руки, обхватить его основание не удалось бы, а это было далеко не самое крепкое деревце. Тем не менее, кукольник без усилий зацепился рукой за край коры, и отодвинул её часть, словно дверь. Вниз, к корням многолетнего исполина, уходили ступени, из прочного дерева. Они, вероятно, спускались довольно глубоко, раз их касание с лабораторией покрывали тени.
– Внутри тебя встретит другая кукла, а мне нужно вернуться в город, – вновь посмотрев на изумлённого паренька, сообщил кукольник.
– И сколько у тебя этих кукол? – начав шагать к слегка пугавшему входу, поинтересовался Джой.
– Достаточно, чтобы держать контроль покрепче, – растянулись губы в косую улыбку.
Некогда четвёртый по силе в Евразии, с долей переживания наступил на первую ступень. Шагнув на вторую, уверенности прибавилось; так продолжалось пока на пятой, дверь – пускавшая свет, не закрылась. Недовольно выдохнув, Стафис аккуратно продолжил спуск в почти полном мраке, пока не наткнулся на вполне современную, сероватую дверь. Толкнув её, паренёк попал в просторную, светлую комнату, напоминавшую реанимационную палату. Из основной обители медицинского духа были проходы в ещё три отсека, меньших по размеру. Из одного, не закрытого дверью – послышался голос:
– Как можно так долго спускаться?
– Можно и быстрее, зато я кости уберёг.
Мальчуган решительно направился к источнику звука. Войдя в обустроенную как уголок отдыха комнатку, он увидел кукольника, что сидел на небольшом диванчике, одной рукой отрабатывая удары по клавиатуре ноутбука. Его внимание направлялось в экран, хотя вторая рука, тоже не осталась без дела. Тонкими пальцами и самой кистью правая длань мальчишки утопала в мягкой шерсти усатого мурчавшего кота. Не стоит думать, что питомец кукольника был привычной глазу кошечкой. Удивлял и серо- Синий цвет густой пушистой шерсти, и размер почти спавшего животного. В Евразии высота и длина мурчащего тела, считалась бы большой для домашнего телевизора; лёжа клубком около кукловода, кот занимал больше места, чем его хозяин.
– Быть не может… откуда у тебя кот? – ахнул Джой.
– Ты не представляешь, сколько всего можно встретить в Дарисском лесу, – хмыкнул кукольник. – И насколько трудно это «всё» приручить…
– Я и не думал, что ты любишь животных, – поведал Джой, решив погладить шевелившего хвостом кота. Стоило пареньку протянуть руку к уху зверька, как его мирная морда исказилась, испустив шипение, а лапа нанесла точный удар по запястью. Царапина осталась глубокая; когти крупного кота были остры. Вскрикнув, Стафис отдёрнул руку, а кукольник закрыл ноутбук и, соизволил предостеречь:
– Трогать его не стоит, Кор диковат с чужими…
– Спасибо, я вижу, – осматривая выступившую кровь, кивнул мальчуган.
– Ну что ж, пора за дело, – направился владелец лаборатории в главное помещение.
– Ты так и не ответил, что за возможности я приобрету? – последовал Джой за Фраем.
– Из множеств красивых легенд, больше всего, я люблю сказания об оборотнях, – загоревшись улыбкой, преступил самоучка к подготовке оборудования. – Миф о гориллах, что ростом порой превышали нэогаров, поражает универсальностью зверей. Они обскакали прочих приматов своим слухом, чутьём, скоростью, из-за чего были ценным трофеем для любителей охоты. Только представь, горилла и волк в одном флаконе… я бы приютил такого зверька.
– С кормёжкой не справишься, – решил Джой присесть на стул, за спиной кукловода.
– А тебя Детектив кормит, – насмешливо ляпнул улыбака.
