— Wien, 1864. S. 386–405, cm. S. 401). Согласен с точкой зрения Миклошича Токарев (Токарев. Там же. С. 87–94 (о русалках)). Нильсон (N. Р. Nilsson. Rosalia // REnc. 2. R. 1. Bd. — 1914. S. 1111–1115) считал, что этот народный праздник, имевший одним из названий dies rosae, известный в Империи со времен Домициана и Адриана, сохранился на Балканах и на Руси до новейших времен, ср.: N. Р. Nilsson. Der Ursprung der Tragodie // N. Jahrbh. f. d. KI. Altertum, Gesch. und Liter. — 14. — 1911. S. 678–684; подобные взгляды высказывал Клингер (W. Klinger. Wschodnioeuropejskie rusalki i pokrewne postaci w demonologii ludowej a tradycja greko-rzymska. — Lublin-Krakow, 1949. S. 15), что обрядовый элемент был воспринят в готовом виде из античной традиции. Нидерле (Niederle. Op. cit. S. 260–263, ср. С. 54) считал, что древние обряды были связаны со славянскими торжествами, впрочем, и Нильсон (Der Ursprung) говорил о сильном славянском влиянии на формы этого обряда. Таким образом, на Руси (уже в 11 веке) было заимствовано одно название, о распространении же чужих обрядов не может быть и речи. Наверняка и на Балканах основное значение имели традиционные славянские обряды.
423
ПВЛ. С. 216.
424
Напр., Eliade. Op. cit. S. 347.
425
Mansikka. Op. cit. S. 258. В то же время в канун Зеленых святок (древнее название русалий), как утверждает Стоглав, был день почитания мертвых, жальники (С. 257). О зимних масках см. выше.
426
Mansikka. Op. cit. S. 97.
427
Mansikka. Op. cit. S. 97.
428
ПСРЛ 2. C. 855. Об этом празднике: Niederle. Op. cit. S. 252.
429
Niederle. Op. cit. S. 256.
430
Если ростовские волхвы во времена неурожая и голода («по дьявольскому наущению») выступают против тех, кто укрывает продукты (ПВЛ. С. 187 (1024 г.), 222 (1071 г.)), то не потому, что виновники несчастья нарушали наказы религии, а из-за вреда, наносимого бедному населению, которое охотно бежало под покровительство колдунов.
431
Т. Zielinski. Religia starozytnej Grecji. — Warszawa-Krakow, 1921. S. 77.
432
James. Starozytni bogowie. S. 257.
433
Ср. напр.: Bayet. Op. cit. S. 227–231; H. Ch. Puech. Le manicheisme // HDRel. — 2/1972. S. 141–143.
434
E. Wienecke. Untersuchugen zur Religion der Westslaven. — Leipzig, 1939. S. 23–29 et passim. Автор, впрочем, справедливо считал, что такие определения, как ydolum, ydolatria могли означать вообще языческий культ, а не обязательно форму идолопоклонства. Ср. рец. G. Labuda. SOcc., 18/1947. S. 459–470. В то же время следует согласиться с позицией Мейера (К. Н. Meyer. Vom Kult der Gotter und Geister in slavischer Urzeit // Prace Filologiczne, 15/2/1931. S. 454–464), который, исходя из языкового факта, что славяне не имели общих названий храмов, идолов, и на основании сообщений источников по этому вопросу пришел к выводу, что славяне до эпохи переселения народов (то есть в 5 веке) не знали ни храмов, ни изображений богов.
435
Vita Prieflingensis 2, cap. 4 // MPHist. n. s. 7/1, 1966. S. 32–34; Ebo 2, cap. // MPHist. n. s. 7/2, 1969. S. 64 n.; Herbord 2, cap. 14–17, 19–20 // MPHist. n. s. 7/3, 1974. S. 84–91, 96–98. Пальм (Palm, Wendische Kultstatten. S. 75) не смог найти ответа на вопрос, не объясняется ли отсутствие храмов древним влиянием христианства. Непродолжительный христианский период в Западном Поморье и длительный период ее самостоятельного существования, не скованного христианством, склоняет к отрицательному ответу.
436
Vita Priefl. 2, cap. 19–20. S. 50 n; Ebo 2, cap. 18. S. 86 n; Herbord 2, cap. 38. S. 135–137.
437
Они обходят молчанием западнопоморские земли. См. также карту языческих святилищ на землях миссии, J. Herrmann. Einige Bemerkungen zu Tempelstatten und Kultbildern im Nordwestslavischen Gebiet // APol, 16, 1971. S. 540.
438
Thietmar 7, cap 72. S. 571: «Святилища идолов, разрушив, сжег и, низвергнув демонов в море, очистил то место четырьмя камнями, перевязанными священной крисмой и святой водой, и вывел новый побег от древа Господа Вседержителя». О шаблонном использовании определения «идол» см.: Th. Palm. Wendische Kultstatten. Quellenkritische Untersuchungen zu den letzten Jahrhunderten slavischen Heiden turns — Lund, 1937. S. 26. О гранитной фигурке, найденной в костерском повяте, на фоне языческой религии Поморья см.: W. Lega. Spoleczecstwo i panstwo gdansko-pomorskie w 12 i 13 wieku. — Poznan, 1959. S. 218–221; Lega. Kultura Pomorza we wczesnym sredniowieczu napodstawie wykopalisk — Torun, 1930. S. 274–275.
439
Thietmar 1, cap. 3. S. 7,9.
440
Thietmar 6, cap. 37. S. 369.
441
Меригги (Meriggi. Il concetto. S. 171) делал вывод о возникновении полабского политеизма около 10 века на основании отсутствия упоминаний о нем в источниках до Титмара. Однако же эти ранние источники умалчивают также и о полидоксии, поэтому на основании их молчания нельзя делать никаких заключений о религии полабов. Утверждение, что изначальный полабский политеизм был уничтожен Карлом Великим, не учитывает факта, что на полабских землях, в отличие от Панонии, в те времена не проводилась никакая христианская миссия, местные племена были вынуждены признавать верховенство Каролингов, но не новую религию.
442
Lowmianski. Poczatki Polski. Т. 5. S. 285 и сноска 926
443
A. Hauck. Kirchengeschichte Deutschlands 3, изд. 9. — Berlin, 1958. S. 107. В восстании 983 года славяне сражаются «с помощью своих богов» (Thietmar 3, cap. 19. S. 135), скорее всего, изображения богов уже присутствовали в отрядах язычников. Это могло бы быть первым после «Сатурна» Видукинда проявлением полабского политеизма.
444
Wienecke. Op. cit. S. 179. Автор склонялся к этой мысли, однако не считал, что это изваяние было предметом поклонения язычников. О культовом характере «Сатурна» говорит факт, что Герман, представляя изваяние народу, устроил для него великое зрелище: Widukind 2, cap 68. S. 143. Ведь не само изваяние стало предметом гордости, а функция, которую оно выполняло у язычников. Поэтому сомнения Венецке не кажутся обоснованными.
445
Bruckner. Mitologia slowianska. S. 129. Meriggi, как в сноске 611. S. 46.
446
Thietmar 6, cap. 23. S. 345:
