притаиться в темном углу с зеркальным осколком в нелепой и безнадежной попытке вогнать его мне, своему благодетелю и создателю, повелителю и боссу, мистеру Иву, в горло».
Человек в зеленом поправил шляпу и напомнил себе об осторожности. Это ведь именно Шляпа всегда была подозрительной — что ж, теперь ее паранойя, быть может, сослужит мистеру Иву службу и не позволит совершить напоследок какую-нибудь оплошность.
Мистер Ив бросил подозрительный взгляд на гардероб, перегораживающий вход в кухню: не рухнет ли он на него, стоит ему подойти? Нет, с гардеробом все было в порядке.
«Что ж, лестница наверх или же дверь, ведущая в подвал? — подумал мистер Ив. — Что бы сделала Метла? Она всегда делала правильный выбор, хоть и была слегка чокнутой. Подвал… подвал…»
Мистер Эвер Ив шагнул к открытой двери подвала, заглянул в темноту. Фонарь высветил лишь несколько ближайших футов лестницы.
«Да, Саша Кроу там. Нужно всего лишь спуститься и достать ее и… а может, это ловушка?.. Нельзя забывать о Зеркале. Да и Клара Кроу вряд ли просто так отдаст свою дочь: от ведьм всякого можно ожидать — особенно если ведьма зажата в угол…»
Мистер Ив тряхнул головой. Сейчас в нем говорил Ключ, а это известный перестраховщик и вообще весьма неуверенный в себе тип. Будь его, Ключа, воля, мистер Ив и вовсе повернул бы назад и явился бы сюда лишь в сопровождении пяти десятков пугал.
— Вспомни обо всех злодеях, которые проиграли от излишней самоуверенности, — напомнил себе мистер Эвер Ив и достал из кармана фиолетовую свечу — на ней была вырезана тыква-рожа.
Человек в зеленом зажег фитиль от фонаря и пристально поглядел в пламя. Его губы зашевелились, он произнес едва слышно: «Сюда… сюда… сюда…» — после чего, довольный своей предусмотрительностью, поставил свечу на тумбочку.
— А теперь вперед! — велел себе мистер Ив и шагнул в проход, ведущий на винтовую лестницу. — И пусть только кто-то попытается играть со мной — я отрежу им головы, вычищу их, как хэллоуинские тыквы, и поставлю внутрь парочку свечей.
Это говорил в нем Фонарь, чьи кровожадные порывы всегда было так тяжело сдерживать…
Опираясь на метлу, как на посох, придерживая рукой шляпу и освещая себе путь фонарем, мистер Ив спустился по лестнице и осторожно ступил на каменный пол подземелья. Часы лежали в кармашке жилетки и не издавали ни звука. В отличие от котла, который вдруг предостерегающе звякнул крышкой.
Мистер Ив все прекрасно понял. Да и запах паленого мяса не мог не насторожить.
— Я ведь знаю, что вы здесь! — воскликнул мистер Эвер Ив. — Не нужно прятаться! Выходите!
В тот же миг повсюду зажглись свечи — сотни висящих в воздухе свечей.
Как мистер Ив и предполагал, его уже ждали. У дальней стены, подле большого зеркала, в котором отражалась едва ли не вся подземная гостиная, стояла и глядела в пустоту перед собой Саша Кроу.
У мистера Ива даже пересохло во рту от предвкушения столь долгожданного освобождения. Все тело ужасно зачесалось. Оно готово было слезть с него.
…Клара Кроу дрожала от страха. Стоя в темноте подвала и ожидая явление ужасного зла, она не могла заставить себя успокоиться, осознавая, насколько она ничтожна и бессильна против существа, которое столь чудовищным образом недавно изменило целый город и которое собиралось прийти за ее дочерью.
Двое нежданных союзников, эти экстравагантные, но отнюдь не кажущиеся опасными или хоть сколько-нибудь могущественными Петровски, напротив, вели себя непринужденно и, как показалось Кларе, слишком уж легкомысленно, если учесть, что на них надвигалось.
Когда они спустились в это подземелье, о существовании которого в своем собственном доме Клара, к слову, и не догадывалась, их встретил мерзкий, тошнотворный запах. На полу у черного гроба — и кто вообще хранит гробы в доме?! — лежала Кристина Кэндл, похожая на подушечку для иголок. Гвозди торчали из ее тела, и вокруг каждого из них образовалась застывшая кровавая лужица.
Увидев Кристину, Петровски помрачнели всерьез, их напускная веселость рассеялась, словно дым на ветру. Фред побелел, а Мари покрылась портящим ее румянцем. Клара зажала рот рукой — ее начало тошнить от запаха паленой плоти и жуткого вида несчастной.
— Бедная девочка, — угрюмо сказал Фред.
— Это… — начала Клара. — Это Он?
— Нет, я боюсь, что это кто-то из ее родственников или их противников, — ответил Фред. — Если бы это был Он, мы бы ни мгновения не остались в неведении. Он любит эффектные появления и не упустил бы возможности покрасоваться.
— Убили девочку, — со слезами на глазах проговорила Мари. — Фёдор, что это за люди такие? Что она им сделала?
— Дорогая, мне чрезвычайно жаль бедняжку, — твердо проговорил Фред, — но, если мы не поторопимся, нас всех ожидает участь не лучше…
Мари покивала, платочком протерла слезы, предательски накатившие на ее глаза, и с трудом заставила себя отвернуться.
Петровски принялись за работу. Пытаясь не глядеть на мертвую Кристину, они что-то высчитывали и вымеряли, а порой Фред, как самый настоящий сумасшедший, говорил со своей ладонью; ладонь между тем временами ему отвечала. Отвечала странно знакомым голосом.
Клара стояла в стороне и держала Сашу за руку. Ладонь дочери была холодной, пальцы мелко подрагивали. Клара почему-то подумала о рельсах, которые начинают вибрировать задолго до появления поезда.
Она пыталась успокоить Сашу, говорила что-то бессвязное и банальное вроде «Не бойся…» и «Все будет хорошо», но ее собственный голос звучал натужно, неискренне. Тело бедной Кристины на полу не придавало никакой уверенности в том, что все будет хорошо — скорее наоборот.
Клара глядела на странные перемещения Петровски по подземной гостиной и не могла ничего понять: как они смогут одолеть этого мистера Ива? Как они смогут уберечь Сашу? И как вообще может помочь то, что они велели ей сделать? Как? Как? Как?
Она нащупала ритуальный нож-атам, который вручила ей Мари, по-будничному вытащившая его из своего ридикюля, словно какую-то пудреницу. Ведьма Кроу опасалась, что в нужный момент она не сможет совершить то, что от нее требуется, что она спасует, пойдя на поводу у эмоций и страха. Она поглядела на Сашу, с горечью увидела все те же отсутствующее выражение лица и пустой взгляд.
«Это отражение, — напомнила она себе. — Всего лишь отражение…»
— У нас не осталось времени, — сказал вдруг Фред и жестом попросил Клару встать за его спиной. — Все готово, Мари?
— Да, — сказала Мари и, взмахнув рукой, погасила все свечи.
Всего через какое-то мгновение после того, как подземная гостиная погрузилась во мрак, стукнула входная дверь Гаррет-Кроу.
Он был здесь.
Вот тогда-то и потянулись мучительные мгновения