– На что это ты…
– Готово, – вставил сквозь чужую речь кукольник. Он подготовил вертикальный стенд, на котором, по задумке, долженствовал стоять Джой. По форме человеческого тела свисали с него тугие ремни, нужные для фиксации. – Я решил не бить по твоим клеткам со всего размаху, не будем грузить ДНК большим набором геномов. Заложим пару волчьих признаков, и посмотрим, что выйдет, – почти пригласил радушный кукольник Джоя на стенд.
Недоумённый взгляд кандидата в оборотни лишь мельком оббегал «пьедестал», после чего паренёк отшагнул назад.
– Это что за обездвиживатель? Зачем столько ремней? – оторопел он.
– Ну, мои предыдущие гости вели себя достаточно буйно, вот и приходилось их подвязывать… Неизвестно какой станет твоя реакция, а мне разгром ни к чему, – ехидно окончились пояснения.
Не скрывая недоверия во взгляде, Джой всё же наступил на нижний край связного панно. Начав стягивать ремни по размеру паренька, кукольник не удержался от размышлений вслух:
– А я ведь знал, что ты мне поможешь. Будучи нэогарами, мы не успели сдружиться; нас связывали только отношения меж странами. Но даже тогда, я заметил, насколько мы похожи. Не мне называть кого- Либо трусливым, но в этом – мы преуспели, – заглянув в серые глаза, набравшиеся печали, загнул кукловод.
– Я не жалею, что сбежал из военного лагеря. Не жалею, что по моей вине отца так просто убил Вэнтэр. Неважно ради чего, но Сталис отнял жизни, ни в чём не повинных людей!
– Ну да, всего-то ради возможности встретиться с тобой. Мы – ценим свои жизни выше любых чужих, и к чему это привело? Из всех кого мы знаем, живы только мы. Парочка воскрешена, парочка только собирается, ну а мы в здравии, – засмеялся кукольник, занявшись ремнём на шее. – И скажи, разве за всё то время, что я прятал тебя в Евразии, мы не стали друзьями?
– Не знал бы я тебя, решил бы, что ты отличный человек. Но я знаю, и понимаю, что ты просто хочешь моей преданности, – заглянув в голубые глаза кукловода, блеснул Стафис слабой улыбкой.
– Нэогарский принцип – услуга за услугу, – не стал больше клеветать мальчишка.
– Мы не нэогары. К тому же и правда схожи, а ты самый знаменитый веролом.
– Поэтому и взываю к дружбе, – ухмыльнулся Фрай, – мне пригодится поддержка сверхчеловека.
– Давай я для начала выживу, а потом разберёмся, – решился Джой, заметив, что кукольник перестал вести подготовку.
Улыбчивая голова кивнула, подняв со столика объёмный железный шприц. Его игла была средней длины, зато выглядела толще, чем хотелось бы.
– Волчью сыворотку я пущу в твою кровь по сонной артерии, так клетки проще перестроят ДНК. Думаю, будет больно…
Кукольник даже не выдержал паузу; пока Джой с опаской слушал, игла успела утонуть в закреплённой шее. Под громкие крики палец сильнейшего в Евразии максимально быстро впрыснул сероватую жидкость в тело подопытного. Отрывистые крики превратились в один сплошной истошный стон, под который густой раствор разбавил бессмертную кровь. Конец вопля ознаменовали сильные подёргивания, крайне схожие с судорогами. Тут и пригодились ремни сковавшие Джоя; бесконтрольные движение не нанесли ему вред, и не дали пасть со стенда.
Конвульсии не могли длиться вечно; бессмертное тело, наконец, перестало шевелиться. Не было приступов удушья, пены изо рта, повторных воплей… Джой безжизненно повис на ремнях.
– Да ну, и ты что ли помер? – озадачился кукольник, отстёгивая крепления. Оперативно освободив бездвижное тело, кукольник перенёс его на кушетку, напротив панно. Уложив податливого бывшего капитана, кукловод сел рядом, с загнутой губой недовольно его осматривая.
– И где ж я опять ошибся? – задумчиво поднёс он кулак к щеке. Улыбка с лица пропала, остался уныло растянутый край губ. Но даже он исчез, когда Джой глубоко
