себе руки и ноги, то нужно сосредоточиться, нужно дать отпор.
Но Нуска не мог. Отразив еще две дикие по своей силе атаки, он понял, что не может даже поддерживать позицию и боевую стойку. В попытках отразить удары лекарь уже успел проехаться по земле подошвой ботинок и сейчас был скован в движениях выросшей за спиной скалой. Его просто снесло назад, будто порывом ветра, а ведь учитель даже не успел как следует воспользоваться своей дэ.
Как Нуска может всерьез поднять меч на собственного учителя? Разве это правильно? Но, если это именно то, чего требует от него Минхэ… Остается ли выбор?
Учитель вдруг пропал из поля зрения. Нуска выругался одними губами и в одну секунду растерял всю свою статность. Пригнувшись телом к земле, согнув ноги в коленях, он рывком завел меч за спину и в очередной раз отразил атаку. Во второй раз встретившись взглядом с Минхэ, Нуска в страхе отступил. Если бы ему сейчас не удалось отразить этот удар, он бы лишился головы.
Лекарь проскользил по траве. Его поступь была бесшумна. Он быстро отступал к водоему, пятясь назад и выставив перед собой меч. Взгляд Нуски тоже стал серьезным, а все чувства обострились. Неосознанно лекарь начал использовать дэ, ощупывая окружающее пространство в поисках противника.
Минхэ был рядом. Он поджидал, он просчитывал каждый удар. Но Нуска не был стратегом или прославленным фехтовальщиком: его методы борьбы были иными. Потому молодой сурии резко развернулся, отыскал в застывшем пространстве учителя и ударил его ногой по голени, заводя за голову меч для удара.
Минхэ пропустил пинок, но вдруг усмехнулся и одним ловким движением выбил оружие у Нуски из рук. Кончик острия задел локти лекаря, кровь полилась по рукам. И тогда Нуска понял, насколько же выверен каждый удар его противника; насколько точны его движения и с каким вниманием следит за ним Минхэ.
Лекарь заметил, что глаза учителя подернулись красной пеленой. И тогда он понял, как тот считывает каждый его шаг. Он не просто принуждал Нуску к схватке – а вынуждал его применить способности и считать будущее. И учитель, в чьих жилах текла лесная кровь, не постеснялся воспользоваться своими силами даже в этой тренировочной схватке.
Нуска не успел даже опустить руки. Несколько ударов подряд рассекли его плечи и спину. Учитель успел скользнуть за спину ученика и наносил удары один за другим, но касался нежной кожи лекаря лишь острием. Он даже не пытался нанести серьезный удар – просто игрался с ним как кошка с мышкой. И тогда Нуска разозлился.
Пускай он и слабый сурии, пускай его путь бойца только начался, но никто не имеет права насмехаться над ним. Даже учитель. Лекарь покатился кубарем по траве и вновь взял оружие в руки.
Каналы дэ завопили. Нуска напряг каждую клеточку тела в попытке хотя бы просто разглядеть движения учителя. И когда очередная атака, нацеленная лекарю в бок, почти достигла своей цели, Нуска вдруг смог парировать и задеть плечо учителя лезвием.
В ответ лекарь услышал смешок. Кажется, учитель целиком отдался битве. Ему действительно нравилось обнажать меч и сражаться, он не боялся ранений и не стеснялся их. Потому что уже через секунду, в то мгновение, когда Нуска моргнул, Минхэ излечил свои руки и встал напротив ученика.
– Если не хочешь сражаться, то сдайся прямо сейчас. Зачем впустую тратить время? – проговорил он, бросаясь в атаку. Сейчас учитель даже не пытался пользоваться своей способностью – он был достаточно быстр, чтобы победить, не пытаясь обогнать само время.
Нуска зашипел, встретив удар лоб в лоб. Его ноги подкосились, а меч в руках задрожал. Оружие противника встретилось с мечом лекаря прямо перед его носом. Нуска нахмурился, резко развернулся на кончиках пальцев, как учил его Минхэ, и в который раз занес меч для удара. Но атака прошла в воздухе. Учитель просто уклонился, утекая из-под удара, словно вода.
Сражение затянулось. Нуска обливался потом, но так и не мог приблизиться к учителю. Оборона Минхэ не имела слабых мест, его удары были точны, а он даже не запыхался, кружа вокруг лекаря подобно хищной птице.
Нуска был готов сдаться. Успев залечить пару свежих ранений, он в последнюю секунду смог уйти из-под сверкающего лезвия. Несколько прядок слетело с его головы – Нуска понял, что еще немного, и ему не поздоровится. Учитель не остановит битву, пока не будет удовлетворен его навыками.
И тогда Нуска в очередной раз напряг каналы. Он вгляделся в то место, где стоял учитель, но ничего там не увидел. Тень пролегла слева. И лекарь, доверившись краткому видению и чутью, отбросив все навыки фехтования, полученные от Минхэ, просто рубанул мечом влево. Так, словно в его руках было не оружие, а деревянная палка.
Раздался удар и грохот. Меч Нуски взлетел в воздух и потерялся где-то в траве. Боль отдалась в руках по самые плечи – этот удар точно пришелся не по тонкому лезвию меча дэ.
Нуска распахнул глаза, развернулся и увидел, как учитель застыл, а все его тело обуяла невиданная сила, энергия дэ. Видимо, лекарь все же смог подгадать момент, его меч должен был погрузиться прямо в тело учителя, но тот прервал атаку энергетическим взрывом.
Лекарь вдруг усмехнулся. Уж это он умел. Он не раз отбивался от наглых аристократов, используя вспышки.
Тут же прогремел второй взрыв. Нуска, который долгие месяцы не прибегал к этой атаке, не рассчитал силы; траву под его ногами выжгло, а за спиной повалилось дерево. Нуска, сжигая дэ под ступнями, подпрыгнул вверх и набросился на учителя.
Они покатились по траве. Дэ гремела в ушах, затмевала зрение и не позволяла разглядеть противника. Только вот через секунду раздался грохот, а в глазах у Нуски потемнело. Он даже не успел увидеть, как ему нанесли удар, и просто свалился на землю. Все заволокло тьмой. Он потерял сознание.
Нуска очнулся только спустя сутки и сразу же подскочил на месте. Его бережно уложили на матрац, переодели, обработали раны. Минхэ рядом не оказалось – видимо, он был занят работой на заднем дворе.
Лекарь, осмотрев свое тело, только заворчал. Живого места на нем больше не было, а многие участки кожи почернели от множественных ушибов. И почему Минхэ запрещает лечить подобное? Разве сурии может выглядеть как побитая собака?
Нуска наспех обулся и выскочил из дома. Учитель был занят обработкой земли – ковырялся в грязи и бережно перебирал проклюнувшиеся ростки.
– Учитель! Я очнулся. Ну
