами в отверстия диска, кое-как набрал номер.
— Приготовьте все необходимое, миссис Сантанджело сейчас будет у вас!
Голос женщины на том конце провода звучал возмутительно спокойно и холодно. Джино готов был бы задушить ее. Да что с ними со всеми происходит, неужели ни у кого не осталось никакого чувства реальности?!
Он побежал к машине. Мария с сиделкой удобно устроились на заднем сиденье. Втиснувшись рядом, Джино бережно взял жену за руку.
— Может, вам будет лучше на переднем, мистер Сантанджело? — со значением спросила сиделка.
— Нет-нет, не беспокойтесь обо мне. Лицо Марии слегка исказилось от боли, она нежно провела рукой по своему животу.
— Господи! Что такое? Ред, ты когда-нибудь стронешь с места эту долбаную машину?
Миссис Кэмден осуждающе поджала губы. Огромный зеленого цвета «кадиллак» домчался до клиники за рекордное время. Марию тут же провели внутрь, и внезапно Джино почувствовал себя здесь абсолютно лишним.
— Не стоит так волноваться, сэр, — обратилась к нему молоденькая сестра. — Если вы хотите чашечку кофе…
Чашечку кофе! Да она что, рехнулась?
Поддавшись привычке, Джино заходил по длинному больничному коридору.
Мария. Его жена.
Это оказалось трудным для них обоих. Каким мощным было противодействие… Какие вопли и истерики… Мария ехала в Сан-Франциско с таким ощущением, будто она — преступница.
— Я хочу жениться на ней, — сообщил Джино Косте.
— Ты сошел с ума? Не она тебе нужна, ты вбил себе в голову, что любишь ее, потому что Мария похожа на Леонору.
— Чушь! Я люблю ее.
— Оставь, Джино. Опомнись. Ты несправедлив ко всем, а к ней в первую очередь. Ведь она даже не понимает, что происходит. Она всего лишь старшеклассница. А тут вдруг ты!
— Мария — не школьница, Коста. Ей двадцать один год, и я собираюсь жениться на ней.
— Забудь об этом. Леонора никогда этого не допустит.
Однако получилось так, что у Леоноры не оставалось другого выбора. Мария забеременела и пришла в неописуемое волнение. Ей удалось позвонить ему и поделиться новостью. Джино немедленно принял меры к тому, чтобы найти решение проблемы. Не прошло и недели, как они встретились в Мэриленде и в тот же день официально стали мужем и женой.
Леонора поклялась, что никогда в жизни не заговорит больше со своей дочерью. Эдвард вынужден был с неохотой поддержать супругу.
Ни Марию, ни Джино это особенно не взволновало. Они чувствовали себя немыслимо счастливыми. Он приобрел особняк в Ист-Хэмптоне — тот самый, где они так любили друг друга, выкрасил его белой краской, выкопал небольшой простенький бассейн, оставив сад заросшим и нестриженым.
Впервые в жизни он познал состояние блаженства, о котором раньше мог только мечтать.
Мария была само совершенство. Он боготворил ее. И ни разу больше не вспоминал о том, что она похожа на свою мать.
— У вас замечательная девочка. Семь фунтов пять унций. Просто чудо!
— Господи Всеблагий! Боже!
— Мистер Сантанджело, прошу вас!
Подхватив медсестру, Джино закружил ее в танце.
— Мистер Сантанджело! Отпустите меня! Забыв о галантности, он разжал руки.
— А жена? Как моя жена?
— Она в полном порядке. Хирург только что наложил шов и…
— Что значит «наложил шов»?
— Обычная процедура. Несколько стежков… Врач вам все объяснит.
— Черт побери! Я все-таки отец! — Он хлопнул сестру по ягодицам. — Эй! Не хотите ли сигару?
Ребенок был самым удивительным созданием — после Марии — которое он когда-либо видел. Маленькая, смуглая, с черными волосиками на макушке девочка. Удивительно!
День за днем проводил Джино в клинике, глядя на нее и не в силах поверить, что это крошечное существо — его дочь.
— Она тебе нравится? — с улыбкой спрашивала Мария.
— Ты еще задаешь вопросы!
Мария сидела на постели, похожая на аккуратную куколку, лицо ее светилось от счастья.
— Так вот, — негромко сказала она. — Пришло время выбрать имя. Ей уже шесть дней, и мне надоело звать ее просто «малышкой».
— Я уже думал над этим.
— Тем лучше.
— Как насчет Лаки? Счастливая!
— Счастливая кто?
— Счастливая Сантанджело! Ты не против?
— Если тебе нравится.
Склонившись, он поцеловал жену.
— Мне нравится.
— Тогда мы назовем ее Лаки.
Одной темы в своих разговорах они никогда не касались — его бизнеса. Однажды Мария спросила его, и Джино с многозначительным видом поднес палец к губам.
— Больше не спрашивай меня об этом. Я делаю то, что сам считаю лучшим для нас обоих.
Ему вовсе не нужна вторая Синди, знавшая всю его подноготную. Но Мария и за миллион лет не смогла бы стать второй Синди. Она внесла в его жизнь столько тепла, один ее вид успокаивал и поднимал настроение. А сколько у Марии достоинств! Ребенок всего лишь позволил им заиграть всеми своими гранями.
Джино очень угнетало то, что семья Марии отказалась от нее. Сама она никогда не вспоминала об этом, никогда не жаловалась. Но когда родилась дочь и Дженнифер приехала посмотреть на нее, он слышал, как Мария негромко спросила:
— Ты сообщила моей матери? Дженнифер вздохнула.
— Конечно. Но знаешь, дорогая, Леонора никогда не простит тебя…
Он не должен был этого услышать. Но услышал. Отразившееся на лице жены огорчение заставило его действовать.
Джино отправился в поездку на побережье, чтобы проверить, как идут дела с «Миражем». Здание отеля было уже выстроено, оно обошлось на миллион сверх сметы, сейчас там велись отделочные работы. Ему собственными глазами хотелось видеть, на что уходили деньги. А пока он будет в Калифорнии, вполне можно заскочить проведать свою тещу. Какая ирония судьбы!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
