он еще не закончил свою работу.
Тави выпрямился, закрыв глаза, обратил лицо к звездам и почувствовал, как свежий ветер уносит капельки пота с его кожи.
Дул ветер, и в ночи властвовала тишина.
Глава 56
Никем не замеченный, Маркус без особого труда добрался до своей позиции.
Кустарник, деревья и высокая трава обеспечивали ему возможность создать вуаль при помощи фурий дерева, а глубокие тени скрывали все остальное. В течение последних двух недель он умудрялся по ночам ускользать из лагеря, чтобы попрактиковаться с балестом канимов, и знал, что это оружие обладает достаточной для его целей точностью.
Устроившись поудобнее, он вытащил два глиняных кувшинчика из висевшего на поясе мешка, откупорил оба, стараясь, чтобы нос и рот находились от них подальше, после чего достал из мешка короткую тяжелую стальную стрелу. Он опустил кончик стрелы в каждый из кувшинчиков, взмахнул рукой, призывая на помощь фурий земли, после чего оба кувшинчика вместе с крышками плавно опустились на землю.
Маркус отложил стрелу в сторону, затем призвал на помощь силу, чтобы натянуть балест. Задача была очень трудной даже для фурий, а ему приходилось сохранять осторожность: если оружие громко щелкнет, он может себя обнаружить.
Покончив с этим, он засунул стрелу в специальную канавку балеста и удобно перехватил оружие.
Наступила тишина, воздух был полон ожидания.
Дуэль закончилась.
Маркус беззвучно поднял балест, его руки не дрожали. Он ждал, когда появится победитель.
Глава 57
Исана сказала себе, что не пойдет смотреть на дуэль, когда вокруг столько раненых, которых нужно исцелить. Она погрузилась в работу, направляя свои чувства, усиленные Рилл, в каждое пострадавшее тело. Фосс, трибун, который командовал целителями, посмотрел, как Исана работает, кивнул и тут же стал отдавать приказы.
Очень скоро Исана уже занималась теми, кто получил самые тяжелые и сложные раны. Один несчастный лишился глаз после страшного удара каким-то оружием. Другой юноша пострадал от удара копьем в пах. Третьего пытались исцелить от трещины в грудине, но он так и не пришел в сознание: его первый целитель не почувствовал, что его сердце пострадало, а потому не может работать в полную силу. Исана забыла обо всем, полностью сосредоточившись на каждом следующем пациенте.
Она потеряла счет раненым, но вдруг сообразила, что ее силы должны были закончиться после первых нескольких удачных исцелений. Конечно, она ощущала усталость, но работа давалась ей легче, словно ее «прикосновение» стало в дюжину раз более тонким, что позволяло ей быстро определять поврежденные ткани, а потом направлять фурии с огромной целительной силой и изяществом. Ее дар набрал такую мощь, что она тратила гораздо меньше энергии на каждого пациента.
– Последний, – пробормотал санитар, опуская очередное израненное тело в ванну.
Это был крупный мускулистый молодой человек, ноги, живот и грудь которого сильно обгорели.
Исана поморщилась, она была рада, что несчастный легионер потерял сознание. Такие ожоги вызывают острую боль, и, если ее способность исцелять увеличилась, страдания оставались для раненых почти невыносимыми.
Когда легионера удобно уложили в ванну, Исана приподняла его голову, чтобы она не ушла под воду, и тут только поняла, что знает его.
Это был друг Тави, Макс.
Исана закрыла глаза и принялась за работу с решимостью и терпением. Исцелять ожоги было едва ли не труднее всего – хуже приходилось только с инфекцией, попадавшей в раны вместе с прогорклым гариковым маслом, в этом она убедилась за долгие годы работы целительницей.
Максу грозила серьезная опасность. Исана сосредоточилась на израненной плоти и с помощью Рилл смогла во всем разобраться. Она постаралась максимально уменьшить ущерб – теперь можно было рассчитывать, что у юноши не останется чудовищных шрамов, но видела, что силы Макса быстро убывают, и решила остановиться.
Исана устало присела и кивнула санитару. Макса отнесли в постель, а она вытерла руки полотенцем.
– Госпожа, – послышался голос у нее за спиной, – если вы когда-нибудь захотите иметь работу, я могу предложить вам должность старшего субтрибуна с максимально возможной оплатой.
Исана обернулась и увидела, что Фосс смотрит вслед Максу, которого уносили санитары.
– Вóроны, – пробормотал целитель. – В рациональном мире вы бы получили мою должность.
Исана устало посмотрела на него:
– Спасибо, трибун. Не сомневаюсь, что вы бы сделали это ничуть не хуже.
Фосс фыркнул:
– Вы вернули человеку глаза, миледи. Это замечательная работа, и я знал лишь двух или трех целителей, способных на такое. Одной из них была сиятельная госпожа. Вы сделали больше, чем трое моих целителей, – и вдвое быстрее. У вас поразительный дар. – Он склонил перед ней голову. – Благодарю вас.
Исана заморгала и заметно смутилась:
– Я… всегда рада помочь.
Фосс кивнул и протянул руку:
– Нам пора, время пришло.
– Время? – удивилась Исана.
– Суд, госпожа.
Исана нахмурилась и содрогнулась. Пока она работала, мысли о дуэли выветрились у нее из головы. Может быть, она рассчитывала, что поединок закончится, когда она завершит исцеления.
«Если так, – подумала Исана, – ты ошиблась». Ее сыну предстояла смертельная схватка, от исхода которой зависит жизнь очень многих людей, – и она должна на ней присутствовать.
Дуэль – один из самых ужасных и исступленных кошмаров, которые ей довелось пережить.
Эмоции толпы превращались в яростно бурлящее море, чудовищный кипящий котел. Если бы она не устала до изнеможения, то побежала бы прочь, чтобы забиться в самый темный угол, что было ей совсем не к лицу. Между тем Исана увидела, что возле палатки ее поджидает эскорт из восьми легионеров. Все они были очень молоды, но война закалила их лица, доспехи украшал не красно-синий орел Короны, а черный ворон.
Толпа расступилась перед Исаной, люди были возбуждены, у них появилась надежда, к которой примешивались страх и отчаяние.
Все бросали на нее заинтересованные взгляды.
К ней поворачивались лица, толпа зашумела. Легионеры и гражданские старались ее разглядеть, а когда толпа приветственно закричала, Исана смутилась.
Однако мощные фигуры сопровождавших ее легионеров не давали никому приблизиться, впрочем, Эрену все-таки удалось проскользнуть к ней.
– Госпожа, – с улыбкой сказал он и поклонился.
– О, Эрен…
– Они знают, – сказал он. – Теперь все в лагере знают, госпожа. С тех самых пор, как взыскующие правды дали показания. Такие удивительные новости невозможно долго скрывать.
– Тогда все понятно, – сказала Исана.
– Тави… – Эрен вздохнул, тряхнул головой и продолжил: – Октавиан попросил меня оставаться рядом с вами.
– Буду рада твоей компании, – тихо ответила Исана. Она продолжала идти вперед, а вокруг собиралось все больше людей, не сводивших с нее глаз в тусклом свете факелов и заговоренных фонарей. – У меня появились очень необычные ощущения.
– Могу себе представить, – сказал Эрен. – Но если все пойдет хорошо, это покажется вам ерундой по сравнению с тем, как будут вести себя люди на улицах столицы Алеры.
– О, мой дорогой Эрен, – пробормотала Исана.
Ее привели к небольшому свободному участку возле стены, где должна была проходить дуэль. Вокруг негромко переговаривались люди, но Исана не обращала на них внимания. Она полностью сосредоточилась на
