на дно огромного пересохшего моря. Ноги вязли в сыпучем песке, бесконечные подъемы и спуски грозили пустынно-морской болезнью. Тоска и безнадега. Утром Дикси подумала-подумала и попробовала выть на восходящее солнце, надолго собачонки, к счастью, не хватило, но переводчица успела пробормотать про «дурное предназнаменование». Можно подумать, без воя сложно догадаться, к чему дело идет…
Катрин шагала, считала барханы, наблюдала, как все сильнее покачивается спина толмачки. Быстрей бы оно все кончилось, что ли…
Кончилось все как-то внезапно, если не сказать глупо. Преодолели дно очередной впадины между барханами — на сей раз украшенное полу-занесенными песком костями, слегка разнообразящими унылый пейзаж. Неутомимый скарабей вел караван, легко полз по раскаленной сыпучей тверди (в которой сапоги увязали чуть ли не по голенище). За проклятым насекомым оставался ровнехонький след-бороздка. Таких скарабеев на геодезической и строительной разметке использовать — цены бы им не было. Взбираясь к гребню бархана, живой «компас-невелир» вдруг замер.
— Это к чему… — захрипел Вейль, возглавлявший экспедиционную цепочку.
Жук вдруг зарылся в песок — довольно стремительно, только задние лапки и дрыгнули. Шеф по-детски ахнул, впередсмотрящая собака озадаченно тявкнула с высоты верблюжьего вьюка. Вейль бухнулся на колени, начал поспешно разгребать песок ладонями.
— Да нет, вон он — с той стороны, — проскрипел капрал.
Все увидели жука — тот продолжал свой целеустремленный путь, уже спускаясь со склона бархана.
— Хороши шутки, — проворчал шеф, с трудом поднимаясь на ноги. — Чувство юмора у насекомого прямо как у Вдовы. Пошли.
Короткий караван тронулся в путь, замыкающая архе-зэка не успела и шагнуть за переводчицей, как обнаружила что Вейль и ведущий верблюда капрал спускаются обратно. Те трое встали, уставившись на Катрин с очень странным выражением.
— Меня забыли, что ли? — поинтересовалась девушка.
Торчащая на середине сыпучего подъема Анис издала странный звук. Мужчины и верблюд, ни слова не говоря, развернулись и вновь двинулись за скарабеем. Катрин успела сделать единственный шаг за ними, как перед ней возник шеф.
Хотелось выразить свое недоумение в доступной матерной форме, но судя по роже шефа, ругаться смысла не имелось. Собственно, и верблюд смотрел как-то панически. Буксующая на песке Аниска сделала очередной пируэт и нервно застонала.
— Что такое? — с нехорошим подозрением спросила Катрин у шефа.
— Попробуйте сами, — пробормотал Вейль.
Архе-зэка скинула с плеча ремень надоевшего штуцера и двинулась вперед. Все шло как обычно, но не хуже: ноги увязали, раскаленный ветер прижимал ткань никаба к лицу, приблизился гребень бархана — впереди простиралась пустыня во всю ширь мира, и снисходящий тоненький след компаса-жука. На гребне Катрин покачнулась, принялась спускаться, и чуть не натолкнулась на капрала. Впереди была все та же пустыня, но прямо здесь, преграждая путь, торчали весьма знакомые лица и все-тот же верблюд.
— Тьфу, черт! — пробормотала Катрин, разворачиваясь.
Она попробовала еще раз. Собственно, все попробовали. Не получалось. Впадина бархана оказалась ловушкой. Попытки изменить курс и обогнуть странный эффект, вернувшись по своим следам на восток, ничего не дали. Подняться до гребня воронки можно было в любую сторону, но с неизменным эффектом — наверху что-то разворачивало человека, возвращая назад. Проскочить с разбега тоже не получалось, впрочем, наверх по песку не особенно и разбежишься. После двух с лишним часов экспериментов стало ясно — попались.
Ловушка выглядела довольно просторной — метров сорок в диаметре. Развьюченный верблюд грустно осмотрелся — травы и колючек здесь не имелось в принципе — животное устало легло на песок. Архе-зэка натянула тент, остальные научные и ненаучные члены экспедиции сидели и подавленно молчала.
— Может, ты попробуешь? — спросила Катрин у супер-собаки.
Дикси движением хвоста и остальной фигуры известила, что ни в коем случае: здесь вода, две последние банки сосисок, верные друзья, посему мужественная экспедиционная собака желает сполна разделить судьбу экспедиции. По-крайней мере, до тех пор, пока вода не кончится.
— Странно, я полагал, что теперь нас все же допустят, — высказался Вейль.
— Вы ошибиться, — буркнула переводчица.
— Может, это и не ЕГО ловушка? — предположил Бомон.
Шеф поморщился:
— Тогда чья? Есть варианты?
— Может, сюрприз старый, древний? Вроде мины нажимного действия? — Катрин разглядывала кости на середине песчаной «мышеловки». — Поставили, забыли снять. Вон сколько наловилось. Нужно было нам при спуске хорошенько под ноги смотреть. Подозрительно же.
Костей при ближайшем изучении скопилось изрядно. Песок их милосердно занес, но сейчас угадывались и верблюжьи кости, и кто-то небольшой-рогатый (трудно поверить, что здесь водятся антилопы), ну и купол человеческого черепа проглядывал.
Солнце плыло над песчаными гребнями, паломники поочередно поднимались и проверяли не исчезли ли невидимые стены (бесполезное занятие). След скарабея потихоньку заметался игрой песка и ветра. Экспедиция без аппетита пообедала. Катрин раздумывала над тем, что сушеные финики она до конца жизни даже в руки не возьмет, и экономно чистила зубы. Наиболее разумное решение напрашивалось само собой: нужно Выпрыгивать, ибо зашло в тупик — в песчаном, самом прямом смысле этого слова.
— Только когда шансов вообще не останется. Вы еще можете понадобиться, — молвил шеф, не открывая глаз.
Катрин покосилась на членов экспедиции, скорчившихся под куцым полотнищем тента. Жалкое зрелище.
— Сейчас шансы, значит, еще остаются? — архе-зэка спрятала полысевшую зубную щетку. — Знаете, Вейль, а вы ведь по любому здесь останетесь. Шли умирать, так своего и добились.
— Разве я на что-то иное претендую? — вяло удивился шеф. — Но шансы еще остаются. Возможно, ночью… Впрочем, дело не в этом. Этих милейших людей забрать успеете в любом случае. Просто попрошу не спешить.
— Куда нас забрать? — удивилась Анис.
— Видимо, к реке. Или какой-нибудь воде, — предположил Вейль. — Это вы у мадам-вдовы интересуйтесь. Она добра, как любая мелкая богиня. Собственно, я тоже не злой. Отпущу с легким сердцем. Если припомнить, так я вас сюда и не тянул.
— Не оставил нас Аллах, прям все кругом добры, — восхитилась переводчица. — О как это «забрать» вы говорить…
— Помолчи, Ани, — попросил капрал и пошел проверять «стену».
Бомон покрутился наверху, не преуспел, вернулся под тент. Помолчали, посидели, потом капрал рассказал один поучительный случай об особенностях частных застенков в одном графском замке, который довелось обыскивать. Все согласились, что там узникам было куда хуже.
