устремился вперед, ударяя клинком по камням. После каждого удара во все стороны летели искры.
– С дороги! – ревел Арарис на бегу.
Толпа расступалась перед ним.
Тави также двигался вперед, воспользовавшись идеей, которую ему подсказали мараты. Они образовали классическое кольцо охотников, которое медленно стягивалось вокруг Арноса. Тави отметил, что никто не пытался приблизиться к сенатору. Мараты обладали удивительным чувством меры. Прежде всего Арнос был врагом Тави. И они не хотели мешать ему разобраться с ним, если, конечно, не возникнет опасность, что Арнос может ускользнуть.
Тави догнал Арноса, когда запыхавшийся сенатор, проталкиваясь сквозь толпу гражданских, которые сопровождали легионеров, оттолкнул старика и схватил за руку женщину. Арнос тряхнул ее и что-то прорычал, но Тави не сумел разобрать слов.
– Гантус Арнос! – рявкнул Тави.
Голова сенатора повернулась. Он оскалил зубы, в его глазах застыло отчаяние, он рванул женщину на себя и встал так, что ее тело оказалось между ним и Тави. Одной рукой он держал женщину за волосы, другой вытащил кинжал и приставил его к ее горлу.
– План был иным! – закричал Арнос.
Арарис сделал несколько шагов влево, а Тави, который снова успел обнажить свой меч, вправо. Он с удивлением обнаружил, что женщина оказалась спутницей Первого копья. Между тем шум вокруг начал стихать.
– Все кончено, Арнос! – сказал Тави. – Убери кинжал!
– Не стану! – прорычал Арнос. – Я не стану. Это не может так закончиться.
– Все кончено, отпусти женщину, – приказал Тави.
– Безумие! – кричал Арнос, не выпуская волос женщины. – Безумие! Ты не можешь допустить, чтобы все так продолжалось! Тебе по силам…
Внезапно Арнос и женщина дернулись, и в грудь женщины вошла короткая стрела балеста канимов.
Лицо женщины побелело, глаза закатились, колени несчастной подогнулись, и она сползла на землю, широко раскинув руки. Ее рот раскрылся в беззвучном крике.
Арнос остался стоять на прежнем месте, кинжал выпал из его разжавшихся пальцев. Он смотрел на кровь, текущую из его груди, – стрела балеста пробила оба тела, – потом закричал от ужаса, но в его крике уже не было силы, руки скребли грудь, словно он решил, что ему удастся избавиться от раны, если он будет действовать достаточно быстро.
Тави наклонился над ним, Арарис встал у него за спиной.
Арнос хрипло закашлялся, и у него на губах появились алые пузыри. Руки продолжали двигаться, но пальцы уже перестали его слушаться, и он лишь бессмысленно стучал себя в грудь, кровь потоком лилась на землю – сквозная рана от мощной стрелы балеста не оставила ему никаких надежд.
Тави тут же показал маратам: лучник, в той стороне, найти.
Варвары с блестящими глазами устремились в развалины. Их ночное зрение не оставит убийце никаких шансов.
– Целителя! – рявкнул Тави. – Немедленно!
Арнос с жалкой признательностью посмотрел на Тави и протянул к нему свои бесполезные руки.
Тави отбросил их в стороны и тыльной стороной ладони презрительно ударил Арноса в лицо. Сенатор упал на бок и затряс головой. Он попытался заговорить, но кровь всякий раз мешала ему произнести хотя бы слово.
– Для женщины, не для тебя. – Тави присел на корточки рядом с Арносом. – Я добр к тебе, сенатор, хотя ты этого и не заслуживаешь. Твоя смерть будет куда более легкой, чем та, которую уготовили бы тебе канимы.
Голова Арноса дернулась, и его глаза потеряли осмысленное выражение. Он сделал несколько судорожных движений, лицо исказила гримаса страдания. Тави не хотел чувствовать его ужас, боль и недоумение, но ничего не мог с этим поделать. С точки зрения логики Арнос заслужил смерть, но он был человеком, соплеменником Тави, и в идеальном мире Тави сумел бы защитить сенатора от его безумных амбиций.
Арнос умер в луже собственной крови, сломленным и напуганным человеком, один, без друзей.
Тави не мог позволить себе терять время на скорбь об этом глупце, хотя и сожалел о смертях множества алеранцев. В том числе и о самом сенаторе.
Такие вещи ни с кем не должны случаться.
Тави накрыл лицо Арноса плащом и повернулся к Арарису:
– Как она?
– Плохо, – сказал Арарис, оторвал кусок своего капюшона и прижал его к спине женщины. – Пульс очень слабый. Думаю, у нее пробито легкое, возможно, туда попала кровь. Мы не можем ее передвигать, к тому же… – На мгновение Арарис застыл, потом наклонился вперед, раздувая ноздри.
– В чем дело?
– Похоже… стрела была отравлена.
Тави наклонился и принюхался. От раны шел слабый запах разложения, смешанный с острым ароматом лимона.
– Это сердечный огонь, – сказал он. – Мастер Киллиан учил нас его распознавать. Он ускоряет работу сердца жертвы до тех пор, пока оно не разрывается. А также ослепляет несчастных. Другой запах мне незнаком.
– Прогорклое гариковое масло, – сказал Арарис.
– О нем я только читал. Ты уверен?
– Да.
– Вóроны, – проворчал Тави. – Это женщина Первого копья.
Арарис покачал головой:
– От нее отвернулась удача.
– Сюда! – услышали они голос Китаи.
Через мгновение она появилась вместе с двумя десятками маратов и тремя усталыми целителями во главе с трибуном Фоссом.
Похожий на медведя трибун тут же осмотрел рану и выслушал предположения Тави о яде. Потом он и остальные целители осторожно положили женщину на носилки и унесли ее прочь, а мараты сомкнулись вокруг Тави.
Тави посмотрел вслед целителям и потер ладонью лоб.
– Приведите двух лошадей. К одной привяжите покойного сенатора.
– Ты не можешь ехать к канимам, – возразил Арарис. – Они нарушили договоренность. Посмотри, что они сделали с Арносом.
Тави покачал головой и встал, потом протянул руку и показал:
– Арнос был такого роста.
– Да, – кивнул Арарис.
– Женщина отклонилась назад, и ее голова находилась на одном уровне с головой Арноса.
– Да.
– Рана Арноса была в центре груди. А у нее чуть правее – так уж она стояла. – Тави провел пальцем прямую линию. – Стрела летела горизонтально настолько быстро, что поразила обоих. Из чего следует, что стреляли со сравнительно близкого расстояния и убийца находился внутри городских стен.
Арарис проверил цепочку рассуждений Тави.
– Иными словами, канимы этого не делали.
Китаи подошла и встала рядом с Тави.
– Он думает, что алеранцы склонны к предательским выстрелам в спину в большей степени, чем канимы, – спокойно сказала она. – И он прав.
– И у нас остается вопрос, на который мы не можем найти ответ, – заметил Тави.
Арарис кивнул.
– Если не канимы, то кто мог это сделать? – пробормотал он.
Глава 59
Валиар Маркус стоял на южной стене вместе со своими людьми и наблюдал, как принцепс удаляется от руин. Он вел за собой вторую лошадь, к спине которой было привязано тело Арноса. Вставало солнце, быстро светало.
Балест отправился вслед за кувшинчиками с ядом. Несколько мгновений положение Маркуса было опасным, когда мараты искали спрятавшегося стрелка, но его фурии дерева соткали вуаль, и мараты прошли мимо.
Все пошло к вóронам, как это часто бывает с подобными планами. Маркусу пришлось сменить позицию, когда сенатор обратился в бегство. Маркус не сомневался, что Арнос помчится к госпоже Аквитейн, если у него появится
